Страница 88 из 150
Не успел Александр Исаевич дописать “Пятое дополнение (Невидимки)” к “Теленку”, как появился второй том “Архипелага”. В печать он был сдан 30 мая 1974 г. (69), вышел в свет в конце августа-начале сентября (70).
Открыв новый том “Архипелага”, читатели неожиданно для себя узнали историю о том, как в 1945 г. в лагере на Калужской заставе вербовали будущего лауреата Ноблевской премии в осведомители, как он – несгибаемый «копьеборец», не устоял перед натиском «кума», согласился на сотрудничество и получил кличку «Ветров» (71).
И хотя автор «Архипелага» пытался уверить читателей, что дав подписку о сотрудничестве, от самого сотрудничества он уклонился (72), не всем эти заверения показались правдоподобными. А среди тех, кто готов был принять их на веру, такое признание было ударом по образу А.И.Солженицына как самоотверженного и бескомпромиссного борца за правду и справедливость.
Вспоминая о своем знакомстве со вторым томом “Архипелага”, В.Н.Войнович пишет, что именно после этого у него началось прозрение в отношении своего кумира (73). Подобное же влияние “откровения” А.И.Солженицына оказали в свое время и на меня.
В ожидании почетного гражданства
Осенью 1974 г. Александр Исаевич и Наталья Дмитриевна совершили небольшое путешествие по Швейцарии, побывали в Берне, Лозанне, заехали в Женеву, где жили «старики Андреевы» (1)
Тогда же А.И.Солженицын, если верить ему, решил вникнуть в свои финансовые дела и вдруг обнаружил, что Ф.Хееб заключал договоры с издательствами на колониальных условиях. В частности, по договору с издательством Бодли хэд, переводчики произведений А.И.Солженицына получили право на половину авторского гонорара (2). Если это действительно было так, а лорд Н.Бетелл, не опроверг подобных утверждений (3), условия действительно являлись грабительскими.
«…В начале ноября 1974 года Макса Райнхардта из “Бодли хед” пригласили в Цюрих на встречу с Хеебом и его клиентом. Он, – пишет Н. Бетелл, – пустился в путь, запасшись чеками за прошлые издания и контрактами на будущие, и ожидал, что будет согрет лучами благодарности великого человека за все, что мы для него сделали. Эта поездка обернулась для Райнхардта суровейшим испытанием. Солженицын обрушил на него всю мощь своего обличительного таланта…Он сказал Райнхардту, что все договоры не имеют силы: не только тот, что был подписан Личко, но и подписанный Хеебом, хотя тот действовал на основании неоспоримых полномочий, данных ему самим Солженицыным, пусть и по собственной воле…Поэтому я послал Солженицыну длинное письмо на русском языке с объяснением всего эпизода” (4).
«Всего четыре дня дома не были, – пишет А.И.Солженицын, – а уже новости, по радио: американский Сенат единогласно избрал меня почетным гражданином Соединенных Штатов Америки. Позже пришла официальная бумага – и я ответил письмом» (5).
Когда именно пришла официальная бумага, мы не знаем, но обращение Александра Исаевича со словами благодарности к американскому Сенату, который еще совсем недавно он называл «балаганом», датировано 30 октября (6). Все было бы хорошо, но для того, чтобы решение Сената могло вступить в силу, требовалась его поддержка Палатой представителей (7), получить которую не удалось (8). Однако Д.Хелмс и его сторонники не сложили оружие. Борьба в Конгрессе вокруг вопроса о присуждении А.И.Солженицыну звания почетного гражданина Соединенных Штатов Америики продолжалась.
Между тем в ноябре 1974 г. в Москве вышел в свет самиздтовский сборник статей “Из-под глыб” (9). «Коллективного сборника такого объема, серьезности основных поставленных проблем и решительности их трактовки, в полный разрез с официальной установкой, – констатировал А.И.Солженицын, – не было в Советском союзе за 50 лет» (10). Кроме Александра Исаевича, авторами сборника были М.С.Агурский, Е.В.Барабанов, В.М.Борисов, А.Ф.Корсаков и И.Р.Шафаревич. Сборник открывался статьей А.И.Солженицына «На возврате дыхания и сознания», посвященной полемике с А.Д.Сахаровым. Ему же принадлежали еще две статьи «Расскаяние и самоограничение как категория национальной жизни» и «Образованщина» (11).
По выходе сборника Александр Исаевич провел пресс-конференцию, “проанализировал статьи сборника и изложил свою идею нравстевнной революции” (12). Прежде чем характеризовать основные идеи, с которыми выступил А.И.Солженицын на страницах этого сборника, хотелось бы отметить, что несмотря на то, что в «Теленке» он пренебрежительно и даже оскорбительно отозвался о упоминавшихся ранее публикациях М.П.Лобанова и В.А.Чалмаева, в своих статьях по сути повторял и развивал основные их идеи. Причем предложенное им понятие «образованщина» – это более оригинальное, но менее удачное обозначение того явления, которое М.П. Лобанов назвал «просвещенным мещанством» (13).
Главное содержание опубликованных А.И.Солженицыным статей можно свести к следующему: 1) будущее общества зависит от трех факторов: кризиса Запада, угрозы Востока и пробуждения православной России; 2) кризис западного общества зародился еще в эпоху Возрождения и связан с распространением атеизма; 3) в результате этого демократизация общества привела к замене культа Бога культом вещей, к утрате обществом нравственных ценностей; 4) сама по себе демократизация предоставляет человеку только внешнюю свободу, между тем существует и свобода внутренняя, в результате чего внутренне человек может быть свободен даже в условиях внешней несвободы; 5) подобная внутрення свобода возможна в условиях просвещенного авторитаризма; 6) современная просвещенная часть общества – интеллигенция представляет собою образованщину, сознание которой изуродовано атеизмом и культом вещей; 7) возрождение нравственных ценностей невозможно без возвращения к Богу; 8) в результате перед обществом открывается альтернатива: или гибель всего человечества, погрязшего в вещизме, или или создание «новой религиозной цивилизации»; 9) эта новая цивилизация должна представлять собою совокупность обособленных друг от друга наций; 10) взаимодействие и взаимообогащение разных национальных культур должно быть источником их развития (14).
Игнорируя, что наряду со свободным и сытым Западом есть угнетенный и голодный Восток, что в мире идет ожесточенная экономическая борьба, которую невозможно остановить религиозными проповедями, что существующие религиозные представления давно уже вошли в непримиримое противоречие с развитием науки и техники, что идея внутренней свободы по существу означает примирение с насилием, А.И.Солженицын обрушивался на своих оппонентов.
«…Солженицын в своей статье «Образованщина», – пишет А.Л.Янов, – не скорбел, не плакал и не пророчествовал. Солженицын бил. Вложив в этот удар весь свой авторитет и мировую славу, Солженицын бил теперь по не вождям (с ними он согласен был на диалог), бил по своим. По бывшим диссидентским союзникам, по самиздатовским мыслителям, по интеллигентам, мучительно ищущим выхода из российского тупика (в том числе и по тем, кто самоотверженно выступал в его защиту). Он был беспощаден. Он не считался с тем, что, когда писалась эта статья, он, как точно заметила Юлия Вишневская, «слишком хорошо знал, что его авторитет в «образованщической» среде – огромен, что любая критика его взглядов может быть расценена чуть ли не как сотрудничество с КГБ» (15)
Выступая 16 ноября в Цюрихе на пресс – конференции, посвященной выходу в свет сборника “Из -под глыб”, Александр Исаевич обратил внимание собравшихся на появившуюся в самиздате статью Житникова “Закат Демократического движения” и, заявив, что полностью с нею согласен, обьяснил свою позицию тем, что в диссидентском движении началось размежевание: если раньше все обьединялись на неприятии существующего режима, теперь на первый план стал выдвигаться вопрос о целях борьбы с этим режимом и в этом вопросе сразу же обнаружилось отсутствие единства. А.И.Солженицын назвал четыре наметившихся в нем течения: допотопные коммунисты*, либеральные демократы, национал-большевики и религиозные националисты (16). К последнему течению принадлежали и авторы сборника «Из-под глыб»