Страница 7 из 41
– Бог мой, осмелюсь предположить, что именно это заставило вас всех сюда подняться?
– Да, мисс Ройл, – ответил Эпсли, – хотя потребовалось несколько минут, чтобы удостовериться, из какой комнаты раздавался крик. – Он сделал шаг вперед и нагнулся ближе. – Итак, почему вы кричали?
– Почему? От восторга, конечно! – Она повернулась и, разведя руки в стороны, обратилась к толпе: – Граф МакЛарен собирается жениться на мне, Анне Ройл, простой девушке из Корнуолла. Найдется ли среди присутствующих здесь дама, которая не закричала бы от радости?
Матери вопросительно посмотрели на дочерей, мужья – на жен, и все, словно завороженные, дружно закивали.
– А вы, благородная леди МакЛарен, конечно же, понимаете, какую огромную честь оказал мне ваш сын, сделав предложение.
Злое и одновременно мученическое выражение лица матери смягчилось. И вот уже леди МакЛарен светилась от счастья.
Проклятье!
Лэрд не верил всему тому, что происходило с ним. Неужели мисс Ройл действовала заодно с Эпсли, воплощая в жизнь их грандиозный план, с тем, чтобы выиграть пари? Нет, это просто случайная цепь событий, способных свести с ума любого. Придумать такое не по силам даже Эпсли.
Черт побери, это происходит не с ним!
Зловещие черные точки закружили над головой Лэрда, словно стая воронов. Нет, он был не прав. Эта ночь оказалась намного хуже, чем он мог предположить.
Весь следующий час Анна была словно в тумане. Хотя это, конечно, было к лучшему.
Будь у нее время подумать обо всех последствиях своего заявления о том, что она невеста графа МакЛарена, поступок достойный того, чтобы сразу отправить ее в Бедлам,[1] – ей пришлось бы открыть окно в спальне и прыгнуть вниз, предварительно сбросив туфли.
Да, подумай она об этом, по-настоящему подумай, она определенно предпочла бы рискнуть и переломать кости, чем подвергнуть себя ядовитым насмешкам и косым, осуждающим взглядам со стороны гостей большого света, если бы они узнали о том, что она солгала.
Но у нее не было выбора. Никакого. Слава богу, что у нее оказался союзник, хотя бы на короткое время.
Это был не граф – ее распутный, пьяный, случайный соучастник в этом ужасном, наспех подготовленном преступлении, произошедшем сегодня ночью. Нет, ее ярым сторонником, как бы невероятно это ни звучало, оказалась достопочтенная леди МакЛарен: как только прогремело лживое признание Анны, графиня повернулась и обратилась к собравшимся гостям, оживленные пересуды смолкли.
– Пожалуйста, пожалуйста, прошу всех пройти в гостиную. Такое событие надо отпраздновать! – счастливо пропела она. И неважно, что прозвучало это несколько театрально.
Графиня обвела присутствующих ястребиным взглядом, словно мысленно пыталась получить заверение от тех счастливчиков, которые смогли пробраться в спальню для того, чтобы явиться свидетелями этого волнующего скандального зрелища.
– Пойдемте же. Полагаю, надо произнести тост, – щебетала графиня и махала от волнения облаченными в перчатки руками, выдворяя всех из спальни в коридор. Там они слились с все возраставшим числом гостей, поднявшихся наверх из любопытства, но потом под суровым взглядом графини вынуждены были отступить и спуститься вниз по лестнице, подгоняемые серьезными слугами.
Анна, сообразив, что в этот момент ей предоставляется возможность ускользнуть, направилась к лестнице и попыталась затеряться в толпе смущенных гостей. Но ее усилия оказались напрасными.
– Вы не уходите, дорогая мисс Ройл! – Леди МакЛарен с силой, подивившей Анну, схватила ее за руку. – Вы должны пойти со мной в мою спальню. Нам надо многое обсудить.
Прежде чем Анна осознала, что происходит, она уже сидела рядом с красивым туалетным столиком и собственная горничная леди МакЛарен – француженка по происхождению, накрутив и уложив волосы, сделала ей прическу, слегка припудрила лицо и нарумянила щеки.
– Я не знаю истинных обстоятельств, приведших к этой помолвке, мисс Ройл, но для меня теперь это не имеет никакого значения. На самом деле, чем меньше я знаю об ужасных подробностях, тем лучше! – Леди МакЛарен щелкнула пальцами, подавая знак своей горничной. – Уложите ей волосы повыше и распрямите эти локоны. Мне надо, чтобы она появилась перед всеми элегантной и безукоризненной. Вы понимаете?
– Out, madame.
– Вы с моим сыном находились наедине в темной спальне одни. Не знаю, почему вы там оказались и как долго пробыли, но это не имеет никакого значения. Эта деликатная ситуация должна быть разрешена с особой тщательностью и как можно быстрее, если мы не хотим, чтобы злые языки трепали ваше имя – и наше заодно.
Анна понятия не имела, что собиралась сделать графиня, но, по крайней мере, женщина осознавала, что это не было настоящей помолвкой.
– О, я так рада, что вы понимаете, что весь этот разговор о нашей помолвке пустой звук, но…
– Мисс Ройл, – графиня подняла руку и заставила Анну замолчать, – это не имеет значения. Не заставляйте меня повторять мои слова. Наша цель теперь ясна, и я клянусь, что снова не потерплю бесчестья. Снова не потерплю, вы понимаете меня, мисс Ройл?
Анна нахмурила брови:
– На самом деле, нет. Я не понимаю, леди МакЛарен.
Но графиня не обратила внимания на ее слова, она взглянула на Анну уставшими глазами, под которыми набухли огромные мешки.
– Тонкая кость свидетельствует о породе, и ваш рост – ну что же, можно сказать, что у вас королевская осанка.
– С-с-с… спасибо, леди МакЛарен. – Анна стоически сопротивлялась желанию горестно опустить плечи и продолжала держать спину прямо, сидя на обитом бархатом пуфике.
Внезапно графиня вскочила и обратилась к Анне:
– Вставайте, девушка. Соланж зашнурует вам корсет. – И продолжила: – Да, вы довольно привлекательны, юная леди. По крайней мере, хотя бы что-то, – графиня громко вздохнула. – Должна признать, как только я вас увидела, дорогая, ваше лицо напомнило мне меня в дни моей молодости. Вы довольно очаровательны. Понимаю, почему мой Лэрд проявил к вам благосклонность. – Когда графиня засмеялась, толстые щеки ее приподнялись и глаза превратились в щелочки. – Он знает, как досадить мне. Всегда знал.
Анна пристально смотрела на графиню. Невысокая женщина расхаживала по спальне. Девушке показалось, что пожилая дама разговаривает не с ней, а сама с собой – ей явно доставляло удовольствие произносить напыщенные тирады. Леди МакЛарен размахивала рукой, разрезая воздух, словно рубила головы.
– Если бы только на этот раз он подумал о том, как устроить надлежащую помолвку. Но теперь нет выхода, ведь так? Дело сделано, и мы все должны подумать о последствиях. Факт остается фактом: общество ждет свадьбы, и мы ее устроим.
– Свадьбу?
Безусловно, графиня не должна ожидать, что Анна и граф поженятся только ради того, чтобы величественная и знатная леди МакЛарен была чиста перед светом! Ее сын – повеса и распутник, грубиян, каких только видел свет. У него такая запятнанная репутация, он весь в грязи, как старый башмак!
– Вы не можете говорить об этом серьезно, леди МакЛарен. Я не могу…
Соланж положила руку на плечо Анны и посадила ее обратно на стул.
– Парфюм, – прошептала горничная, открывая пузырек с духами.
– Я всегда говорю серьезно, мисс Ройл, и чем скорее вы осознаете, что это дело – не шуточное, тем лучше. – Графиня подошла к ней и встала рядом, при этом обращаясь не к самой Анне, а к ее отражению в зеркале. – Пора Лэрду жениться и занять подобающее ему положение. Сегодня я говорила ему об этом по крайней мере трижды. Поэтому, хотя ваша помолвка и не была достойной и хорошо продуманной, той, которую я пожелала бы своему сыну, скорейшая свадьба будет для всех нас самым лучшим разрешением сложившейся ситуации.
– Я не могу этого сделать. Я не испорчу свою репутацию, связав свою жизнь с ним! – Анна повернулась, осторожно взяла графиню за руку и пристально посмотрела в удивленные глаза пожилой женщины, твердо сказав: – Я не выйду замуж.
1
Название дома для умалишенных в Лондоне. – Прим. перев.