Страница 17 из 78
– Я скажу это, девушка. Он очень пожалеет, если вздумает тягаться со мной. И я лучше умру, чем уступлю Тобиасу Квинну.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
– Тебя трудно отыскать, старший брат.
При звуке голоса своего единокровного брата Тобиас вручил папку с документами ответственному по застройке и, стерев с лица раздражение, обернулся.
Яркие голубые глаза Найджела сияли очевидным удовольствием.
– Боже, как здорово снова увидеть тебя. Пусть даже мне чуть не пришлось нанять сыщика, чтобы тебя выследить.
Тобиас ожидал этого визита от по-мальчишески красивого Найджела.
– Кажется, до сих пор ни у кого не возникало проблем, как меня найти.
Его секретарша знала, что до полудня Тобиас будет в проектном бюро университета.
– У меня на это ушли часы, – сказал Найджел. Густые черные ресницы, темные взъерошенные волосы. Воплощение очаровательного, надежного, преданного брата.
Внешность обманчива.
Найджел Квинн обманывал.
Он лгал.
Он использовал других и ни в грош не ставил никого, кроме собственной персоны.
Он пришел, потому что попал в беду, и ему нужна была помощь.
И он спал с бывшей женой своего брата – спал еще тогда, когда она была просто женой.
И, что больше всего уязвляло, Найджел считал Тобиаса дураком.
– Что у тебя? – спокойно спросил Тобиас. Для Найджела сегодня был не лучший день попытать счастья. Последняя встреча Тобиаса с Перис Делайт расстроила нечто большее, чем планы на сотрудничество с ее дедом. Она расстроила Тобиаса, и точка. Он не мог выбросить из головы эту женщину. И не только из головы. Он ощущал ее всем телом. Последнее время он слишком много работал. Ему нужно было отвлечься, отвлечься на мягкую, притягательную женщину, которая не напоминала бы большеглазую блудницу и не пудрила бы ему мозги. Блудницы? Его интересовали только настоящие женщины.
У Найджела, казалось, возникли сложности с ответом на вопрос.
– У тебя были причины прийти сюда? – коротко спросил Тобиас. Одна настоящая женщина. И скорее.
– Я кое о чем хотел поговорить с тобой.
Найджел, одетый в темно-зеленый костюм от Армани и рубашку хаки с вручную расписанным галстуком цвета зелени со ржавчиной, серьезно осмотрелся, как будто все вокруг его сильно интересовало.
– Квартиры?
Тобиас указал на вывеску, начинавшуюся со слова КВИНН – большими шестидюймовыми буквами.
– «Бруклин Тауэр, пятнадцать этажей – роскошные номера под офисы», – прочитал он вслух. И подумал: «Как же ты хочешь просить меня? Какую ложь ты состряпаешь, чтобы объяснить, зачем тебе нужно занимать деньги? Большие деньги?»
– Я говорил тебе, как благодарен за возможность пользоваться домом?
Нет, не говорил.
– Я все равно не живу там, – сказал Тобиас. Он не был уверен, захочет ли вообще когда-нибудь еще жить там.
– У меня было много времени на размышления. Все это пространство и время наедине с собой, кажется, сделали меня неврастеником. Вокруг себя я вижу сплошной бардак.
Видеть бардак – или устраивать бардак там, где раньше была спальня Тобиаса и Синтии, или в любом другом подходящем и неподходящем месте дома? Может быть, вместе с Синтией, которая любила грубый, бардачный секс. Лицо Тобиаса хранило безразличное выражение. Вокруг них сновали люди, прокладывая себе дорогу через нагромождения гигантских блоков, подготовленных для заливки фундамента. В отличие от большинства своих соперников, Тобиас предпочитал лично присутствовать на каждом этапе стройки.
– Тебе, может, трудно в это поверить, но я ищу родственную душу.
– Думаю, нам стоит подыскать более подходящее место для разговора, – сказал Тобиас. Лучше б он не знал, чего от него хотят. Он проверил часы. – Жаль, рановато для ленча.
– Не для меня, – быстро ответил Найджел. – Пошли. Я угощаю. Мы давно не виделись.
Как никогда. Тобиас прикинул, мог ли кто-нибудь догадаться, что Найджелу тридцать три – всего на три года меньше, чем ему.
Найджел уже направлялся к выходу уверенным, пружинящим шагом. Тобиас последовал за ним, попутно здороваясь с рабочими. Он сдал свою каску и догнал Найджела уже на тротуаре. Младший брат был ниже ростом на несколько дюймов, – когда они были подростками, это было еще одним источником соперничества между ними. Благодаря массе свободного времени Найджел прибавил в весе за последние годы. В этом он почти догнал Тобиаса, отличавшегося крепким телосложением.
Солнце поздних утренних часов дарило Найджелу загар. Идя рядом с Тобиасом, он являл собой картину красивого, здорового, преуспевающего молодого человека.
– У меня проблемы, Тоби.
Тобиас чуть не застыл на месте.
– У «Ями-Ями» сейчас должно быть пусто. Японская и китайская кухни. Устроит?
– Отлично. Меня все устроит.
– Тогда пойдем туда, – Тобиас продолжил путь, мысленно клянясь, что не даст себя втянуть в какую бы то ни было игру, придуманную Найджелом на этот раз.
Мимо прошли несколько студентов с тяжелыми пачками книг в руках. Все вокруг, казалось, дышало покоем и тишиной.
Ресторан был всего лишь в одном квартале на восток от Бруклина, в Университетском проезде. Бамбуковые жалюзи были приспущены, но Тобиас сумел рассмотреть внутри несколько посетителей.
– А здесь наливают, – рассеянно сказал Найджел, открывая тяжелую стеклянную дверь. – Я бы, пожалуй, пропустил стаканчик.
Они заняли столик на четверых около окна и уселись рядом, спиной к стене. Таким образом они могли видеть каждого, кто подойдет достаточно близко, чтобы услышать разговор.
– Водка с мартини, – сказал Найджел официантке. Тобиас заказал пепси-колу и подождал, пока официантка уйдет. Потом спросил:
– Что за проблемы?
– Я потерялся, – пробормотал Найджел. – Пустился на волю волн, – его рука слегка дрожала, когда он поднял ее, откидывая назад волосы. – Я никуда не выхожу, Тоби, и я до смерти напуган.
Прибыли напитки. Тобиас взглянул на Найджела и сказал официантке:
– Мы еще не готовы заказать. Подождите немного.
– Я знаю, никогда не думаешь, что придет конец, но он наступает рано или поздно, – продолжал Найджел. – Я слишком стар, чтобы пытаться обрести себя. Мне давно пора было остепениться и почувствовать себя обретенным, – он взял бокал с мартини и поднес к губам.
Тобиас терялся в догадках. Или это был другой Найджел, или тот же самый Найджел с совершенно другими речами.
– Скажи что-нибудь, – проговорил Найджел, проглотив коктейль. – Мне пришлось собрать все свое мужество, чтобы прийти сюда и рассказать тебе обо всем.
– Я слушаю. Я буду слушать столько, сколько ты захочешь говорить.
Дверь открылась, пропустив одинокого клиента, который направился в дальний угол. Круглые фонарики из белой бумаги, висящие над головой, мягко закачались в потоке теплого воздуха с улицы. Найджел следил за ними отсутствующим взглядом.
– Я слушаю, – напомнил Тобиас.
– Впусти меня, – Найджел повернулся на стуле и посмотрел прямо на Тобиаса. – Позволь мне войти в «Квинн».
Тобиас ожидал чего угодно, только не этого.
– Ты хочешь…
– Да. Да! Я знаю, я всегда говорил, что мне это не интересно. Я говорил вещи и похуже. Но я изменился. Я стал старше.
Старше и по уши в долгах. До Тобиаса доходили кое-какие слухи. И предполагаемые причины долгов были не очень-то приятны. Азартные игры, наркотики, женщины… и судебное дело, возвращающее Найджела к тому, что он натворил в Лас-Вегасе.
Тобиас передвинул запотевший бокал по блестящей деревянной поверхности стола. Слухи о Найджеле были тягостны.
– Что ты думаешь? – нетерпеливо спросил Найджел.
Тобиас подумал, что его брату нужен доступ к приличным деньгам, чтобы сдерживать кредиторов – как в Сиэтле, так и в других местах.
– Мы бы создали…
Приход официантки остановил Найджела, и он сказал:
– Я буду цыпленка «Кунг По».
– То же самое, пожалуйста, – сказал Тобиас.