Пустенье

– Я вас понял, – Ковров согласно кивнул, возвращаясь к привычному способу восприятия. – На самом деле это даже приятный сюрприз: мало кто из бизнесменов в наше время задумывается о психофизической безопасности – своей, своих близких, своего коллектива. А между тем это основа основ любого бизнеса, любой семьи, любого коллектива. И то, что вы проявляете интерес к этой области знаний, безусловно, говорит о вашей исключительной прозорливости. Хорошо, чтобы не отвлекаться на разговоры, я вам покажу кое-что интересное. А после этого мы сможем обсудить

лить наши дальнейшие действия в этом направлении. Если не возражаете, предлагаю вам зайти в какой-нибудь из отделов «СИУСа».

Воронцов встал и, взяв со стола крошечный пенал мобильного телефона, молча направился к двери. За ним, негромко переговариваясь друг с другом, последовали Филатов и Ковров.

– Вот здесь, – Ковров остановился перед дверями, табличка на которых информировала о том, что за ними находится одно из подразделений финансовой службы. Он повернул дверную ручку и вошел в офис. Реакцией на его появление были удивленные и вопрошающие лица трех девушек, что-то увлеченно обсуждавших у одной из этажерок, заполненных специальной литературой и техдокументацией.

– Добрый день, – произнес Максим, отходя в сторону и пропуская в кабинет начальника службы безопасности и директора ТПК. Метаморфозы, происходившие на лицах девушек, могли послужить наглядной демонстрацией практически всех мимических состояний лицевых мышц, отвечающих за ту или иную эмоциональную реакцию: удивление и ожидание сменилось легким неуловимым испугом, затем озадаченностью, подобострастием, наносной радостью и наконец деловой сосредоточенностью, демонстрируемой высокому руководству.

– Здравствуйте, – Филатов подмигнул девушкам, которые тут же разошлись по своим рабочим местам. Воронцов, уже заходивший в финансовую службу, ограничился легким кивком. Оба выжидательно посмотрели на Максима. А тот вышел на середину комнаты и, обращаясь к начальнику СБ, произнес, осматривая кабинет.

– В этом офисе проводятся мероприятия по поиску и локализации каналов утечки информации?

– Да, стандартные процедуры технической диагностики. Ковров прошелся по помещению.

– То есть помещение защищено от утечки информации? Филатов улыбнулся.

– Специальных защитных мероприятий в данном помещении мы не осуществляли. Но поиск технических средств съема информации проводится нами раз в три дня.

– Демонстрация первая: «Информационная безопасность – мифы и реальность, или скрытые возможности человека». Использование сложной высокотехнологичной аппаратуры для промышленного шпионажа – это один из путей получения перспективной информации. Второй путь – работа с персоналом, вот с этими тремя очаровательными девушками: лесть,

подкуп, шантаж, запугивание – то есть все методы целенаправленного воздействия на потенциальный источник информации. Минусы первого пути – исключительная дороговизна спецтехники, сложность в се установке и реальная возможность потери спецтехники и обнаружения своей инициативы и своего присутствия сотрудниками отдела информационной безопасности. Верно? – он повернулся к Филатову, у которого не сходила с лица доброжелательная улыбка.

– Все точно.

– Минусы второго – работа с информаторами обусловлена целым комплексом проводимых мероприятий: выявление кандидата, его разработка, изучение, установление контакта, вербовка, определение эффективных способов связи. То есть целая цепь последовательных действий, каждое звено которой может оказаться слабым. Помимо этого, работа с посредниками чревата неправильной интерпретацией получаемой информации. Я имею в виду искажение исходной информации, достоверность и надежность получаемых данных, переменчивый характер личных мотивов выдачи информации. Все это порождает единственный вопрос: существует ли механизм, пользуясь которым человек может получать желаемую информацию в обход посредничества с другими людьми и в обход использования сложных технических средств?

Воронцов сел на одно из передвижных кресел-стульев и, бросив искоса взгляд на замолчавших девушек, осторожно спросил:

– Существует?

– Я покажу…

От этой фразы директор ТПК почувствовал, как закручивается внутри солнечного сплетения пружина знакомого возбуждения. Он вспомнил пронзительный взгляд эксперта и подумал про себя, что следующим объектом его языческих манипуляций однозначно будет не он, а Филатов – для чистоты эксперимента…

Троица поднялась на лифте на один этаж выше и, пройдя по длинному коридору, остановилась у одной из дверей, ведущей в совершенно пустой офис, – здесь только недавно закончили делать ремонт, подготавливая помещение к переезду одного из отделов.

– Ну, достаточно слов. Слова только запутывают. Виталий Олегович, прошу вас, присядьте вот здесь, прямо в центре.

Филатов снял с себя легкий льняной пиджак и протянул его Воронцову, который с явным любопытством наблюдал дальнейшее развитие событий.

– Я ничего не буду сейчас объяснять, обсудим все после. Садитесь, вот так, примите удобную позу.

Филатов сел прямо на пол, выстланный совершенно новым ковровым покрытием. Ноги он согнул и сел в классической позе айки-дзина – на пятки. Руки расслабленно легли на колени, ровная спина выдавала в нем профессионала боевых искусств.

Максим достал из кармана сложенную шелковую повязку темно-синего цвета и протянул ее экспериментатору.

– Вот, повяжите на глаза. Теперь расслабьтесь, постарайтесь погасить мысленный диалог и абстрагироваться от всех каналов восприятия, кроме слухового. Ваша задача – слушать звуки, окружающие вас. Только звуки, больше для вас ничего не должно существовать. Тихие и громкие, знакомые и незнакомые – не стоит их классифицировать. Вы должны слушать и слышать все доступные вашему восприятию звуки. Просто слушайте, и все. А мы с вами пойдем, Евгений Алексеевич.