Страница 342 из 456
Для ЦК КПСС СССР эти события, особенно в ЧССР, были тревожным звоночком и уроком, они поняли, что что-то упустили, что-то не изучили в этом мире и дали свой «одобрямс» на изучение ранее стыдливо закрытой темы, и даже идеологически очень опасной темы, ибо она касалась непосредственно самого фундамента советской власти — деятелей её установивших в России, «славных» и «героических» событий «великой» «революции», и соответственно касалась умонастроений многих миллионов советских граждан.
И большая плеяда советских исследователей взялась изучать «еврейскую проблему»: В. В. Большаков, В. Я. Бегун, Г. С. Никитина, В. П. Волкова, А. А. Сазонова, Д. К. Пономарёв, В. И. Скурлатов, С. М. Сергеев, С. А. Крылов, Е. И. Соловьёв, А. М. Малашко, Л. Востоков, В. А. Семенюк, Л. А. Моджорян, С. М. Рогов А. З. Романенко и др.
Примерно, с 1973 г. стали публиковаться первые результаты исследования в этой теме под грифом «для служебного пользования» для руководителей КПСС различного уровня. Фактически в СССР стали заниматься «антисемитской» наукой, и соответственно исследователи и руководство КПСС, которые по своим убеждениям были интернационалистами и космополитами теперь стали — антисемитами…
Они это понимали, мучались, страдали и за их муками забавно наблюдать —
«В социалистическом обществе никакого «антисемитизма» нет и быть не может. Такой вывод давно сделан советской наукой» — утверждал доктор исторических наук Метельков П. Ф. в предисловии к бесспорно антисемитской научной книге А. З. Романенко, который в свою очередь выглядел также оригинально: «нас не интересует накипь поверхностных, шумных, скандальных, далёких от науки дискуссий между двумя многочисленными отрядами буржуазных авторов — сионистов и представителей так называемого «антисемитского движения».
Нас интересует идейно-теоретическая борьба марксистов-ленинцев против духовных оруженосцев еврейской буржуазии». Эти исследования в виде книг или брошюр в 70-х и 80-х годах всегда находились у советских деятелей ещё и в самодельных газетных обложках — дабы не смущать своими названиями чужие глаза или «непосвящённых» подчинённых или посетителей в эту «тайную» науку.
Этим исследователям пришлось стряхнуть пыль с трудов забытого советского учёного Николая Михайловича Никольского (1877–1959 гг.), который в своих исследованиях подчеркнул три особенности связанные с историей и религией евреев: создание ореола собственной исключительности, идея превосходства евреев над неевреями, идея-стремление господства евреев над всеми народами на планете Земля.
Советские исследователи ввели интересное понятие «тихой идеологической оккупации», объясняя её эффективность тем, что еврейские (в их устах — «сионистские») идеологи обвиняли своих критиков в антисемитизме, «а поскольку каждый знал, что для коммуниста и прогрессивного человека это является позором…» поэтому…
Изучив чехословацкую революцию 1968 г., советские исследователи обнаружили, что применялись хорошо известные марксистские технологии, которыми ранее гордились и еврейская «взаимопомощь», которая наблюдалась вокруг событий в России с конца 19-го века до 1917 г. —
«В ходе бурных событий весны и лета 1968 г. сионисты особенно большие усилия прилагали для завоевания позиций в среде учащихся и студенчества… выдвигая хлёсткие демагогические лозунги, они повели некоторую часть молодёжи в наступление на государственный и политический строй ЧССР…» — писали советские аналитики в работе под названием «Идеология и практика международного сионизма». А Романенко в своём исследовании «О классовой сущности сионизма» отмечал:
«Советские авторы, чехословацкие исследователи обратили внимание на те изощрённые приёмы, которые использовались сионистами в целях «тихой оккупации» ключевых, важнейших позиций в науке, учреждениях массовой информации.
Особенно опасной явилась «тактика вируса рака»: способность скрываться под внешней оболочкой, совершенно аналогичной составу здоровой клетки того живого организма, в который вторгается вирус. Механизмы защиты клетки нейтрализуются. И смертельный враг проникает внутрь организма, обречённого на гибель, если не последует решительное и своевременное хирургическое вмешательство и если оно возможно…». А ведь А. З. Романенко знал ещё до своего исследования о русских масках — ФИО отцов русских революций, но он страстно раскрывал чехословацких революционеров:
«Под прикрытием израильских дипломатических паспортов в ЧССР давно действовали связанные с зарубежными сионистскими организациями Цви Шапиро — израильтянин, бывший гражданин ЧССР (ранее именовавшийся Куртом Стейном), Карел Аарон (до иммиграции из ЧССР именовался — Грюневальд), Ицхак Шалев (ранее именовался — Эугенг Штевка) и другие».
В своём исследовании Романенко перечисляет более десятка международных еврейских организаций участвовавших в чехословацких событиях, помогавшим чехословацким диссидентам-революционерам.
А в СССР события развивались своих логическим чередом. Еврейские лидеры в СССР воодушевлённые победой Израиля над арабами, чехословацкой ошибкой руководства СССР и своим лидерством в общественном мнении советского общества шли в атаку, — начиная с открытой апелляции к европейской и американской общественности в 1969 г., и заканчивая — провокационным угоном советского самолёта с заложниками еврейским террористом Л. Хнохом в 1970.
В это время в Израиле нынешний глава правительства этой страны Ариэль Шарон («Арик-бульдозер») в 1970 г. жесточайшим образом подавил первое восстание арабов-палестинцев в Газе.
Теперь в условиях нового витка «холодной войны» весь западный мир только и говорил о евреях в СССР. Россию очередной раз лихорадило от «еврейской» болезни. Зловещий «еврейский вопрос» стоял как никогда ранее после Отечественной войны. К тому же руководство СССР явно было раздражено своим проигрышем в чехословацком конфликте и в арабо-израильской войне, где на арабской стороне находилось и советское оружие и советские специалисты.
Явной слабостью СССР попытался в 1969 г. воспользоваться даже Китай, который военным путём дважды неудачно пытался захватить приграничные спорные территории.
После «самолётного процесса» руководство СССР сочло, наконец, необходимым принять какие-либо меры против разбушевавшихся евреев. И после пропагандистской «артподготовки», смысл которой звучал — «иудаизм оказался очень удобной религией для захвата мирового господства, потому что весьма последовательно проводил идеологию расового господства и апартеида», — в 1971 г. начались судебные процессы над подпольными еврейскими организациями в СССР — в Ленинграде, Риге, Кишиневе.
Одновременно стали больше давать разрешений евреям на выезд из СССР, — в 1971 г. покинуло СССР 13 тысяч евреев, в 1972 — 32 тысячи, в 1973 — 35 тысяч.
Тут-то советские власти спохватились, что уезжающие евреи, как идеологические враги, получали и получают в СССР бесплатное образование. Группа учёных во главе с профессором Е. Д. Модржинским в результате социологического исследования показала динамику в этой теме — в 1958 г. научных работников-евреев в СССР было 28 966 или — на каждые 79 евреев приходился один научный работник, а через 13 лет — в 1971 г. научных работников — евреев в СССР было уже 66 793, то есть один научный работник приходился на каждые 32 еврея, когда в среднем по СССР — один научный работник приходился на 241 человек.
Руководство СССР решило принять меры: в 1972 г. был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О возмещении гражданами СССР, выезжающими на постоянное место жительства за границу, государственных затрат на обучение» в размере годовой зарплаты старшего научного сотрудника.
Вот тут-то начался огромный шум, гвалт и обвинения в адрес руководства СССР в несправедливости и крайних притеснениях евреев. Огромным потоком пошли письма-жалобы советских евреев в ООН, а Запад в условиях «холодной войны» от удовольствия «потирал руки». Сенат США ввёл по этой причине дискриминационную поправку Джексона по отношению к СССР, и в США был введён новый государственный праздник — «День национальной солидарности Америки с евреями в СССР».