Страница 13 из 13
ВАЛЕН. Составлю. Ты иди. Я сейчас.
КОУЛМЕН направляется к входной двери.
ВАЛЕН печально смотрит на осколки разбитых фигурок.
КОУЛМЕН. Когда вернемся, я помогу тебе прибраться. А кое-какие может и склеить удастся. У тебя клей «момент» еще остался?
ВАЛЕН. Остался, только колпачок куда-то подевался.
КОУЛМЕН. А-а, вечная история с этим клеем.
ВАЛЕН. А фигурки святых в страховке указаны. Как и плита.
КОУЛМЕН. Ого…
ВАЛЕН (после паузы). Что значит «ого»?
КОУЛМЕН. Помнишь, пару недель назад, ты меня спрашивал, снимал ли я деньги со страховки? И я сказал, что нет.
ВАЛЕН. Очень хорошо помню.
КОУЛМЕН (после паузы). Так вот. Страховочные деньги я прикарманил и все пропил.
ВАЛЕН вне себя бросается к ружью.
КОУЛМЕН выбегает из дома. ВАЛЕН бежит за ним. Но догнать не успевает. Возвращается с ружьем в дом. Он весь дрожит от ярости и чуть не плачет. Постепенно успокаивается, глубоко дыша. Перегибает ствол ружья и смотрит заряжено ли оно.
КОУЛМЕН ружье зарядил. ВАЛЕН извлекает патрон.
ВАЛЕН. А ведь мог выстрелить в меня, гнус. В своего родного брата! Как в родного отца! Как в мою плиту!
Отбрасывает ружье и патрон, срывает с распятия письмо отца Уэлша так резко, что цепочка ГЕРЛИН падает на пол, идет с письмом к столу и достает коробок спичек.
Нытик ты несчастный. Вот кто ты, отец Уэлш. Так и буду я с твоей душой разбираться до самого гроба? Не мог еще кого-нибудь найти?
Поджигает письмо. И тут же задувает пламя. Письмо почти не пострадало. Кладет его на стол, вздыхая.
(Тихо). Вся моя беда в том, что у меня слишком добрая душа.
Подходит к кресту, прикрепляет к нему письмо и цепочку. Разглаживает письмо. Надевает куртку, проверяет есть ли в карманах мелочь и направляется к двери.
Напиваться не буду. Это я тебе точно говорю, отец Уэлш Уалш Уэлш.
ВАЛЕН с тоской смотрит на письмо, усеянный осколками пол и выходит.
Свет на сцене гаснет. На несколько секунд остаются освещенными только распятие и письмо.
Затемнение