Страница 89 из 219
В экспедиции, руководимой Клаппертоном, приняли участие доктор Диксон, капитан первого ранга Пирс - отличный художник, и судовой врач Мориссон, весьма сведущий во всех отраслях естествознания, а также слуга Ричард Лендер, ставший впоследствии знаменитым путешественником.
26 ноября 1825 года экспедиция высадилась на Невольничий берег Гвинейского залива, в районе Лагоса Диксон, неизвестно из каких соображений пожелавший добраться до Сокото один, высадился в Джуиде. Португалец, по имени де Суза, вместе с бывшим слугою Денема Колумбом сопровождали его до Дагома. Выйдя из города, Диксон на семнадцатый день пути прибыл в Хар, затем в Юри, но дальнейшая его судьба осталась неизвестной.
Остальные путешественники добрались до реки Бенин. Английский купец, по имени Хаутсон, отсоветовал им подниматься по ней, потому что местный вождь питал страшную ненависть к англичанам, мешавшим ему торговать рабами.
"Лучше, - говорил купец, - идти на Бадагри; от этого места тоже близко до Сокото, а тамошний вождь, расположенный к путешественникам, без сомнения снабдит вас конвоем до границ государства Йоруба". Хаутсон жил в этом краю уже много лет и знал местные нравы и язык, поэтому Клаппертон поехал вместе с ним до Катунги, столицы Йорубы. 29 ноября 1825 года экспедиция высадилась в Бадагри, поднялась по протоке реки Лагос, потом около двух миль по реке Гаци, проходящей по территории Дагомеи, и, переправившись на левый берег, углубилась внутрь страны.
Из-за влажности и сильной жары все члены экспедиции тяжело болели лихорадкой. Пирс и Моррисон погибли. Лендера, больного дизентерией, Клаппертон нес на руках, хотя у него самого был жар и повреждена рука - результат мужественного поступка, когда он спас жизнь ребенку.
Во всех городах, лежавших на пути Клаппертона, его появлению предшествовал странный слух. Везде говорили, будто он прибыл, чтобы установить мир в этом крае, объятом войной, и облагодетельствовать страны, которые изучает.
В Чоу караван приветствовал посол султана Йорубы, высланный навстречу вместе с большой свитой. Вскоре путешественники вступили в Катунгу. Множество ветвистых деревьев, растущих в городе и близ него, опоясывают подножие каменистой, сложенной из гранита горы, имеющей в окружности около трех миль.
Клаппертон прожил в Катунге с 24 января до 7 марта 1826 года. Он был сердечно принят султаном, у которого попросил разрешения проехать через Ниффе или Толпа, чтобы оттуда добраться до Хаусы и Борну. "Область Ниффе разорена гражданской войной, и один из претендентов на трон призвал себе на помощь феллатов, - ответил султан, - ехать этой дорогой неблагоразумно и лучше направиться через Юри". Клаппертону пришлось подчиниться.
Покинув Катунгу, Клаппертон переправился через реку Мусса, приток Куары, и достиг Киамы. Это один из городов, через которые проходят караваны, идущие из Хаусы и Боргу в Ганджу на границе области Ашанти. В Киаме не менее тридцати тысяч жителей, которых считают первейшими мошенниками во всей Африке. "Назвать кого-нибудь уроженцем Боргу все равно, что окрестить его вором и убийцей".
Клаппертон направился в сторону Буссы, где погиб Мунго Парк. Экспедиция переправилась через Оли, приток Куары, и вошла в Уауа - столицу одной из провинций Боргу, где за четырехугольником городской стены обитают около восемнадцати тысяч жителей. Улицы здесь чисты и широки, а круглые дома увенчаны конической соломенной крышей. Но трудно найти в целом мире город, где бы царило такое всеобщее пьянство. Правитель, жрецы, миряне - мужчины и женщины - до бесчувствия напиваются пальмовым вином, ромом, который привозят с побережья, и "бузой". Этот напиток делается из дурро с прибавкой меда, чилийского перца, корня одной жесткой кормовой травы и определенного количества воды. "Население Уауа, - говорит Клаппертон, - славится своей честностью. Это веселые, доброжелательные и гостеприимные люди. Я не встречал в Африке никого, кто так охотно рассказывал бы о своей стране, как они, и, что совсем удивительно, не видел среди них ни одного нищего. Они утверждают, что ведут свое происхождение не от коренных жителей Боргу, а от выходцев из Хаусы и Ниффе. Их язык является диалектом языка племени Йорубы, но их; женщины красивы, чего нельзя сказать об уроженках Йорубы, мужчины сильны и хорошо сложены. Религия их - смесь язычества и выродившегося магометанства".
Клаппертону принадлежит еще одно ценное наблюдение: вдали от побережья он встречал племена феллатов, бывших еще язычниками, но говоривших на же языке, что и феллаты-мусульмане, и имевших те же черты лица и тот же цвет кожи. Они, очевидно, были одного происхождения.
Бусса, куда, наконец, добрался путешественник, собственно говоря, не настоящий город - это отдельные группы домов на острове, находящемся посред Куары. Бусса - столица области, наиболее густо населенной во всем Борг Жители - язычники, так же как сам султан, хотя его и звали Мухаммед. Они питались обезьянами, собаками, кошками, крысами, рыбой, говядиной и бараниной.
"Пока я сидел у султана, - говорил Клаппертон, - принесли завтрак. Меня тоже угостили. Завтрак состоял из жирной водяной крысы в шкуре, отличного вареного риса, сухой рыбы - тушенной в пальмовом масле, крокодиловых яиц, жареных и тушеных, и, наконец, свежей воды из Куары. Я съел немного тушеной рыбы и рису, и все смеялись, как это я даже не попробовал ни крысы, ни крокодиловых яиц".
Султан принял путешественника приветливо и сообщил ему, что повелитель Юри уже неделю держит наготове суда, чтобы он мог подняться по реке до столицы. Клаппертон ответил, что все пути между Борно и Юри закрыты из-за войны, а потому он предпочел бы двигаться через Кульфу и Ниффе.
Во время следующего свидания путешественник стал расспрашивать о европейцах, которые двадцать лет назад погибли на Куаре. Клаппертон не получил на свои вопросы прямого ответа. "Я был тогда слишком молод, - сказал султан, - и не знаю точно, как это случилось". На вопрос о бумагах и дневниках Мунго Парка султан ответил, что у него нет ничего, и что все бумаги были переданы каким-то ученым.
Несколько дней спустя Клаппертон узнал, что у последнего имама - феллата по происхождению - были какие-то книги и бумаги Мунго Парка. К сожалению, этот имам недавно выехал из Буссы. В Кульфе путешественник наконец получил сведения, не оставлявшие больше сомнений в том, что Мунго Парк был убит.
Расставаясь с Боргу, Клаппертон записывает в своем дневнике, что считает несправедливой дурную репутацию местных жителей, которых повсюду называют ворами и разбойниками. Он сам объездил всю страну, путешествовал и охотился с ними один и никогда не мог их ни в чем упрекнуть.
Теперь путешественнику надо было попытаться достичь Кано, переправившись через Куару и пройдя области Гуари и Зегзег. Вскоре он прибывает в Табру, на реке Мэй-Ярроу, где жила мать султана области Ниффе. Затем он посещает самого султана в его лагере, находившемся невдалеке от города. По словам Клаппертона, это был невиданно наглый и жадный мошенник: он выпрашивал все, что попадалось ему на глаза, и не унимался, даже получив решительный отказ.
Болезнь вынудила Клаппертона задержаться в Кульфе дольше, чем он предполагал. Кульфа - торговый город, лежащий на северном берегу реки Мэй-Ярроу. В течение двенадцати лет он подвергался набегам феллатов и за шесть лет дважды горел. Клаппертон присутствовал там на празднике новолуния. В этот день все ходят друг к другу в гости. Женщины заплетают в косы курчавые волосы и красят волосы и брови краской индиго, а ладони и ступни ног - хной. Губы красят в желтый цвет, а зубы в красный. Ради праздника они наряжаются в самые красивые и пестрые одежды и надевают украшения. Они пьют бузу наравне с мужчинами, распевают с ними песни и принимают участие в танцах.
Покинув область Котонг-Кора, путешественник вскоре очутился в пределах Гуари. Страна, как и вся Хауса, была завоевана феллатами, но после смерти султана Белло I жители восстали, и с тех пор им, несмотря на все усилия феллатов, Удается сохранять свою независимость.