Страница 15 из 38
— Если вы не возражаете, ответила миссис Гастингс, — я не скажу вам ничего о том, куда я поехала из дому, пока не переговорю с мистером Мейсоном.
— А если я возражаю? — спросил Трэгг.
— Все равно не скажу.
— Пока я не хочу привлекать вас к ответственности за убийство, — сказал Трэгг.
— Даже не буду приглашать вас в полицейское управление для снятия показаний. Мы с вами должны заключить джентльменское соглашение, Перри. Обещайте мне, что эта женщина будет готова к допросу в любое время.
Мейсон повернулся к Аделле Гастингс:
— Это означает, что вы не сможете поехать в Лас-Вегас.
— Как долго я должна оставаться в Лос-Анджелесе?
— В течение сорока восьми часов, — ответил Трэгг.
— Хорошо, — сказала она. — Я буду в городе.
— Где вы остановитесь? — спросил Трэгг.
— Пока не знаю. Очевидно, в отеле.
— Поддерживайте связь с Мейсоном, сказал Трэгг.
— Да, конечно.
— Что касается вас, Мейсон, — сказал Трэгг, — то ситуация несколько иная. Если вы скажете мне, что положили револьвер в ящик своего стола с добрыми намерениями, а оружие исчезло без вашего ведома и вы не знаете, где оно, то на данном этапе мне этого достаточно. Но хочу предупредить вас: этого будет недостаточно для окружного прокурора. Гамильтон Бюргер посчитает, что это очередной фокус-покус с вашей стороны, и он, возможно, поставит перед вами ультиматум: или предъявите оружие, или предстанете перед присяжными заседателями.
— Меня не волнует мнение Гамильтона Бюргера, — ответил Мейсон. — Я положил револьвер в ящик своего стола.
— И этот ящик сейчас пуст? — спросил Трэгг.
— Да, конечно.
— В столе есть еще пустые ящики?
— Нет, — ответил Мейсон. — Этот ящик предназначен для срочных дел, которые требуют немедленных и решительных действий.
— Револьвер как раз подходит под ваше определение, — многозначительно произнес Трэгг. — Дело требует срочных действий, притом немедленных.
— Я постараюсь выяснить, что случилось, — сказал Мейсон. — Вы же знаете, что замки в дверях не защищают от проникновения в помещение. Многофункциональным ключом можно открыть практически любую дверь на нашем этаже.
— У кого есть многофункциональные ключи?
— У сантехника, уборщиц, честно говоря, не знаю. Я свяжусь с людьми, которые обслуживают здание, и все перетрясу.
— Конечно, лучше перетрясти, — сказал Трэгг через плечо.
Он поклонился Аделле Гастингс и вышел. Мейсон повернулся к Аделле.
— Вы убили своего мужа? — спросил он.
— Нет.
— Есть ряд моментов в вашем рассказе, которые кажутся надуманными и вызывают подозрение.
— Я знаю, — ответила она, — но ничем не могу помочь. Я рассказала правду. Сами видите, что получается. Кто-то пытается навязать мне преступление. Кто-то украл мою сумку. Из сумки этот человек взял ключи от моей квартиры. Тот, кто украл сумку, вошел в мою квартиру в Лас-Вегасе, украл револьвер…
— И убил из него вашего мужа, — заключил Мейсон, поскольку голос Аделлы Гастингс прервался от волнения.
— Да, похоже, что так, — ответила она.
— Ваш муж был убит в постели, очевидно, во время сна? — спросил Мейсон.
Она кивнула.
— Это означает, — сказал Мейсон, — что убийство совершил человек, который бывал у вас в доме и которому доверяют. Хорошо, — продолжал Мейсон. — Вы хотите обратить мое внимание на человека, который украл вашу сумку. Но ранее вы рассказывали мне, что ваш муж держал ключ от квартиры в своем офисе, с тем чтобы по его звонку кто-то мог пойти в дом и взять необходимые ему вещи.
Она вновь кивнула.
— Тогда это может означать, что кто-то взял ключ в офисе и вошел в дом. Сколько человек работают в офисе вашего мужа?
— Всего около двадцати — тридцати человек.
— И кто из них имел доступ к ключу?
— Ключ от дома хранился в шкафу, а ключ от шкафа был у менеджера.
— Это означает, что, если мужу нужно было что-либо взять из дома, он звонил менеджеру, который должен был исполнить его просьбу.
— Нет, не совсем так. Менеджер брал ключ из шкафа и кого-то посылал на квартиру мужа.
— Кого именно?
— Любого. Это мог быть посыльный или одна из секретарей.
— А это означает, — сказал Мейсон, — что любой человек, которому менеджер передавал ключ, мог зайти в мастерскую и сделать дубликат ключа.
— Да, это верно, — сказала она. — Но нужно учитывать, что людям, работающим в офисе мужа, он полностью доверял.
— До замужества вы работали у него секретарем?
— Да.
— Он был холостяком?
— Нет.
— Он был до этого женат?
— Да.
— Он был вдовцом?
— Нет. Он был разведен.
— Что случилось с его первой женой?
— Это была не первая жена, вторая, — сказала Аделла Гастингс. — Его первая жена умерла. Вторая жена? Они развелись.
Мейсон задумчиво посмотрел на Аделлу Гастингс.
— Развод расчистил вам дорогу для брака?
— Да.
— Кто подавал на развод?
— Жена.
— Вопрос о разводе был решен на дружеской основе?
— Определенно нет.
— Упоминалось ли ваше имя во время бракоразводного процесса?
— Да.
— Где был оформлен развод?
— В штате Невада.
— В Лас-Вегасе?
— Нет, в Карсон-Сити.
— Когда это было?
— Около девятнадцати месяцев назад.
— И как только было принято решение о разводе, вы с мистером Гастингсом поженились?
— Да.
— Что вам известно о его второй жене? Она обо всем забыла и вновь вышла замуж или?..
— Она ни о чем не забыла, — резко ответила Аделла Гастингс. — Она ненавидит даже то место, по которому я прошла. Она делает все, чтобы доставить мне неприятности. Вот это причина… Как только я узнала, что в мою сумку подложили револьвер, я постоянно думала о ней.
— Где она сейчас живет?
— Я не знаю.
— Под какой фамилией она проживает?
— Гастингс. Она не выходила больше замуж.
— Я имею в виду ее имя?
— Ее зовут Минерва Шелтон Гастингс. Она одна из самых отвратительных, двуличных ханжей, которых я когда-либо видела.
— Она любила Гарвина Гастингса?
— Ее единственная любовь — это она сама, Минерва Шелтон Гастингс. Она двуликий, отвратительный, хитрый, расчетливый, эгоистичный человек.
— Любила ли она Гарвина Гастингса?
— Ей очень нравилась мысль получить большую сумму денег.
— И она получила желанные деньги?
— Несомненно, да.
— Каково состояние Гарвина Гастингса?
— Боже, да я об этом не имею представления. Может быть, два-три миллиона долларов.
— Сколько же получила Минерва?
— Двести пятьдесят тысяч.
— Наличными?
— Да.
— Даже если она любила Гарвина Гастингса, — сказал Мейсон, — она получила хороший куш, и непонятно, почему она должна к вам плохо относиться.
— Для этого есть причины. Она «посадила его на крючок», и, если бы не я, она бы к этому времени очистила его до цента.
— Как это возможно?
— Она бы отравила его.
— Вы имеете в виду, что убийство совершила Минерва?
— Мистер Мейсон, поймите меня правильно. Минерва не остановится ни перед чем. Она амбициозна, хитра, вероломна, изобретательна и нагла.
— Тогда, возможно, она явилась автором всей этой комбинации?
Аделла Гастингс кивнула.
— Но с какой целью? — спросил Мейсон.
— Чтобы отомстить мне.
— Это означает, что она приложила максимум усилий и разработала обширный план, чтобы разделаться с вами, не так ли?
— Если мне дадут срок тюремного заключения, — сказала Аделла Гастингс, — Минерва будет счастлива до небес.
— Тут речь может идти даже о чем-то более солидном. Составлял ли Гарвин завещание, когда она была замужем за ним? Возможно, он все оставлял ей?
— Да, оставлял!
— Аннулировал ли он это завещание, составив новое?
— Он говорил мне, что собирается это сделать.
— Когда он говорил?
— Через несколько дней после того, как мы поженились.
— В документе о разделе имущества, о котором говорил мне Хантли Баннер, указывалось, что вы должны получить по завещанию Гарвина пятьдесят тысяч долларов.