Страница 10 из 40
– Я все еще ощущаю вкус этого холодного кофе, – сделал кислую мину Дрейк. Потом повернулся к Перри Мейсону. – Я отправил Джерри Нельсона в суд на слушание об условном освобождении и вынесении приговора по делу Минервы Минден, Перри. Я дал ему твой телефон, чтобы он докладывал мне прямо сюда.
Чувствую, тебе хотелось бы узнать новости, как только у меня что-то появится. – Мейсон кивнул, и Дрейк продолжал: – Я, правда, его немного попридержал, поскольку не был уверен, что Минерва Минден лично явится в суд. Она ведь могла быть представлена и через поверенного…
– Она там? – спросил Мейсон.
– Да, собственной персоной и со всем своим очарованием, – ответил Дрейк. – Она прекрасно знает, как показать свои ножки ровно настолько, чтобы привлечь судью на свою сторону и остановиться как раз на грани непристойного обнажения. Это, доложу я, та еще штучка! – Дрейк посмотрел на часы и обнадежил: – Мы услышим Нельсона с минуты на минуту.
– Не было ли какой-нибудь тяжбы по наследству семьи Минденов? – спросила Делла.
– Кое-что было, – ухмыльнулся Дрейк, – хотя должно быть чертовски больше. Старый Харпер Минден оставил колоссальное состояние, и никто не мог отыскать ни единого наследника во всем мире, пока в конце концов какой-то предприимчивый стряпчий не откопал эту Минерву. В то время она представляла собой нечто невообразимое, в общем, была та еще пташка. Говорят, уже в те дни была весьма неуравновешенной. А теперь, когда она получила кучу денег, стала совсем сумасбродной.
– Но ведь Харпер Минден не был ее дедушкой, не так ли? – спросил Мейсон.
– Нет, черт подери! Он связан с ней по какой-то боковой ветви родства, и реально основная часть его состояния все еще заморожена. Минерва получила в виде частичного распределения не то пять, не то шесть миллионов, но…
– До уплаты государственной пошлины? – спросил Мейсон.
– В завещании оговаривалось, что за состояние следует уплатить все налоги, – сказал Дрейк, – и, приятель, это было совсем немного. Ну, скажу тебе, старый Харпер и накопил деньжат! У него их было так много, что он даже точно не знал, сколько их. Золотые прииски, нефтяные скважины, недвижимое имущество, фабрики…
В это время позвонил телефон.
– Это, вероятно, Джерри.
Делла, сняв трубку, кивнула Полу и подвинула аппарат ему.
– Делла, нет у тебя какого-нибудь приспособления, чтобы вывести звук на усилитель, а?
Она кивнула, нажала кнопку и поставила микрофон на середину письменного стола Мейсона.
– Отсюда будет все слышно.
Дрейк, сидевший в десяти футах от микрофона, сказал:
– Привет, Джерри, ты меня слышишь?
– Конечно, слышу, – сказал Нельсон, усиленный голос которого заполнил всю контору Мейсона.
– Ну, ты все еще наблюдаешь за этой девчонкой? – спросил Дрейк.
– Наблюдаю ли я за ней? – понизил голос Джерри. – Я до сих пор не мог перевести дыхания.
– Что, был такой сильный нокаут?
– Не столько нокаут, сколько это сходство.
– Что, не совсем точная копия?
– Ну, не совсем точная копия, но их вполне возможно спутать друг с другом. Теперь послушай, Пол, нет ли какого-либо шанса, что эти девушки – родственницы?
Может быть, кто-то знает, нет у Минден сестры?
– Предполагается, что нет, – ответил Дрейк.
– Ну, насколько я помню, – сказал Нельсон, – в эту историю еще и впутано что-то вроде судебной тяжбы. Минерве Минден удалось доказать свое родство, поэтому ей досталось несколько миллионов долларов, но это фамильное древо никогда не было раскрытым полностью. Ходили слухи, что у матери Минервы была сестра, которая родила ребенка, прежде чем умерла.
– Так ты убежден, что известные нам девушки – родственницы? – спросил Дрейк.
– Я готов поставить свой последний цент на то, что они родственницы, – ответил Нельсон. – Никогда в жизни не видел ничего до такой степени умопомрачительного. Они выглядят одинаково, у них одинаковое телосложение, одни и те же манеры. У них, правда, разные голоса и цвет волос в общем немного отличается, но все равно сходство чертовское. Я не знаю, над чем там работают твои ребята. Полагаю, это дело связано с наследством. Там еще остается то ли двадцать, то ли тридцать миллионов, которые предстоит пристроить. Я вот что хочу сказать: вы наткнулись на золотую жилу…
– Хорошо, – сказал Дрейк, быстро взглянув на Мейсона, – все держи под контролем. Ты где сейчас?
– Прямо в суде.
– И что там творится?
– О, обычная бодяга. Судья смотрит через очки на Минерву и читает ей нотацию. Он наложил на нее по пятьсот долларов штрафа по каждому из двух обвинений, то есть в сумме это тысяча долларов, а теперь раздраженно втолковывает ей, что для него все еще остается под вопросом, а не присудить ли ее за все милые шалости к тюремному заключению, и что он, мол, в конце концов решил все-таки этого не делать, потому что от обвиняемой не будет никакого проку. Вот сейчас, несмотря на страстные просьбы защитников, въедливый старикан отказал в условном освобождении и настоял на уплате штрафа. По его мнению, было бы несправедливо предоставить ответчице условное освобождение от денежного наказания.
– Отлично, – сказал Дрейк, – продолжай работу и изучи девицу как можно лучше.
– Приятель, я уже изучил ее! – воскликнул Нельсон.
– Ну хорошо, тогда продолжай. А она не заметила, что ты на нее пялишься?
– Черт возьми, да в зале полным-полно народу, – фыркнул Нельсон. – И все на нее пялятся.
– Ну ладно, продолжай, – сказал Дрейк.
– Хорошо. Ну, пока.
– До свидания.
Делла Стрит нажала кнопку, отключив телефон.
– А что знаешь ты? – спросил Дрейк, пытливо глядя на Мейсона.
– Вероятно, меньше половины того, что следовало бы, – задумчиво ответил Мейсон.
– Так что за история стоит за всем, Перри? – спросил Пол.
– Думаю, Минерве Минден нужна точная копия ее, девочка для битья, – медленно сказал Мейсон.
– В том дорожном происшествии? – спросил Дрейк, и Мейсон несколько рассеянно кивнул. – Что там было?
– Ну, ты, возможно, заметил, недавно в газете мелькнуло странновато-заманчивое объявление, где предлагалось жалованье в тысячу долларов в месяц женщине с определенными физическими данными: возраст, рост, телосложение, вес. При совпадении всех параметров с заданными в объявлении обещалась некая высокооплачиваемая работа.
– Нет, я его не заметил, – сказал Дрейк.
– А вот многие девушки заметили, – сказал Мейсон. – Впрочем, претенденток подвергли весьма тщательному отбору. Нужна была максимально похожая особа, способная носить одежду Минервы Минден и все, что будет дублировать ее наряды. Девица-двойник должна была провести некоторое время, прогуливаясь взад-вперед мимо места дорожного происшествия, где жил как минимум один из его очевидцев и где, естественно, должно было произойти опознание…
– Не той особы?
– Да, не той особы, – сказал Мейсон. – И Минерва соскочила бы с крючка. Если бы позднее выяснилось, что дамочка не та, все свидетели уже совершили бы ложное опознание. И это значительно ослабило бы судебное обвинение. Если же, с другой стороны, обвинение выдвигалось против двойника, Минерва осталась бы чистой.
– Так для этого и нужен двойник? – недоверчиво спросил Дрейк.
– Для одного из таких совпадений, Пол, – кивнул Мейсон. – По всей видимости, какое-то детективное агентство подыскивало девушку с необходимыми данными, которая в одежде Минервы Минден прогуливалась бы туда-сюда перед кем-то из очевидцев того наезда, пока так или иначе не была бы им опознана. Тогда были бы найдены другие очевидцы, и все они опознали бы совсем не того человека.
– Ну, – ухмыльнулся Дрейк, – разве это не романтическое правосудие, Перри, когда красотка помещает объявление в газете, чтобы обезопасить себя от уголовного наказания, и, поступая так, заодно отхватит наследство более чем в пятьдесят миллионов долларов? К чему же это все мы придем?
– К тому, что лично мы сидим сейчас прямо на конце настоящей золотой ветки, – сказал Мейсон. – Мы…