Страница 45 из 48
— В Гонолулу никто перчаток не носит, — прервал его я.
— А я ношу!
— Потому что вы заранее знали, что будете шарить в доме Бастиона, и не хотели оставлять отпечатков пальцев.
— Да что вы такое несете? Его убили как раз тогда, когда мы подъехали.
— Кто убил?
— Какая-то женщина.
— Шалите, шалите, Бикнел! — Я покачал головой. — Как не стыдно утаивать важные вещи от своих детективов?
— Что вы еще выдумали?
— Вы все замечательно спланировали… — начал я, но тут Берта не выдержала.
— Нет, нет, Дональд! Куда тебя заносит? Как можно предполагать такое? Ты же знаешь, что Бикнел все утро был на пляже, пока я не рассказала ему про Бастиона. Потом мы туда поехали вместе. Я все время была с ним.
— Ну-ка, когда было совершено убийство? — спросил я Берту.
— Как раз когда мы подъехали, — выпалила она. — Или прямо перед этим.
— Или когда ты пошла звонить в полицию, — добавил я.
— Что?! — воскликнула Берта.
— Да ты с ума сошел! Я же звонила в полицию после… — И тут она осеклась.
— Вот именно, — сказал я. — Ты ведь до этого не вылезала из машины. Ты ведь не видела тело. Бикнел взошел на крыльцо, потом заглянул в окно, побежал обратно и сообщил тебе, что Бастиона убили выстрелом между глаз и он лежит мертвый в постели, а рядом на полу скомканная газета.
Берта уставилась на меня, моргая своими зелеными глазками.
— Ну да, — проговорила она. — Я же видела тело собственными глазами.
Я только усмехнулся.
— После того как ты вернулась, позвонив по телефону в полицию, на постели действительно лежало мертвое тело. А вот когда Бикнел заглядывал в окно, Бастион просто спокойно лежал в постели и читал газету. — Наступила тишина, и я продолжал: — Да, Бастион действительно стал шантажировать Мириам. Но Селма, большой дока в этом деле, быстро понял, что тут пахнет гораздо более крупной игрой, что здесь есть другая жертва, у которой на самом деле совесть нечиста, а значит, она вдвойне уязвима.
— Вы о чем сейчас говорите, позвольте вас спросить? — вмешался Бикнел.
— Об убийстве Бастиона.
— Вот и говорите об этом.
— Хорошо. — Я снова повернулся к Берте. — Бикнел сказал, чтобы ты пошла позвонила в полицию, а он останется ждать. Ты стала карабкаться по лесенке в соседний дом, думая только о том, что ты будешь говорить полиции. Тем временем Бикнел вошел в дом, достал из кармана пистолет, выстрелил Бастиону точно между глаз и снова вышел на крыльцо. Все это он проделал еще до того, как ты успела объяснить соседке, что тебе от нее нужно, и добраться до телефона, откуда ты уже видела Бикнела через окно. Он, правда, рассчитывал, что успеет не только убить Бастиона, но и найти нужные ему документы. Однако времени до твоего возвращения оказалось мало и ничего найти он не успел, поэтому пришлось уговорить тебя войти в дом вместе с ним и поискать как следует.
— Вы лжец и предатель! — не выдержал Бикнел. — Я добьюсь, что вас лишат лицензии!
Я не обращал внимания на его крики и продолжал объяснять Берте.
— Бикнел плевать хотел на Мириам Вудфорд. Все это сплошной спектакль. Да, Мириам Вудфорд покупала мышьяк, но Эзра Вудфорд был отравлен совсем не этим мышьяком. Эзра действительно попросил ее купить мышьяк, но только потому, что Бикнел попросил Эзру сделать это для него: он якобы собирался попробовать заняться набиванием чучел. Так что вся история с мышьяком просто дымовая завеса.
Тут Бикнел произнес ледяным голосом:
— Я не знаю, как именно можно лишить вас обоих права заниматься расследованиями, но сколько бы ни потребовалось от меня времени, денег, сил и терпения, — я это сделаю. Вы самые гадкие, самые дрянные детективы, какие только бывают на свете, вы отбросы этой профессии! Подонки, предатели своих же собственных клиентов!
Я усмехнулся. Берта посмотрела на меня испепеляющим взглядом и прошипела:
Чтоб мне провалиться, Дональд, если я понимаю, что ты вытворяешь! Один раз в жизни нам попался клиент — настоящий Санта-Клаус, так ты сам же рубишь сук, на котором сидишь!
— Я вам еще кое-что скажу, — снова заговорил Бикнел, обращаясь ко мне. — Существует такая вещь, как доказательство. Уж и не знаю, слышали вы о ней или нет, но если не слышали, то сейчас как раз самое время вам о ней узнать. Вы, видно, начитались детективных романов, в которых стоит только мудрому сыщику ткнуть в кого-нибудь пальцем, как тот или моментально падает духом и признается, или вынимает пистолет и пытается пустить себе пулю в лоб, или бросается в бегство. Должен вам заявить, что я поступлю совершенно противоположным образом. Вы выдвинули против меня ложное, клеветническое обвинение в присутствии свидетеля, и я подам на вас в суд за клевету. И попробуйте доказать хотя бы часть ваших диких обвинений, молодой человек. Дело кончится тем, что я разоблачу вас и покажу, кто вы есть на самом деле.
— Ну, раз пошло такое дело, — не выдержала Берта, — то мы тебе, сукиному сыну, скрипучему паралитику, зададим такую трепку, какой ты в жизни не видел! Если хочешь знать, я думаю…
И тут раздался требовательный стук в дверь. Берта моментально замолчала. А Бикнел, озабоченно посмотрев на меня, сказал:
— Наверно, сейчас нам лучше обойтись без посторонних. В конце концов, мы, похоже, наговорили друг другу много лишнего. Пора спуститься на землю, прийти к какому-то здравому соглашению и…
Стук в дверь повторился, на этот раз еще решительнее. Я встал и открыл дверь. На пороге стоял сержант Хуламоки, согнувшись в полупоклоне и улыбаясь.
— Можно войти? — вежливо спросил он. Нет! — пронзительно вскрикнул Бикнел.
— Нет! — завопила и Берта.
Я сделал шаг в сторону. Сержант Хуламоки вошел в номер и поблагодарил:
— Спасибо. Большое спасибо. Я прикрыл дверь.
— Вы здесь что-то говорили насчет доказательств, мистер Бикнел, — начал сержант Хуламоки. — Это очень, очень интересная тема, и мне кажется, я смогу внести посильный вклад в ее обсуждение. Я, собственно, поэтому и решил заглянуть на минутку.
— Вы что, слышали, о чем мы говорили? — испуганно спросила Берта.
— Конечно, — ответил сержант Хуламоки. — Должен вам сказать, что ваш номер прослушивается. Мы следим за вашей беседой из соседней комнаты.
— И все записывается? — ахнула Берта.
— Да, безусловно. Записывается и подтверждается свидетелями. Не подумайте ничего такого — обычная полицейская рутина, миссис Кул.
— Отлично! — нашелся Бикнел. — Значит, у меня есть еще свидетели, которые мне так нужны. Теперь я имею прекрасную возможность возбудить дело против Дональда Лэма за распространение порочащих меня сведений.
— Так вот, о доказательствах, мистер Лэм, — обратился ко мне сержант Хуламоки. — Вы сделали ряд очень интересных выводов или, я бы даже сказал, умозаключений…
— Назовите их хотя бы подозрениями! — гневно запротестовал Бикнел.
— …А мы со своей стороны, вероятно, можем представить некоторые доказательства.
— Правда?
— Например, пистолет в туалетном бачке, — продолжал сержант, — орудие убийства. Уже нет сомнений в том, кто и когда именно его туда положил.
Бикнел хотел еще что-то возразить, но передумал.
— Конечно, сразу стало ясно, — сказал сержант Хуламоки, — что если кто-то решил воспользоваться таким удачным стечением обстоятельств — когда можно убить шантажиста и навлечь подозрения на миссис Вуд-форд, — то этот пистолет так или иначе должны были подбросить в ее дом. Судя по всему, именно так вы и рассуждали, мистер Лэм, когда настаивали на самом тщательном проведении обыска у нее в квартире.
Я кивнул.
— И я конечно же рассуждал точно так же, — пояснил сержант.
Бикнел саркастически хмыкнул.
— Что же тогда ваши гориллы не заглянули в бачок во время обыска? Все было бы значительно проще.
— Конечно, согласился сержант Хуламоки. Обыск — это тоже обычная полицейская рутина. И мы конечно же туда заглянули.
— Заглянули? — переспросил Бикнел, у которого буквально отпала челюсть.