Страница 6 из 51
— Нет, я не об этом. Что я должна буду рассказать вам взамен?
— Абсолютно ничего, если ты сама этого не захочешь. Эстер несколько секунд обдумывала ее слова, затем сказала:
— Нет, так не пойдет. Я замешана в одной махинации, которую проворачивают у вас за спиной. Я бы никогда не смогла работать на вас, пока не рассказала бы вам всего, что мне известно, и не получила бы вашего прощения после того, как вы все узнаете.
— Тебе в самом деле этого хочется?
— Ну, не могу сказать, чтобы я горела желанием, но без этого я никак не могла бы работать у вас.
— Если тебя привлекает эта работа, место — твое. Оно будет твоим, даже если ты ничего не скажешь.
— Нет, я расскажу все как есть.
— Ты знаешь, где сейчас Линк? — неожиданно спросила Милдред.
— Да, в своей хижине. Ждет, когда эту дурочку привезут к нему, чтобы она…
— А ты знаешь, где эта хижина находится?
— Ну конечно. — Она невесело усмехнулась. — Я ведь там тоже была. Все девушки, которые работают здесь, побывали у него.
— Мне сейчас нужно сходить позвонить: Пока меня не будет, напиши его адрес на листе бумаги. Когда я вернусь, ты передашь его мне, хорошо?
Эстер кивнула.
Милдред направилась к телефонной будке и еще раз набрала ночной номер Мейсона.
— Думаю, вы застанете его в конторе, если позвоните туда прямо сейчас, — посоветовала ей телефонистка. — Он сказал, что собирается поработать там пару часов, а я говорила с ним всего лишь Час назад.
Милдред набрала номер конторы Мейсона; на другом конце ей ответил голос Деллы Стрит.
— Это опять мисс Фолкнер, мисс Стрит. (Ситуация становится угрожающей. Мне просто необходимо увидеться с мистером Мейсоном сегодня.
— Сегодня?
— Да.
— Очень сожалею. В данный момент мистер Мейсон готовит важную справку и не закончит диктовать раньше полуночи. Он просто не в состоянии никого принять.
— А он не мог бы встретиться со мной после полуночи?
— Боюсь, что нет. Знаете, ему ведь тоже нужно спать.
— Послушайте, дело крайне важное. Я готова заплатить любой гонорар в пределах разумного. У меня есть серьезные опасения, что завтра утром может быть уже слишком поздно.
— А почему? Что случилось?
— Я только что узнала, что моя сестра — она инвалид — переписала все свои ценные бумаги на имя мужа. Совершенно очевидно, что он использовал их как обеспечение под те долги, которые наделал на скачках или еще где-нибудь. Среди этих бумаг находится сертификат на владение акциями моей корпорации. К полуночи я узнаю все подробности и… О, прошу вас, уговорите, пожалуйста, мистера Мейсона…
— Подождите минутку, — прервала ее Делла Стрит, — я посмотрю, что он делает.
Она подошла к трубке через полминуты.
— Мистер Мейсон не закончит диктовать раньше полуночи или около этого, затем он выйдет выпить чашку кофе. Если вы согласны приехать сюда в час ночи, он готов с вами встретиться.
— Даже не знаю, как мне вас благодарить! Теперь послушайте, я сейчас работаю со свидетельницей. Ее зовут Эстер Дилмейер. Пожалуйста, запомните это имя. Я попробую уговорить ее тоже прийти к мистеру Мейсону. Если мне это удастся, прошу вас, не отпускайте ее до моего прихода и постарайтесь расположить ее к себе. Ей известны все факты. Сомневаюсь, что без нее я могу рассчитывать на что-нибудь в этом деле.
— Я должна буду выписать счет за эту консультацию независимо от того, придете вы или нет. Будьте добры, назовите мне ваше имя и адрес.
— Милдред Фолкнер. Я владелица «Фолкнер Флауэр Шопс». Мой адрес: 819, Уайтли-Пайн-Драйв. В доме есть телефон. Если хотите, я могу перевести вам часть денег до полуночи.
— В этом нет необходимости, — ответила Делла Стрит. — Мистер Мейсон будет ждать вас в час.
Милдред Фолкнер повесила трубку. С решительным видом она вернулась к столику, где Эстер Дилмейер пододвинула к ней сложенный пополам лист бумаги.
— Во сколько ты обычно заканчиваешь здесь, Эстер? — спросила она.
— О, после часа я могу уйти в любое время.
— Я хочу, чтобы ты выполнила одно поручение.
— Какое?
— Зайди в контору Перри Мейсона. Это мой адвокат.
— Когда?
— Сегодня в час ночи.
— Вы имеете в виду Перри Мейсона, адвоката, который распутал дело Тайдингсов об убийстве?
— Да, того самого.
— Ух ты. Он… он отличный адвокат. Я всегда говорила, что, если мне доведется убить кого-нибудь, я сразу же вслед за этим ограблю банк. Тогда у меня будет достаточно денег, чтобы заплатить мистеру Мейсону, а уж он-то меня вытащит. — Она рассмеялась.
— Итак, как ты смотришь на то, чтобы встретиться со мной в конторе мистера Мейсона в час?
— Его же не бывает в конторе в такое время.
— Он будет на месте, мы обо всем договорились.
— А зачем я вам там понадобилась?
— Затем, что я хочу вывести Боба Лоули из своего дела. В этом мне потребуется твоя помощь. Если ты собираешься работать у меня, тебе должно быть все равно, что подумают на твой счет эти люди.
— О’кей, для меня это пустяк. Только я могу опоздать минут на пять — десять.
— Это не страшно. И я обязательно пришлю орхидеи.
— О, не волнуйтесь, к чему столько хлопот?
— Это ничуть не хлопотно. У меня в самом деле есть несколько орхидей, оставшихся от невыкупленного заказа. Они изумительно подойдут к этому платью, поэтому, пожалуйста, не отказывайся.
Эстер Дилмейер наклонилась поближе к Милдред.
— Послушайте, — сказала она, понизив голос, — если будете разговаривать с Л инком, смотрите в оба. И не говорите, что узнали что-то от меня. Клянусь, я не заикнулась бы ни о чем, но вы появились, когда мне было так тоскливо, а тут еще это ваше предложение — знаете, очень уж редко я встречаю в людях искреннее желание помочь мне. Интересно, а как вы узнали про меня и про то, что Лоули у них вместо дойной коровы?
— Я попыталась заставить его предъявить некоторые бумаги… Впрочем, тебе лучше пока забыть обо всем этом, Эстер. Запомни, ты никогда и никому не должна рассказывать о нашем разговоре.
— Само собой. А вы не проболтайтесь Линку, что мне известно, что он уже намылил для меня салазки. Я хочу, чтобы он думал, будто я ухожу по собственной воле. Кстати, сегодня ночью любые посетители будут ему особенно неприятны. Так что будьте с ним поосторожнее. Что же касается Синдлера Колла и того дьяволенка с ангельским личиком, которого он привезет с собой… — Она моргнула, потом еще раз, натянуто улыбнулась и сказала:
— А, да ладно, мне-то какое дело?
Милдред посмотрела на часы.
— Решительно никакого. Ну что же, мне пора идти. До часа еще очень много нужно успеть сделать. Я все-таки хочу навестить Л инка.
— Будьте с ним начеку, — еще раз предупредила ее Эстер. — Он становится опасным, если пытаться загнать его в угол. Характер у него просто ужасный. Если он не согласится беседовать по душам, не давите на него. И не пугайте его Перри Мейсоном.
— Спасибо за совет. Я буду вести себя тактично, — улыбнулась Милдред.
Она направилась к выходу, но Эстер вдруг позвала ее назад:
— Послушайте, я хочу играть с вами в открытую. Я не из той породы людей, что легко меняют хозяев. Тем, на кого я работаю, я отдаю все, что у меня есть, но… — Она замолчала.
— Да? — помогла ей Милдред.
— Видите ли, Линк думает, что ему удастся обмануть меня в таком деле, которое касается меня лично, но я позабочусь, чтобы у него ничего не вышло.
— Что ж, это будет только справедливо, но позволь мне вернуть тебе твой же совет: будь осторожна и берегись Линка.
Эстер улыбнулась. Улыбка совершенно преобразила ее лицо.
— Не думайте, будто я не представляю, какую опасную игру затеяла. И не думайте, что Линк настолько глуп, чтобы не начать подозревать меня. Но у меня есть кое-какие средства… А, черт! Что вам за дело до моих горестей? Увидимся в час — может быть, самую чуточку позже.
Глава 3
В одиннадцать тридцать Перри Мейсон отпер дверь своего личного кабинета и посторонился, пропуская вперед себя Деллу Стрит.