Страница 6 из 15
Дейви. Зачем же ты плевал на свою матушку?
Донни. Она действовала мне на нервы.
Дейви. Теперь я начинаю понимать, в кого пошел твой бешеный Падрайк.
Донни. А еще у нее был кошмарный волосатый подбородок. (Пауза.) Ну-ка дай я попробую его покрасить, а то ты все плохо делаешь.
Донни встает, Дейви тут же занимает его место и начинает потягивать потин.
Дейви. Я думал еще пройтись гуталином. Пока это выглядит весьма приблизительно.
Донни. Вот скажи: если ты знал, что принесешь мне рыжего кота, ты бы мог, сволочь, хотя бы принести свой гуталин, а не тратить мой попусту.
Дейви. Ты чего это раскомандовался?
Донни. Ты обязан был подготовиться. Пока этот кот только наполовину черен, и если он, к примеру, оближет свою шерстку за ночь, наша проделка всплывет наружу, ясно тебе?
Дейви. (пауза) Кошки любят себя вылизывать. Даже не знаю, почему. Больше чем собаки, кстати. Что-то у них там в мозгах щелкает. Вот.
Донни. (насмешливо) Я тебе сейчас намажу бошку этим гуталином, сволочь ты эдакая. Закрой глаза, чтоб не щипало, а то еще разрыдаешься тут.
Дейви. Слушай, кот орет как младенец.
Донни. Откуда ты его достал вообще?
Дейви. Не знаю. Он, наверное, чей-то. Убежал из дома.
Донни. Смотри, у него ошейник с именем. Как тебя зовут, кися?
Дейви. Сэр Роджер.
Донни. Сэр Роджер. Смешное имя для кота.
Дейви. Ага. Нужно много ума иметь, чтобы так назвать кошку.
Донни. Слушай, надо бы снять с него ошейник, Дейви. Иначе он испортит нам всю игру.
Дейви. Да, надо. Иначе Падрайк догадается обо всем и будет ясно, что это не Малыш Томас. Сейчас ты говоришь умные вещи, Донни.
Донни. Знаю. Вообще-то я не нуждаюсь в том, чтобы ты меня оценивал.
Донни снимает с кота ошейник и бросает его в шкаф слева.
Дейви. (пауза) А давай скажем Падрайку, что Малыш Томас так болел, так болел, что стал рыжим!
Донни. Думаешь, это убедительно?
Дейви. И теперь еще его шерстка пахнет гуталином.
Донни. Думаешь, это сработает, Дейви?
Дейви. Нет.
Донни. А тогда хрен ли ты это говоришь, Дейви?
Дейви. Думаю, как спастись.
Донни морщится.
Дейви. Слушай, а это ты правду говорил про свою мать?
Донни. (улыбаясь) Немножко преувеличил.
Дейви. Я так и подумал.
Донни. Я только один раз ее ударил, и это было последнее, что было в ее жизни.
Дейви. Я так и подумал. Твоя мама не делала ничего такого, чтобы ты ее дубасил. Я люблю свою мамочку. Люблю ее больше жизни. Люблю ее больше всех на свете.
Донни выгребает остатки гуталина из банки. Кот перекрашен едва ли наполовину. Выглядит абсолютно идиотски.
Дейви. Мммм… Как я люблю запах гуталина…
Донни. Да, я тоже.
Оба с наслаждением принюхиваются к своим рукам.
Прям даже хочется его покушать.
Дейви. Ага. А ты пробовал?
Донни. В детстве, да.
Дейви. Я тоже. Он такой… сыроватый.
Донни. Ага. И стоило тебе только высунуть язык, как все быстро понимали, что ты натворил.
Дейви. Ага. И все смеялись.
Донни. Да. (пауза) Ну ладно, хватит…
Завершает полировать кота, берет его на руки и показывает Дейви.
Ну как, Дейви? Сойдет нам это с рук?
Дейви задумывается.
Дейви. Он приставит револьвер к нашим затылкам и выбьет наши крошечные мозги на хрен.
Донни. (смеясь) Точно!
Затемнение
Сцена пятая
На дороге. Ночь. Кристи, Брендан и Джоуи – первые двое сидят вместе, а третий поодаль. Кристи ест бобы из банки. У всех северо-ирландский акцент.
Кристи. Иди сюда, поешь бобов.
Джоуи. Я не стану есть бобы с такими мудаками, как вы оба.
Брендан. О, опять наш сосунок повысил голос.
Джоуи. Я тебе не сосунок.
Кристи. Хватит задирать друг друга, придурки.
Брендан. Да он уже, похоже, обосрался перед делом.
Джоуи. Сам ты обосрался. Может, мне штаны снять, чтобы ты убедился?
Брендан. Нет, не надо.
Джоуи. Ничего я не обосрался. Я готов к схватке. И не важно, с сильным противником или слабым. Но вот чего я никогда не стану делать – так это выходить из себя, чтобы насолить своим приятелям. Я все равно в двадцать раз лучше всех вас вместе взятых. Не стану нападать на беззащитных, тем более на тех, кому вооружаться нечем. Потому что у них вместо рук – маленькие когтистые лапки.
Кристи. Понятно, Джоуи, никто из нас не рад тому, что мы должны сегодня совершить. Но не зачеркивать же нам наши планы! Один умный человек однажды сказал: «Цель оправдывает средства». Это, кстати, не Маркс ли сказал? По-моему, он.
Брендан. Нет, не Маркс.
Кристи. А кто же тогда?
Брендан. Не знаю я. Но точно, не Маркс.
Кристи. Брендан, ты не замечал, что все время осекаешь людей и твердишь им, что ту или это сказал не тот. Что нй говорил тот или этот, может сказать каждый дурак. А умный человек вытянет спинку в струнку и скажет четко, кту это сказал.
Брендан. Думаю, ты прав, но все равно это сказал не Маркс. Это, собственно, все, что я хотел сказать.
Кристи. А кто же, блин?
Брендан. Да не знаю я!
Кристи. Это сказал какой-то русский.
Брендан. Может быть, может быть, даже наверняка, так и есть. По крайней мере, это звучит так, словно это сказал кто-то из России. Но я всего лишь хотел сказать тебе, что это не Маркс.
Кристи. Да, с тобой разговаривать бессмысленно.
Брендан. Нет, бессмысленно только по поводу цитат.
Джоуи. (пауза) Слава богу, вы хоть от меня отстали. А то задираете уже по любому поводу.
Кристи. А какой, кстати, был повод?
Джоуи. Повод был в том, что мы разбили голову невинному коту! Я что-то не припомню, чтобы я подписывался давить кошек, когда вступал в ИНЛА.
Брендан. Какого кота ты раздавил? Это мы с Кристи убили его без твоей сраной помощи.
Джоуи. Я имею в виду, что я теперь повязан с теми, кто истребляет кошек.
Брендан. Только вот не надо теперь примазываться к убийству, для которого ты палец о пальц не ударил.
Джоуи. Да никуда я не примазываюсь! Потому что в убийстве кота никакой мазы нет. Раздавить кошку – просто. Для этого даже стволы не нужны. Так, кстати, обычно чертовы британцы делают. Сгоняют несчастных ирландских котов и мутузят их до полусмерти, как в Кровавое Воскресение,[12] только нескольким бедным чертенятам удается убежать.
Брендан. Они не убивали котов в Кровавое Воскресение. Кристи, ну скажи ему.
Джоуи. Я просто пример привел, тупица.
Брендан. А, пример.
Джоуи. Я бы ни за что не записался в ряды штурмовиков ИНЛА, если бы заранее знал о том, что убивать котов – это ваш способ борьбы. Идеи ИНЛА хиреют, по моему убеждению. Точно так же было, когда взрывали Эйри Нива.[13] Нельзя было убивать человека только за то, что у него было смешное имя. В этом не его вина.
12
Кровавое Воскресение – решающий эпизод в англо-ирландских отношениях. 30 января 1972 года в городе Дери в Северной Ирландии английские солдаты расстреляли мирную демонстрацию католиков. От рук военных погибло 13 человек. «Кровавое воскресение» крайне обострило и без того серьезный конфликт между Ирландией и Великобританией в 70-е годы. Фактически после Кровавого воскресения началась гражданская война, вдохновившая на ряд жестоких акций ирландские террористические организации. «Кровавое воскресение» стало поводом для создания одноименной кинокартины, а также песен Джона Леннона и Боно (группа «U2»).
13
Эйри Нив (1916–1979) – член британского парламента, представитель консерваторов от Северной Ирландии, друг Маргарет Тетчер. 30 марта 1979 года террористы ИНЛА подложили бомбу под его автомобиль. Эйри Нив скончался на месте в тот момент, когда машина выезжала с парковки Вестминстера. Событие произошло за несколько недель до выборов, в которых с триумфом победила Консервативная партия, после чего Маргарет Тетчер стала премьер-министром. Эйри Нив был как раз тем самым политиком, который вывел Тетчер в лидеры Консервативной партии.