Страница 29 из 37
Адвокат улыбнулся.
— Никаких, Ваша Честь. Я с радостью соглашусь на предложение господина заместителя окружного прокурора, если он вначале докажет, что свидетельницу невозможно найти. Подобные действия со стороны обвинения с использованием идентичных доказательств — доказательств, представленных в другом судебном процессе — показывают основательность нашего заявления о невозможности дважды понести уголовную ответственность за одно и то же преступление.
— Хотя стороны остаются те же, — заметил Роджер Фаррис, — это все, что совпадает. Действия различны.
Судья Кадвелл почесал подбородок.
— Конечно, это усиливает позицию адвоката защиты, — высказал свое мнение судья Кадвелл. — Однако, Суд уже принял решение по этому вопросу, и оно остается без изменений. Представляйте доказательства, господин заместитель окружного прокурора. Я обращаю внимание адвоката защиты на то, что он может выступать с возражениями по задаваемым вопросам по мере того, как их произносит представитель обвинения, а Суд будет принимать решения о том, чтобы допустить или отклонить отдельное возражение.
Роджер Фаррис пригласил следователя, работающего в окружной прокуратуре, который сообщил, что Миртл Анна Хейли переехала из дома, где жила, и не оставила нового адреса. Он разговаривал с ее друзьями и знакомыми, но никто из них не представляет, куда она уехала, он предпринял все возможные усилия, чтобы разыскать ее и вручить ей повестку о явке в Суд, однако, его действия не дали результата. Она работала в дочерней компании «Балфур Аллайд Ассошиэйтс» и исчезла внезапно, даже не получив свою последнюю зарплату. Свидетель слышал от людей, с которыми он разговаривал, что компанией, в которой работала Миртл Анна Хейли, на нее было оказано давление, и поэтому она решила скрыться, а не выступать больше главным свидетелем со стороны обвинения.
— У вас есть вопросы? — обратился судья Кадвелл к Мейсону.
— Нет, — покачал головой адвокат.
— Прекрасно. В таком случае, я разрешаю внести в протокол показания Миртл Анны Хейли, представленные на предыдущем слушании, после засвидетельствования их подлинности и в отсутствие возражений со стороны защиты.
Секретарь суда должным образом принял присягу и зачитал расшифровку показаний Миртл Анны Хейли.
Словно маг, подводящий к захватывающей развязке удивительный трюк, Роджер Фаррис объявил громким голосом на весь зал суда:
— Я приглашаю мистера Баннера Болеса занять место для дачи свидетельских показаний.
Баннер Болес вышел вперед, поднял правую руку, принял присягу, назвал свое полное имя, возраст, адрес, род занятий и удобно устроился в свидетельском кресле.
— Вы знакомы с обвиняемым, Теодором Балфуром-младшим? — спросил Роджер Фаррис.
— Да, сэр. Конечно.
— Как давно вы его знаете?
— Примерно десять лет.
— Чем вы занимались девятнадцатого сентября текущего года?
— Работал на «Балфур Аллайд Ассошиэйтс».
— Какие конкретно обязанности вы выполняли в тот вечер?
— Мистер Гатри Балфур уезжал в Эль-Пасо. Оттуда он направлялся в Мексику. Моей обязанностью было проследить, чтобы он в целости и сохранности сел на поезд.
— Что-то вроде телохранителя?
— Скорее, уполномоченного про улаживанию конфликтов.
— Вы посадили его на поезд, отправляющийся в Эль-Пасо?
— Да.
— Кого еще вместе с ним?
— Его жену, Дорлу Балфур.
— Она села на тот же поезд?
— Да, сэр.
— А где вы находились до того, как отправились на вокзал?
— В доме миссис Флоренс Ингл, знакомой Балфуров, устраивалась вечеринка в честь отъезда мистера Гатри Балфура.
— Вы присутствовали на этой вечеринке?
— Да, сэр.
— Что произошло после того, как вы посадили мистера и миссис Гатри Балфур на поезд?
— Я вернулся к себе в контору.
— У вас есть своя контора в городе?
— Да, сэр.
— Не в здании «Балфур Аллайд Ассошиэйтс»?
— Там у меня тоже есть кабинет, но в городе у меня имеется и своя контора, которая открыта двадцать четыре часа в сутки.
— Я могу спросить с какой целью?
— Люди звонят мне, когда что-то случается, возникают какие-то проблемы.
— И вам позвонили вечером девятнадцатого?
— Нет, сэр.
— Нет?
— Нет, сэр.
— Я думал… О, простите, это было ранним утром двадцатого. Вам позвонили ранним утром двадцатого?
— Да, сэр.
— Кто вам позвонил?
— Обвиняемый.
— Вы имеете в виду Теодора Балфура?
— Да, сэр.
— Вы знаете, откуда он звонил?
— Я знаю только по его словам.
— И откуда он звонил по его словам?
— Из телефонной будки, расположенной на автозаправочной станции на перекрестке Сикаморской дороги и Главной автомагистрали. Автозаправочная станция уже закрылась, но из будки все равно можно было позвонить.
— Что он сказал?
— Попросил меня немедленно к нему присоединиться. Он заявил мне, что попал в беду.
— Что вы сделали?
— Прыгнул в машину и попытался добраться до него как можно скорее.
— Сколько времени у вас это заняло?
— Около двадцати минут.
— Вы дали обвиняемому какие-либо указания по телефону?
— Я велел ему ждать моего приезда.
— Он был у будки, когда вы приехали?
— Нет, сэр.
— Где он находился?
— Я какое-то время покружил по округе, пытаясь его разыскать…
— Это неважно. Скажите нам, где вы, в конце концов, нашли обвиняемого?
— Я нашел его дома.
— Вы имеете в виду в доме мистера Гатри Балфура?
— Да, сэр.
— Он там жил?
— Да, сэр.
— Вы знали это, как уполномоченный по улаживанию конфликтов, нанятый «Балфур Аллайд Ассошиэйтс»?
— Да, сэр.
— И что вы сделали?
— Мне не хотелось никого будить. Я решил выяснить, дома ли обвиняемый.
— Занимая вашу должность в организации, имеете ли вы ключи от домов, в которых проживают руководители «Балфур Аллайд Ассошиэйтс»?
— Да, у меня есть запасные ключи, которые я могу использовать в случае крайней необходимости.
— И вы воспользовались одним из таких ключей?
— Да, сэр.
— Куда вы вначале отправились?
— Во-первых, я заглянул в гараж, чтобы проверить, на месте ли машина, на которой в тот вечер ездил обвиняемый.
— Она оказалась в гараже?
— Да, сэр.
— В каком состоянии?
— Я достал карманный фонарик и обошел автомобиль вокруг, пытаясь найти какие-то следы случившегося, потому что услышав тон голоса обвиняемого, которым он говорил со мной по телефону, я подумал, что…
— Нас не интересует, что вы подумали, — перебил свидетеля Фаррис. — Рассказывайте, что вы сделали.
— Я осмотрел машину.
— Что вы обнаружили?
— Я увидел, что правая передняя фара разбита, на правом крыле имеется вмятина, на переднем бампере, ближе к правой стороне, осталось несколько капель крови, то есть, я предположил, что это кровь. Это были красные пятна, которые высохли и внешне походили на кровь.
— И что вы сделали потом?
— Выключил фонарик, закрыл гараж, отправился к парадному входу дома, вставил свой ключ и пошел наверх.
— Куда конкретно вы пошли?
— В комнату обвиняемого.
— Вам ранее доводилось бывать в этой комнате?
— Да, сэр.
— Вы знали, где она находится?
— Да, сэр.
— И что вы сделали?
— Постучал в дверь и сказал: «Это Баннер, Тед. Впусти меня.»
— Вы получили ответ?
— Нет, сэр.
— Что вы тогда сделали?
— Вошел в комнату.
— Что вы обнаружили?
— Обвиняемый лежал в стельку пьяный, просто в ступоре, на кровати, во всей одежде.
— И в обуви?
— И в обуви.
— В какое время вы увидели обвиняемого в таком состоянии?
— Примерно в два ночи. Я уехал с автозаправочной станции без десяти два, до дома ехать не больше пяти минут и, думаю, осмотр гаража и машины тоже не отнял более пяти минут.
— Когда вы используете слово «машина», какую конкретно машину вы имеете в виду?
— Я имею в виду автомобиль, фотографии которого были приобщены к делу в качестве доказательств, его номер — GMB шестьсот шестьдесят пять.