Страница 31 из 36
На сцене вдруг появился Авито, ни с того ни с сего, и что он там делал, боже ты мой… Причем как раз в середине (ну ладно, ближе к концу) сеанса по смягчению последствий кошмаров… снов… ладно, очень буйных фантазий с самим собой в главной роли. Или это она была в главной роли?… Неважно. Итак, Авито появился из тьмы, подошёл на потенциально опасное расстояние (т. е. меньше трех километров) и начал нести какую-то чушь…
Тут Айения приняла решение. Состоящее в том, что анализировать слова Авито она пока не будет. Пока только поступки. Факты. Да. Которые были не менее запутанными.
Итак, Авито что-то там говорил… она ему что-то там отвечала… кхм… здравый смысл решения уже начал подпадать под сомнение. Так, всё. Факты: разговор…
"Боже мой!" — Айения прижала ладони к щекам, её ноги, медленно теряя силу, опустили её на пол, а легкие начали буйно гипервентилировать. Её мозг впервые смог постичь всю это необъятную концепцию. Там. Был. Поцелуй. Это было зарегистрировано как факт. Ну а поскольку там не было никого, кроме нее и профессора, логично вытекает, что поцелуй был между ними. Да. Дышать, ага. И… кажется… это он её поцеловал. Профессор Авито. Айсберг. Загадочный герцог. Главный мизантроп всея Друина. Её дядя. Мистер "больше-я-не-доставлю-Вам-никаких-проблем". Её мегасупер несчастная первая любовь безо всякой надежды на взаимность. КАКОГО?!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Ей еле хватило сил дойти до кровати и рухнуть на неё, наплевав на впившийся в бок передатчик. Она была настолько эмоционально измотана, что просто продолжала лежать без движения с открытыми ничего не видящими глазами в темной комнате. Подкосило её, наверное, именно то, что та самая надежда, которую она похоронила давно и прочно, которая была безжалостно втаптываема в землю каждый раз, как только приподнимала голову, которую Айения уже давно не соотносила никаким образом со своей личной жизнью, теперь имела все законные права на существование. И она пока что никак не могла примириться с этим фактом. Может быть, попозже, в конце концов, нельзя же так издеваться над человеком: больше года этих эмоциональных качелей и вот так вот сразу… Да, вот именно, она пока что полежит вот так, ни о чем не думая, желательно несколько дней, ну ладно, хотя бы до завтра…
Сигнал передатчика на запястье (приглушенный звук взлетающего самолета, но не типовой, из библиотеки самого устройства, а лично записанный на аэродроме) не заставил её пошевелиться и вообще подать какие-нибудь признаки жизни. Через несколько секунд передатчик озвучил присланное записанное сообщение: "Айя, я просто хотел сказать, что очень благодарен тебе за поддержку и вообще… Как там Сакаят, она не передумала? В каком она настроении? В общем, если что, я тебе позвоню, хорошо?" Было очевидно, что ему было неловко (или просто страшно) напоминать Ени о её обещании, несмотря на то, что он очень волновался перед предстоящим свиданием… свиданием… встречей… чёрт!
Айению просто снесло с кровати. Никакое не свидание, конечно, но Авито совершенно четко и ясно пригласил… позвал… назначил встречу… в общем, сказал, чтобы она пришла к нему домой сегодня вечером. Первой реакцией было вернуться в прежнее положение и не двигаться минимум до следующего утра. Конечно, потребовалось меньше минуты, чтобы воспрянула гордость Шоноров, ехидно намекающая на трусость. И кроме того, он был всё-таки родственником, соответственно просто так проигнорировать его она не могла. Ага, правильно, именно поэтому. Молодец, Айения. Но лучше придерживаться таких объяснений, потому что покалывание внутри, уже подталкивающее её к двери и заставляющее сердце биться сильнее… оно не переживет очередного "логического объяснения". Хотя, может, и переживёт, первый раз, что ли. Удивительно, что оно всё ещё жило внутри неё, и заявляло о себе всё активнее и активнее, в паре со страхом делая её дыхание более прерывистым и заставляя её нервно ходить по комнате из угла в угол. Девушка посмотрела на часы. Без пятнадцати семь. Оролен уже должна был уйти. Интересно, совещание уже закончилось? Он сказал, в любое время… Определение «хладнокровная» ей теперь можно было дать только в насмешку: лучше быстрее покончить со всем этим, чем так мучиться.
Да, при наличии цели её сознание не уходило со всей возможной скоростью в спираль воспоминаний, полных разочарования, и таких привычных практичных безнадежных рассуждений. Ени стремительно вышла из комнаты и направилась к выходу… Вид всё также погруженной в учебу Хэллин всколыхнул в ней неприятные воспоминания.
— Хэл, извини за срыв. Момент сейчас очень тяжелый, — всё-таки Айения Шонор была очень вежливой девушкой, ни в коем случае не желающей обидеть своих друзей. Хозяйка квартиры повернулась к ней и успокаивающе кивнула:
— Всё нормально. Завтра всё расскажешь.
Почему-то это звучало почти как приказ. Но Ени не стала заострять на этом внимания. "Если я до завтра вообще доживу", — пробормотала она, уже выйдя из квартиры. И тут вспомнила об очень важной детали: где же он живет-то?!
Оролен последовала совету Айении в точности. Во-первых, она, как подруга её и Лецри, плохого не посоветует, во-вторых, откровенно говоря, Оро сейчас уже ничего не соображала. Она совершенно не помнила, как прошла мимо Хэл, а ведь это было очень важно, очень. Чтобы не навредить их дружбе ещё больше, необходимо было конспирироваться, ну или хотя бы не сильно все афишировать. Но сейчас все бережно и тщательные наработанные навыки неподозрительного поведения куда-то испарились. И виной этому был очаровательн… красив… молодой человек средней привлекательности, который уже наверное в сотый раз обходил вокруг уличного фонаря на пересечении Серебряной и Фиалково-Победной.
— Привет… — хрипло произнесла Оролен и вытерла вспотевшие ладони о брюки. Акарас вскинул голову и почти удивленно-ошарашенно ответил:
— Привет… Ты пришла…
Вообще-то Оролен бы здорово покоробила эта ремарка, ведь она же обещала, а она всегда держит свое слово. Но мысль почему-то споткнулась на услышанном «ты»… может быть, впервые за все годы их знакомства это маленькое местоимение было произнесено без враждебности и оскорбляющей подоплеки. И это было почему-то так важно… Поэтому Оро просто сглотнула и кивнула головой. На лице Акараса появилась робкая, но такая радостная улыбка.
— Пойдём… — не отдавая полного отчета в своих действий, он протянул ей руку, на которую девушка посмотрела как на неидентифицированный враждебный объект. Акарас спохватился, быстро убрал ладонь за спину и неуверенно покачался на носках. Повисло неловкое молчание. Наконец, Оро, проклиная себя за невыдержанность ("Ну, он сам виноват, неужели не мог сообразить, что нам ходить взявшись за руки как-то…"), перехватила инициативу:
— Пойдём, наверное, ты же хотел со мной поговорить…
— Да, — закивал головой парень, — нам, — он неловко дернул головой, — туда.
В принципе, Оролен вполне устраивала и нынешняя ситуация: они, вдвоем, на пустынной лице, подсвечивающий снизу свет заставлял его волосы сверкать как-то уже совсем по-неземному, и давал возможность прекрасно рассмотреть лецриевские ноги в обтягивающих джинсах… кхм… наверное, начать идти куда-нибудь и в самом деле было хорошей идеей… или нет. Потому что… домой к нему? Точно нет.
Но деться уже никуда не было, и они медленно шагали по вечернему Друину, вдыхая свежий осенний воздух с ароматом самых последних цветов, и, разумеется, этого не замечая, бросая друг на друга настороженные взгляды. Поймав пару раз Акараса на этом, Оро убедилась в правильности совета Айении: в его взгляде становилось все меньше и меньше восторженности и он задерживался на совсем интересных местах. Что ж, по крайней мере, он не находился в постоянном ожидании хука справа. Да уж, нелегко встречаться с парнем, на котором ранее опробывала свою технику боя. При такой мысли Оро невольно негромко хихикнула. Акарас сразу встрепенулся:
— Что? Что-то не так?
— Ничего, всё нормально, — поспешила успокоить его девушка, а затем потянулась и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Всё и вправду было неплохо. — Ааа… мы скоро?