Страница 52 из 78
Они с Тобиасом занимались любовью.
Перис крепко зажмурилась; она думала о том, что никогда уже не сможет быть прежней после того, что только что произошло с ними.
– Прости меня, – прошептал он.
– Что? – Она так и не открыла глаза – момент мог быть испорчен любым внешним вмешательством.
Тобиас погладил ее бедра.
– Я кричал на тебя, когда ты была испугана. Но я и сам был напуган. Господи, Перис, ты и представить себе не можешь, как я испугался, увидев тебя на этой стене.
Она подняла голову и поцеловала сбоку его шею. Он был соленым на вкус и пах совершенно по-мужски. Другой запах, который донесся до нее, был легкий аромат их любовного единения. Их сердца бились в унисон.
– Все произошло не так, как предполагалось, – прошептал Тобиас, поворачивая голову, чтобы поцеловать ее лоб. – Я взял тебя, как дикарь.
Перис улыбнулась:
– Мы оба взяли друг друга, как дикари, – она задела ободранной коленкой простыню и отдернула ногу.
– Что такое?
Она попыталась найти более удобное положение для своего пораненного тела, но это ей не удалось.
– Нет, ничего.
Не говоря больше ни слова, Тобиас оторвался от Перис и положил ее на спину рядом с собой. Положив руку ей на голову, он заглянул ей в глаза и нахмурился.
– Тебе больно, это я виноват?
Перис прикусила губу и показала ему ободранные ладони.
– Черт возьми! Ох… – Он соскочил с кровати и стоял, держа ее за руки. – Ты же ободрана в лоскутья, – тут он заметил царапины на ее коленях, а повернув одну коленку, и на внутренней стороне бедер. – Из-за меня стало еще хуже. Попала грязь. Кровь идет. Я же не животное. Почему ты меня не остановила?
– Не могла, – она чувствовала, что ее душа и сердце отражаются сейчас в ее глазах. И понимала, что ее беззащитность перед этим человеком может обернуться против нее. Но это ее больше не беспокоило.
Тобиас оглянулся:
– Это дверь в ванную?
– Да, побудь здесь, я промою царапины.
– Ты не сделаешь больше ни одного движения, – так же легко, как и раньше, Тобиас взял ее на руки. – И, начиная с сего момента, я не выпущу тебя из виду, пока этот сумасшедший бродит поблизости.
Он отнес ее в ванную.
Груди Перис толкались в его грудь.
– Мне нравится тебя ощущать.
– Хватит, – остановил он ее. – Мне нужна ясная голова, ради нас обоих.
– Почему ты сегодня вернулся? – Как она могла выразить свою признательность ему за то, что он пренебрег ее запретом и пришел к ней?
Тобиас задержался на пороге ванной. Пальцами левой руки, обнимавшей ее снизу, он тихонько погладил ее грудь.
– Я думал, это и так понятно.
– Все равно скажи мне, вдруг я неправильно поняла.
– Не люблю незаконченных дел, – он улыбнулся, глядя сверху в ее поднятое к нему лицо. – Как мне помнится, мы еще не покончили с одной маленькой технической подробностью.
Если дела пойдут таким образом, его план не сработает.
Сначала этот самодовольный кусок дерьма, Тобиас Квинн, появился в самый неподходящий момент и чуть не застал его в квартире этой сучки. Потом какая-то дура торчала в дверях дома до тех пор, пока чуть не стало слишком поздно увидеть хоть что-нибудь, но наконец-то он добрался до своего укромного места на крыше.
Если бы Квинн не появился, сейчас бы началась самая забава. Ему начало надоедать ожидание. Ожидание приказов, которые так и не поступали, приказов, которые, как предполагалось, он всегда готов выполнить, хотя знал, что у того, кто должен их отдавать, кишка тонка отдать нужный приказ в нужное время.
Начиная с этого момента, он сам будет отдавать приказы.
Прибор ночного видения позволял ему рассматривать крышу напротив.
Твою мать! Наверное, Квинн нашел ее. Бамбук на крыше тускло мерцал в свете, падавшем через открытую дверь с лестничной клетки.
Глянув вниз, он замер, а член его уже был возбужден.
Эта шлюха была голой. Голой в объятиях Квинна, размазанная по нему, как горячий сироп.
Закрыв глаза, он расстегнул штаны и вытащил член. И внутри у нее, наверное, тоже как в горячем сиропе. Скрытная, лживая шлюха.
Кончить, глазея, как этот мужик лапает ее груди, заняло у него всего несколько секунд.
Квинн начал двигаться. Лежащая баба пропала из виду. Они направились в ванную.
А он опять был готов. Он дрочил, прислонившись к дымоходу. Квинн наполнит ванну и залезет туда вместе с ней. Он поимеет ее в теплой воде, а потом еще раз – на полу. Квинну она показала то, что так хорошо от всех скрывала.
Время пришло. Ждать больше нельзя.
– Я и сама могу это сделать, – сказала Перис. Она чувствовала себя не очень уютно, сидя голой на крышке унитаза.
Ничуть не смущаясь, Тобиас наклонился над ванной, проверяя температуру льющейся воды.
– Может быть, и можешь, но этим займусь я. Я так хочу, – он глянул на нее через плечо. – Мне надо искупить свою нечуткость.
– Но ведь если бы я сказала, что мне больно, ты бы сразу остановился.
– Я не дал тебе такой возможности.
– А мне и не надо было ее давать.
Квинн закрутил краны и протянул ей руку. Перис оперлась на нее, забираясь в воду, которая оказалась чересчур горячей.
– Спасибо. А теперь пойди и вздремни, пока я выковыриваю камешки из коленок.
– Оставить тебя одну развлекаться? Ну нет, – он толкнул ее под коленки и прижал ее ноги под водой, пока она визжала и пыталась встать. – Т-с-с, – сказал он ей. – Через минуту привыкнешь.
Так и случилось, но кожу все равно щипало.
– Ох, ох, – простонала она, почти не разжимая губ.
– Я тебя понимаю. Когда мы закончим, я подую на твои царапины.
Перис взглянула на него и заметила, что он смотрит не на ее коленки, а на грудь. Он поднял глаза. Вместо того, чтобы улыбнуться, Тобиас перегнулся над краем ванны, и поцеловал то, что только что разглядывал, – поцеловал медленно и осторожно. Его ладонь скользнула вниз; поддерживая грудь, он глубоко втянул в рот сосок.
Перис порывисто вздохнула. Волосы Тобиаса упали ему на лоб.
– Жестокий пират, – пробормотала она. – Я… Тобиас, перестань.
– Не хочу, – ответил он приглушенным голосом. Но тут же остановился.
Он погрузил в воду ее ободранные ладони, а другой рукой нашарил салфетку из махровой ткани и намочил ее.
– Нам надо разработать план, – сказал он, прикладывая салфетку к ее ладони и вглядываясь, чтобы оттереть приставшую грязь. – Сначала мы займемся кое-чем другим, а потом решим, что же нам делать дальше.
– Чем другим?
Он встретился с ней взглядом, его улыбка была шальной, невыносимо чувственной.
– Единственным делом, которым я бы занялся прямо сейчас.
От выжатой над ее головой салфетки по лицу потекли струи воды, заставив ее хватать ртом воздух и тереть глаза.
Следующая порция воды потекла по спине, по плечам и между грудей. От круговых движений рук Тобиаса по воде поплыла пена.
Перис делала слабые попытки схватить его за руки. Сдавшись, она нашла свой способ отомстить. Она приподнялась в ванне так, чтобы лизнуть плоский мужской сосок, и Тобиасу пришлось ее оттолкнуть. Тогда она скользнула в сторону и ухватила более чувствительную часть мужской анатомии…
– Вот оно, – закричал Тобиас, смеясь. – Вы этого просили.
Подняв приливную волну, Тобиас прыгнул в ванну прямо на Перис.
Царапины и грязь были позабыты.