Страница 3 из 9
Я вышел, чувствуя подозрительно-враждебный взгляд служащей.
Вернувшись к себе в номер, я написал на почтовом бланке гостиницы письмо Берте Кул:
«Б. Проверьте списки пассажиров судов, отбывавших в декабре 1919 года из Сан-Франциско на Восточное побережье через канал. Найдите, на каком из них отправилась миссис Линтиг. Посмотрите имена других пассажиров – может быть, удастся обнаружить ее попутчиков. Миссис Линтиг тогда была свободна, и не исключено, что она завела роман с кем-нибудь из пассажиров. Это давний след, но он может навести на золотую жилу. Пока у нас, кажется, шансов немного».
В конце я нацарапал свои инициалы, положил записку в конверт с заранее написанным адресом, и клерк заверил меня, что письмо будет отправлено поездом в два тридцать.
Я пообедал в «Гроте», а потом снова зашел в редакцию «Блейд».
– Я хочу дать объявление, – сказал я девушке с мечтательными карими глазами.
Она дважды внимательно прочитала текст и исчезла в задней комнате. Через несколько минут оттуда вышел массивный человек с покатыми плечами, с надвинутым на самые глаза зеленым козырьком и с табачной крошкой в углу рта.
– Вас зовут Лэм? – спросил он.
– Да.
– Вы хотите поместить в газете это объявление?
– Точно. Сколько с меня?
– Пожалуй, читателям будет интересно узнать о вас.
– Возможно, – ответил я. – Но этого делать не стоит.
– Небольшая реклама может помочь вам найти то, что вы ищете.
– А может и помешать.
Он посмотрел на листок с объявлением и сказал:
– Из этого можно заключить, что миссис Линтиг причитаются какие-то деньги.
– Здесь об этом не сказано, – заметил я.
– Ну, об этом не трудно догадаться. Здесь обещано щедрое вознаграждение тому, кто даст вам информацию о местонахождении миссис Линтиг, уехавшей в 1919 году из Оуквью, или, если она мертва, имена и места жительства ее законных наследников. Для меня это звучит так, что вы один из этих самых наследников, а это согласуется с некоторыми другими вещами.
– С какими еще вещами? – спросил я.
Он обернулся, поискал глазами плевательницу и выплюнул в нее желтую табачную струю. Потом сказал:
– Я спросил первым.
– Первый вопрос, о котором вы совсем забыли, это стоимость объявления.
– Пять баксов за три строчки.
Я дал ему пять долларов из денег Берты Кул и попросил квитанцию.
– Подождите, – сказал он и ушел за перегородку.
Через минуту вышла кареглазая девушка.
– Вы хотели получить квитанцию, мистер Лэм?
– Да, хотел и теперь хочу.
Она немного поколебалась, держа ручку над квитанцией, а потом посмотрела на меня:
– Как вам понравился «Грот»?
– Дрянь, – сказал я. – А где у вас можно хорошо поужинать?
– В кафе при гостинице, если вы знаете, что заказывать.
– А откуда вы знаете, что заказывать?
– Вы, должно быть, сыщик? – Я пропустил это мимо ушей, а когда она заметила, что я не отреагировал, то добавила: – Вы пользуетесь дедукцией и действуете методом исключения. Поэтому вам нужен дипломированный гид.
– А у вас есть диплом? – спросил я.
Девушка оглянулась на перегородку.
– Вы на редкость догадливы, – сказала она.
– А вы, случайно, не состоите членом коммерческой палаты?
– Я – нет, а газета состоит.
– Я приезжий. Думаю открыть у вас филиал своей фирмы. Для меня очень важно составить правильное впечатление о вашем городе.
Человек за перегородкой кашлянул.
– Что делают местные жители для того, чтобы хорошо питаться?
– Это очень просто. Они женятся.
– И живут после этого долго и счастливо?
– Да.
– А вы замужем? – спросил я.
– Нет, я хожу в кафе при гостинице.
– И знаете, что там заказывать?
– Да.
– Как насчет того, чтобы поужинать с прекрасным чужеземцем и показать ему, как в этом городе делают заказы?
– Вы не совсем чужеземец, – засмеялась она.
– Да, и не совсем прекрасный. Но мы можем поужинать и поболтать.
– О чем будем болтать?
– О девушке, которая работает в редакции газеты и может немножко подзаработать.
– Сколько это немножко? – спросила девушка.
– Не знаю, – честно признался я. – Мне это еще нужно уточнить.
– И мне тоже.
– Так как насчет ужина?
Она еще раз быстро оглянулась через плечо:
– Надо подумать.
Я подождал, пока ее ручка порхала над бланками квитанций.
– Я буду на работе послезавтра. Газета сейчас выходит раз в неделю.
– Я знаю, – кивнул я. – Позвонить вам сюда?
– Нет-нет. Сегодня около шести часов я приду в холл гостиницы. У вас есть знакомые в городе?
– Нет.
Мне показалось, что девушка вздохнула с облегчением.
– Другие газеты в городе есть?
– Нет, теперь нет. В восемнадцатом году была еще одна газета, но в двадцать третьем ее закрыли.
– Как насчет проторенной дорожки? – спросил я.
– Вы уже на ней, – улыбнулась девушка.
Человек за перегородкой снова кашлянул – на этот раз, как мне показалось, предостерегающе.
– Я хотел бы посмотреть подшивки за семнадцатый, восемнадцатый и девятнадцатый годы.
Она принесла газеты, и я провел остаток дня, выбирая из колонки светской хроники имена людей, которые бывали на тех же вечеринках и собраниях, что и мистер и миссис Линтиг. Чтобы понять, в каких кругах вращались Линтиги, я выписал все фамилии, которые повторялись достаточно часто.
Девушка за конторкой то сидела на стуле, поглядывая на меня, то уходила за перегородку, и оттуда доносился стук пишущей машинки. Мужского голоса я больше не слышал, но, помня о предостерегающем кашле, больше не пытался заговорить с девушкой. На квитанции я прочел ее имя – Мариан Дантон.
Часам к пяти я вернулся в гостиницу, принял душ и вышел в холл. Девушка появилась около шести часов.
– Коктейль-бар здесь приличный? – спросил я.
– Очень хороший.
– Как вы считаете, коктейли улучшат нам аппетит перед ужином?
– Думаю, да.
Мы взяли два «Мартини», потом я предложил повторить.
– Вы что, хотите споить меня? – спросила Мариан.
– Двумя коктейлями?
– Я знаю по опыту, что это только начало.
– А зачем мне вас спаивать?
– Не знаю, – засмеялась она. – Так как может девушка, работающая в редакции газеты в Оуквью, заработать еще немного денег?
– Пока точно не знаю, – ответил я. – Все зависит от проторенной дорожки.
– Как именно зависит?
– Важно, как далеко проложена дорожка и кто ее проложил.
– О! – сказала девушка.
Я показал бармену на пустые бокалы, и он начал смешивать второй коктейль.
– Я слушаю.
– Это превосходный жест, – сказала девушка. – Постараюсь его запомнить.
– Вы когда-нибудь зарабатывали на поисках информации? – спросил я.
– Нет, – ответила Мариан. И, немного помолчав, спросила: – А вы?
– Случалось.
– И вы думаете, что у меня получится?
– Нет. По-моему, вы больше заработаете в газете. Как это случилось, что вы – единственная красивая девушка в этом городе?
– Спасибо. А вы в этом разбираетесь?
– Просто у меня есть глаза.
– Да, это я уже заметила.
Бармен наполнил бокалы.
– Одна моя знакомая работает в картинной галерее. Она рассказывала, что приезжие моряки всегда спрашивают, почему она единственная красивая девушка в Оуквью. Похоже, у городских это единственный способ знакомиться.
– Я над этим не задумывался, – сказал я. – Просто я не встречал здесь других красивых девушек.
– Почему бы вам не поискать еще?
– Попробую, – ответил я. – В девятнадцатом году в вашем городке процветал специалист по ухо-горло-носу. А сейчас, похоже, он бы здесь разорился.
– Вы правы.
– А что случилось?
– Много всякого, – ответила девушка. – Мы никогда не рассказываем обо всем сразу. Для приезжих это звучит слишком мрачно.
– Вы можете рассказать мне первую серию.
– Что же, слушайте. Когда-то здесь были железнодорожные мастерские, – начала Мариан. – Но потом правление дороги решило перенести их, и в двадцать первом году начался кризис.