Страница 14 из 15
Падрайк. Ну как продвигается работа, парни?
Донни. Мы почти все сделали, Падрайк. Вот-вот закончим.
Падрайк. Наскольку я вижу, вы еще далеки от финала. Еще не срезана кожа с пальцев. Не выбиты зубы. А к одноглазому Кристи вы еще даже не приступили. А ты говоришь: «Вот-вот закончим». С такими темпами вы закончите через неделю.
Дейви. Да я вообще не понимаю, почему это мы должны делать эту работу! Это не мы их укокошили. Если бы это сделали мы, то нет проблем. Но ведь это вы натворили.
Падрайк. Опять борзеешь?
Дейви. (себе под нос) Ну типа да.
Падрайк. Чего?
Дейви. Не борзею я, не борзею я!
Падрайк. Я бы давно вышиб твои сраные мозги, придурок, только с некоторых пор ты же мой племяш. Это никуда не будет годиться, если я прострелю голову моему любимому шурину.
Мейрид бросает на Падрайка взгляд, полный любви и восхищения.
Мейрид. А что у нас скоро будет свадьба, да, Падрайк Осборн?
Падрайк. Да. Скоро будет точно. Как только доделаем нашу работу.
Мейрид. Когда освободим Ирландию!
Падрайк. Да, когда освободим Ирландию!
Долго целуются.
Донни. Да, ждать им придется долго.
Дейви. Сто лет будут ждать.
Донни. Когда они поженятся, мы ж с тобой тоже породнимся.
Дейви. (с презрением) Точно, блин.
Донни. Что такое?
Дейви. Ты думаешь, мне будет приятно породниться с бешеным придурком и его отцом, который избивал свою жену?
Донни. А ты думаешь, мне будет приятно породниться с толстожопым пидарасом и душителем котов?
Дейви. (тихо, с ужасом) Блядь! Мы же про кота забыли!
Дейви подходит к окровавленной корзине на столике, убеждается в том, что она пуста, отставляет корзину, осматривается, заглядывает под мебель, шарит рукой в труднодоступных местах, наконец находит в шкафу ошейник с надписью «Сэр Роджер». Уже хочет выкинуть ошейник за разбитое окно, как тут Падрайк и Мейрид дают друг другу отдых после долгого поцелуя.
Падрайк. Твое платье, боже! Ты где-то уже вымазалась в крови.
Мейрид. Ну и что? Красный идет к любой одежде.
Падрайк. Ну по Ольстеру лучше не ходить в окровавленном платье.
Мейрид. Да кто заметит, Падрайк?
Падрайк. Туристы заметят. Давай, девочка, смени его или выстирай.
Мейрид. Я сейчас его прополощу.
Дейви выбрасывает ошейник за окно.
Мейрид. Ну вы закончили уже?
Дейви. Нет еще.
Мейрид. Режьте, режьте.
Дейви. А я чем занимаюсь?!
Мейрид. Ха-ха. И этот придурок будет еще говорить мне что Падрайк бешеный.
Она идет в сторону ванной.
Минут пять, и мы двинемся в путь.
Падрайк. Давай скорее.
Мейрид. Хорошо.
Мейрид целует его и входит в ванную.
Падрайк. (кричит ей вслед) Ой, слушай, я забыл, там на полу валяется тот грязный кот, которому я кишки наружу выставил.
Челюсть Дейви медленно отвисает, он смотрит на дверь ванной, ожидая реакции.
Падрайк. (Дейви) А ты разве говорил, что я бешеный?
Дейви. (с отсутсвующим видом) Да.
Падрайк. Что?
Дейви. Что?
Падрайк. Я спрашиваю тебя, ты говорил когда-нибудь, что я бешеный?
Дейви смотрит на Падрайка, который еще ни о чем не подозревает.
Падрайк. Ну ладно, глупая твоя рожа, ну какой же ты смешной. Иди работай. Или ты думаешь, что трупы сами себя разрежут?
Донни. Нет, не разрежут. Дейви, в чем дело? Иди сюда, давай выбьем этим зубы.
Дейви. (с отсутствующим видом) Давай выбьем.
Присаживается на колени рядом с Донни и начинает флегматично выбивать зубы у трупа. Его глаза внимательно следят за дверью в ванную.
Все хуже и хуже, хуже и хуже.
Донни. Что ты болтаешь, Дейви?
Дейви. Все хуже и хуже.
Падрайк. Да он какой-то совсем дурной у тебя.
Донни. Он просто еще ребенок. Это так кажется, что он ни черта не понимает. (Пауза. Распиливая труп.) Оказывается, парни, позвоночник очень трудно распилить.
Падрайк. Серьезно? А ты представь себе, что это хребет твоего злейшего врага, и станет легче.
Донни. Ага, представил. Пошло.
С отсутствующим взглядом в проеме двери ванной появляется Мейрид. У своей груди она держит окровавленный труп почерневшего Сэра Роджера. Сейчас ее видит только Дейви.
Донни. Я тебя уже поздравил с помолвкой?
Падрайк. Нет еще.
Донни. (вставая) Мои поздравления, сынок.
Падрайк. Спасибо, старик.
Донни пожимает Падрайку руку. Мейрид входит в комнату, Падрайк смотрит на нее.
Падрайк. О, да ты посмотри на себя. Мы подходящая пара. У каждого по коту. Кто скажет, что у нас нет ничего общего, кроме желания покончить со всякой сволочью? Нет, наверное, я не должен так шутить. Хотя бы ради Малыша Томаса.
Мейрид. И хотя бы ради Сэра Роджера.
Падрайк. Сэр Роджер, это кто? Сэр Роджер Кейсмент?[25]
Мейрид. Ага.
Падрайк. Зачем тебе сдалась эта грязная дохлая кошка, Мейрид?
Мейридосторожно отдает Сэра Роджера Дейви, зловеще ему улыбаясь. Окровавленной рукой взъерошивает свои волосы. Идет к Падрайку. Он сидит на столе, за его спиной лежат два револьвера. Он нежно дотрагивается до ее щеки, она начинает тихо напевать «The Dying Rebel».
Мейрид. (поет) «The night was dark and the fight was ended…»[26]
Падрайк подпевает.
Вместе. «The moon shone down O’Co
Мейрид. Поцелуй меня, Падрайк.
Падрайк сливается с ней в страстном поцелуе, в это время руки Мейрид тянутся за пистолетами. Она берет по пистолету в каждую руку, медленно подымает их и подводит стволы к голове Падрайка. Падрайк ни о чем не подозревает. Донни с ужасом смотрит на них. Поцелуй завершается.
Падрайк. Как там дальше, Мейрид? (Поет.) «The moon shone down O’Co
Мейрид. В моем котике не было ничего негигиеничного.
Падрайк. (пауза) Нет, там что-то было про гибель храброго солдата, по-моему.
Мейрид. Точно.
Выстреливает в голову Падрайка из двух стволов. Падрайк обрушивается спиной на стол, умирает с Томасом в руках и широко открытым ртом. Мейрид смотрит на револьверы, через некоторое время продолжает песню. (поет)
«I stood alone where brave men perished. Those men have gone, their God to meet».[28]
Она вставляет стволы револьверов Падрайку в рот, оставляет их там и медленно, с необыкновенной нежностью забирает своего кота у Дейви.
И этого тоже, козлы, распилите.
Донни. Слушай, нехорошо, наверное, просить меня распилить собственного сына!
25
Сэр Роджер Кейсмент (1864–1916) – культовая фигура ирландского освободительного движения, поэт. Повешен за участие в Пасхальном восстании и шпионаж против Англии. Будучи британским дипломатом, он договорился с Германией о поддержке Ирландской освободительной революции. Пасхальное восстание должно быть стать началом этой войны. На суде против Кейсмента всплыли в качестве улики его дневники, где были опубликованы шокирующие подробности гомосексуальной жизни Сэра Роджера Кейсмента. Британское правительство использовало гомосексуальность Кейсмента как фактор охлаждения страстей вокруг казни повстанца. В 1965 году останки Кейсмента были перевезены в Дублин.
26
«Ночь пришла, и прекратилась схватка…»
27
«Луна светила на О’Конелл Стрит…»
28
«Я стояла там, где погибли храбрые солдаты. Они ушли, их встретит Господь».