Страница 128 из 219
9 сентября 1862 года путешественники достигли резиденции Камраси, правителя Буньоро, находившейся при впадении в Сомерсет-Нил его левого притока Кафу. Отсюда Спик и Грант проследили Сомерсет-Нил вниз по течению до того места, где эта река поворачивает на запад, образуя пороги Карума. Им рассказывали, что далее к западу она протекает еще через одно большое озеро - Лута-Нзиге - и выходит из него в северном направлении. От посещения этого озера, однако, пришлось отказаться: жители той местности находились в состоянии войны с Камраси и не пропустили бы чужестранцев через свои земли.
До ноября 1862 года оба находились при дворе правителя Камраси. Путешественники познакомились с другим общественным укладом, основу которого составляло преимущественно скотоводство. Кочевой образ жизни препятствовал образованию в стране крупных поселений, поэтому в отзывах британцев о государстве Уньоро проскальзывало порой пренебрежение. Тем не менее, они рекомендовали его в качестве торгового партнера, а также для организации миссионерской деятельности.
Покинув резиденцию Камраси, экспедиция направилась к водопадам Карума. Здесь Спик и Грант отошли от берега Сомерсет-Нила и двинулись прямиком на север. 3 декабря они прибыли в Фалоро, факторию Дебоно, отмечавшую собой южную границу проникновения хартумских купцов в верхненильскую область.
Мухаммед, векиль Дебоно, оказал англичанам, материальные средства которых были совершенно истощены, посильную помощь и сам вызвался проводить их в Гондокоро. 13 января 1863 года их взору представился Белый Нил, а еще через два дня они смогли увидеть "дерево Миани". Таким образом, впервые после выхода из Таборы экспедиция вновь вступила в пределы уже известной европейцам территории.
В Гондокоро, куда путешественники прибыли 15 февраля, их ждал приятный сюрприз. "Спускаясь вниз по берегу реки... - вспоминает Спик, -мы увидели спешащую к нам фигуру англичанина, и в следующую минуту меня уже обнимал мой старый друг Бейкер, прославленный своими охотничьими подвигами на Цейлоне". Британского же консула Питрика в Гондокоро не оказалось, хотя по всем расчетам он должен был там быть уже давно, впрочем, через несколько дней появился и он во главе большого каравана с грузом слоновой кости. Так или иначе, помощь Питрика была уже не слишком нужна - Бейкер, который в поисках путешественников и почестей первооткрывателя поднялся вверх по Нилу, снабдил Спика и Гранта всем необходимым и предоставил в распоряжение путешественников зафрахтованные им суда.
В июне 1863 года Спик и Грант уже были в Англии. Но еще раньше в Лондон пришла отправленная Спиком из Александрии телеграмма - "The Nile is settled" -"С Нилом все в порядке". Эта фраза стала крылатой.
Британские поклонники географии и торговли ликовали. Когда Спик в первый раз делал доклад в Королевском Географическом обществе, в здании были выбиты окна, толпу приходилось сдерживать далеко не нежными усилиями. Конечно, просвещенные слушатели сразу поняли, что картина течения Нила у Спика явно неполная. Другим не нравилась его категоричность. Английскому исследователю не удалось проследить течение Нила в озерной области "шаг за шагом", и на отдельных участках, довольно значительных по протяженности, он положил его на карту, руководствуясь лишь расспросными данными и собственным географическим "чутьем" (которое, надо признать, редко его обманывало). Поэтому некоторые ученые расценили его взгляд на истоки Нила только как гипотезу, пусть даже и весьма правдоподобную. Джеймс Куин писал в "Морнинг эдветайзер", что "самые выдающиеся имена Европы опорочены тем, что в явно недостойной варварской стране их именами называют местности. Особенно посрамлено имя нашей благородной и милостивой правительницы [Виктории]". Высказывая свою точку зрения, Ричард Бертон заявил, что реки берут начало не в озерах, а в горах, и это известно каждому ребенку. Не только Бертон, но и другие выдающиеся исследователи, например Давид Ливингстон и Чарлз Бик, выразили свое сомнение относительно открытия Спика.
Спик подготовил и опубликовал описание своего путешествия - "Дневник открытия истока Нила" (Эдинбург - Лондон, 1863) Вскоре вышла в свет и вторая его книга (о предыдущих экспедициях) Ценным дополнением к "Дневнику" Спика явилась книга Гранта "Пешком через Африку" (Эдинбург - Лондон, 1864).
Научные итоги экспедиции Спика и Гранта выразились, прежде всего, в достаточно точной съемке их маршрута, сопровождавшейся астрономическим определением координат всех основных его точек (104 определения широты и 20 - долготы); при этом большое значение для последующих картографических построений имело установление точного местоположения не только тех пунктов, в которых Спик и Грант побывали первыми из европейцев, но и тех, которые посещались многими путешественниками ранее (так, в ходе своего плавания по Нилу от Гондокоро до Хартума Спик выяснил, что устье Собата расположено на целый градус восточнее и почти на полградуса севернее, чем оно изображалось на картах). Немалый интерес представили доставленные экспедицией этнографические материалы, обширный гербарий, данные метеорологических наблюдений. Но особенно важен был, конечно, ее вклад в решение многовековой "нильской загадки". На карте Спика довольно точно были показаны основные звенья гидрографической системы Верхнего Нила: река Китангуле (Кагера), озеро Виктория, Сомерсет-Нил (Виктория-Нил), озеро Лута-Нзиге (то есть озеро Альберт, известное ему, правда, только понаслышке) и, наконец, выходящий из него Белый Нил.
Экспедиция Спика и Гранта доказала несостоятельность концепции широтно вытянутых "Лунных гор", отделяющих бассейн Нила от озерной области (то, что называл "Лунными горами" сам Спик, было орографическим объектом более скромного масштаба, соответствующим реально существующим горам Вирунга). В общем, по сравнению с более ранними представлениями о географии этой части Африки шаг вперед был огромный. Исходя из современного уровня знаний, можно констатировать, что в результате путешествия Спика и Гранта проблема истоков Нила была принципиально разрешена.
16 сентября 1864 года Спик и Бертон должны были предстать перед научной общественностью и обосновать свои противоположные взгляды. Ричард Фрэнсис Бёртон страстно ждал диспута. На этот раз он не лежит в лихорадке, на этот раз Джек Спик (до сих пор он называет его так, как во времена их дружбы) не ускользнет от ответа. Основным же объектом своей критики, резко недоброжелательной по отношению к Спику, бывший его начальник избрал Викторию-Ньянзу Бертон решительно отказывался верить в целостность этого огромного водоема и доказывал, что он состоит из двух обособленных озер - южного, которое Спик видел в 1858 году, и северного, на берегах которого он же побывал в 1862 году. Хотя сам Спик считал единство открытого им озера несомненным фактом (и был в том совершенно прав), в пользу своей точки зрения он мог привести только собранную им устную информацию, которую, разумеется, нельзя было рассматривать как бесспорное доказательство, к тому же измеренные им в разное время высотные отметки уровня южной и северной частей озера заметно различались между собой, что и было использовано Бёртоном в числе прочих аргументов.
Неожиданно в зал вошел человек. Возник шум, и новость, наконец, достигла Бёртона - Джон Хэннинг Спик умер. Он отправился накануне поохотиться в поместье своего ближайшего родственника. Так и осталось тайной, направил ли он ружье на себя сам или выстрел, пронзивший ему грудь, произошел случайно.
Впоследствии дискуссия по поводу местонахождения истока Нила продолжилась. И Ричарду Бёртону еще предстояло убедиться, что Спик в основном был прав.