Страница 139 из 219
Он отмечает теплый прием, оказанный ему в государстве Телала ибн Рашида, и сожалеет только о царящем там и доведенном до крайности религиозном фанатизме (хотя и не ваххабитском), а также о распущенности нравов, присущей как мужчинам, так и женщинам, отличающимся, кстати, необычайной красотой. Наконец Гуармани покидает Джебель-Шаммар и направляется вместе со своими лошадьми по маршруту, пройденному Валлином, но в обратном направлении.
Самая большая опасность поджидала его в Вади Сирхан. Он едет вместе с караваном из 182 вооруженных мужчин, направляющихся в Хауран. Но бедуины из племен шарарат и сейлан, объединившись, напали на караван с целью ограбить его. Оплакивая двух мертвых и приведя с собой десятерых раненых, караван приходит на стоянку полностью разоренным и в самом плачевном состоянии. Гуармани отдает своим спутникам пятьдесят мер фиников и помогает ухаживать за ранеными, четверых из которых спасти не удалось.
На следующий день он отправляется в Дамаск, откуда возвращается в Иерусалим.
Его книга, скромно изданная францисканцами этого города и тотчас же переведенная на французский язык, не только отличалась искренностью и содержала массу данных относительно бедуинских племен и их жизни, но и изобиловала географическими сведениями - результатом измерений, сделанных компасом и циркулем, и подсчета расстояний. Все это делало возможным картографирование Центральной Аравии.
Так благодаря Валлину и Гуармани были исследованы Северная Аравия и государство князей Рашидидов.
Северцов Николай Алексеевич
(1827 - 1885)
Выдающийся русский путешественник, зоогеограф, один из пионеров экологии и эволюционного учения в России. В 1857-1879 годах исследовал Среднюю Азию и Памир, выделив его в особую горную систему. Автор трудов по зоогеографическому районированию Палеарктики, птицам России и Туркестанского края.
Николай Северцов родился в дворянской семье. Его отцу, Алексею Петровичу, принадлежало село Петровское в Воронежской губернии и конный завод в селе Хвощеватом Землянского уезда. К 1860-м годам Петровское было большим селом: в нем насчитывалось 162 двора и 969 душ.
Кроме Коли, в семье Алексея Петровича и Маргариты Александровны Северцовых родились еще четыре сына и две дочери. Дети Северцовых получили домашнее образование. Они были хорошо воспитаны, отлично владели французским, немецким, английским языками.
Летом 1843 года Николай Северцов был принят в Московский университет. Во время учебы он встретился с известным путешественником Карелиным, после чего Средняя Азия сделалась для него "научной целью всей жизни". Его зоологические наблюдения печатаются в журналах, в том числе и в "Вестнике естественных наук", издаваемом Рулье.
В 1856 году в Академии наук рассматривался проект экспедиции к низовьям Сырдарьи. Были определены задачи, намечен план, отпущены деньги. Руководство экспедицией доверили Северцову.
Туркестан считался тогда "страной таинственной", населенной разными народами, нередко враждовавшими друг с другом. Вся территория его была разделена между тремя ханствами: Бухарским, Кокандским и Хивинским. Сведения об этой обширной территории были скудны и не всегда достоверны. Они поступали, как правило, случайно, преимущественно от русских купцов и послов.
Северцову удалось добиться прикомандирования к экспедиции ботаника И. Борщова и препаратора И. Гурьянова. Оба были молоды и полны энтузиазма.
18 мая 1857 года отряд покинул Петербург. Ровно месяц ехали по трудным дорогам с краткими остановками на неустроенных станциях. Местом отдыха и окончательной подготовки экспедиции стал Оренбург - русская крепость на рубеже Европы и Азии.
В конце лета 1857 года Северцов начал из Оренбурга путешествие с большим караваном в сторону Эмбы по долинам Илека (система Урала) и Темира (приток Эмбы). Обследовав Северные Мугоджары, он прошел к низовью Эмбы, где открыл выходы нефти (первые сведения о Приэмбинском нефтеносном районе), а затем исследовал северный уступ плато Устюрт. Изучив Южные Мугоджары, он пересек пески Большие Барсуки, обогнув с севера Аральское море, и мимо озера Камышлыбаш вышел поздней осенью к Казалинску, на нижней Сырдарье. Оттуда Северцов двинулся на юг, в пустыню Кызылкум, проследил сухое русло Жанадарьи и описал восточный берег Аральского моря.
К 10 декабря экспедиция вернулись на базу в форт Перовский (ныне - Кзыл-Орда) с богатыми зоологическими, ботаническими и геологическими сборами.
Оставшиеся зимние месяцы занимались изготовлением чучел, определяли и этикетировали коллекции, совершали экскурсии в окрестности.
Весной 1858 года коллекции были существенно пополнены, особенно за счет птиц. Будучи метким стрелком, Северцов умел, как говорили коллеги, "достать труднейшую птицу", но никогда не позволял своим сотрудникам бить птиц зря.
Ранняя весна ошеломила всех буйством цветения и красок. Северцов все время проводил в поле. Помехой в работе стали приступы тяжелой тропической лихорадки. Но далеко не всегда позволял он себе лежать. Часто, превозмогая боль, садился он в седло со своим неизменным ружьем.
В то время на эти земли нередко нападали отдельные группы бродячих кокандцев. Они грабили аулы, угоняли лошадей, терроризировали население. Наиболее безопасным считался район озера Джарты-куль - вверх по Сырдарье. Туда-то и был направлен из форта Перовского отряд солдат на рубку леса для построек. 26 апреля 1858 года вслед за ними двинулся и Северцов.
Он ехал с Гурьяновым и шестью казаками. Внезапно на них напали кокандцы - человек 15. Гурьянова сразу ранили, часть конвоя умчалась за помощью. Северцов отстреливался, но ружье дало осечку. Кокандец настиг его и, вонзив пику в грудную кость, снял его с лошади.
Впоследствии сам Северцов вспоминал: "...кокандец ударил меня шашкой по носу и рассек только кожу: второй удар, по виску, расколовший скуловую кость, сбил меня с ног, и он стал отсекать мне голову, нанес еще несколько ударов, глубоко разрубил шею, расколол череп... я чувствовал каждый удар, но странно, без особой боли". Тут подъехали остальные кокандцы и предотвратили убийство, рассчитывая сохранить пленника живым для получения выкупа.
Сначала Северцова тащили на аркане, потом посадили на лошадь, привязав ноги к стременам. Несмотря на тяжелое состояние, большую потерю крови, мучительную жажду и невероятно трудную дорогу среди знойных песков и зарослей колючек, Северцов держался стойко. Самое поразительное, что он находил в себе силы "наблюдать местность". Приметил необычайно высокий саксаульник, до трех сажен высотой, сову в безводных песках, вид которой определить ему, однако, не удалось, поскольку в схватке он потерял очки. Обратил внимание на почвы, но досадовал, что с лошади не мог различить деталей. Тем не менее, впоследствии он записал свои наблюдения.
Кокандцы поняли, что их пленник - личность немаловажная, и повезли его в город Туркестан к своему правителю - беку. Подъезжая к Туркестану, Северцов еле держался на лошади. После допроса его заперли в помещение, "весьма похожее на тюрьму, и даже скверную тюрьму". Настроение и здоровье все ухудшались, исчезла надежда на освобождение.
Так прошло около месяца. Между тем русские власти энергично требовали немедленного освобождения ученого, угрожая военным походом. Туркестанский бек испугался и решил отпустить Северцова.
Из опасения, что пленник не вынесет тяжелого переезда, его начали усиленно лечить. К ранам прикладывали парную баранину и присыпали порошком, в состав которого входила толченая скорлупа черепашьих яиц. Лечение оказалось эффективным, к тому же крепкий организм и радостное ожидание освобождения способствовали восстановлению сил.
Через месяц, 27 мая 1858 года, Северцов вернулся в форт Перовский.
Здоровье Северцова постепенно улучшалось Он начал разбирать коллекции, понемногу экскурсировал. Так, он поднялся на баркасе вверх по Сырдарье и Куандарье, а затем исследовал соленые озера Культуз и Арыстуз в Голодной степи.