Страница 23 из 36
— Ну, я имею в виду, он же с Авента!
— В любом случае, у нас с тобой дела поважнее, если помнишь.
— Ага, сидеть и дожидаться решения Лецри. Просто цель всего моего существования!
— Идиотка, я имела в виду подготовку к играм! Шутка, — быстро поправилась Хэл, за-метив, как исказилась лицо Оролен. Лецри все-таки был запретной темой. — Я доверяю мнению Ени, в конце концов, она его знает лучше всех. Так что, ждать нам осталось не-долго.
— Страшно? — этот голос Хэл слышала редко, он был настолько пустой и отстранен-ный, как будто сухой лёд тёрся о кожу. Он звучал, только когда Оро говорила о своих ро-дителях.
— Да, — вместе с подтверждающим кивком. — Но правду я хочу узнать больше. В конце концов, у меня такой же шанс, что и у тебя!
— Не наглей слишком, я ведь ещё не использовала свою секретную технику!
— Это же не драка, Сакаят. Вот именно поэтому у тебя парня и не было.
С самого утра у Ени было плохое настроение, в причинах которого она разбираться не стала. Очевидно, что они были и их было слишком много. Её мрачность ещё усугуби-лась, когда она заметила в одном из малолюдных коридоров Академии нахохлившегося Лецри. Некоторые люди в состоянии раздражения становятся говорливыми, из других слова не вытянешь. Когда у Ени бывало не самое лучшее настроение, она переходила на телеграфный стиль общения. Тем более что с Акарасом взаимопонимание у них было на высоте:
— Понял?
Кивок.
— Осознал?
Депрессивный кивок.
— Ну?
Парень только вздохнул. Ени тоже сказать больше было нечего, и она просто отвер-нулась и прислонилась спиной к стенке.
— Конечно, так больше продолжаться не может, — тихо начал Карс. — И я, наверное, это знаю лучше всех. Потому что… — он запнулся, — можешь не верить, но мне кажется, я давно знаю ответ.
Айения постаралась сделать свой смешок хотя бы беззвучным.
— Но… мне страшно… Да, я — трус, я признаюсь, — поспешно добавил он, чтобы его слушательница не успела ничего вставить, — это не самое серьёзное откровение в моей жизни, предыдущее, при котором ты присутствовала, было пострашней. И пугает меня не неизвестность, ну, не только неизвестность, но и то, что когда я сделаю последний шаг, назад дороги не будет. Такое вот я… Поэтому, Айя, помоги мне, пожалуйста, — он повер-нулся и поглядел на девушку умоляющими глазами.
Если бы дело касалось чего-нибудь другого, Айения, скорей всего, пристыдила бы его, издевательски заявив, что "высокородному наследнику, тем более собирающемуся стать летчиком, не пристало колебаться в принятии решений, а тем более просить других, чтобы решение приняли за него". Но за последнее время она была очевидцем слишком многих изменений в людях, которым не повезло влюбиться. И на собственном опыте ис-пытав смятение, с которым не в силах справиться, кажется, никто в мире, она не могла от-казать Акарасу в помощи. Ведь ему требовался толчок не в том, чтобы выбрать кого-то, а чтобы просто выбрать. Поэтому к вопросу нужно было подойти осторожно.
Лецри с напряжением следил за размышляющей подругой. Наконец, она вздохнула и произнесла:
— Представь, что их не станет в твоей жизни. Что ты почувствуешь?
Мыслительная работа так явно отразилась на лице парня, как будто от ответа зависе-ла вся его жизнь. А может, и вправду зависела. Айения уголком глаза наблюдала за ним, ловя малейшие нюансы мимики: напряжение, волнение, сомнение… И вдруг Акарас ши-роко распахнул глаза и как будто застыл. Заинтересовавшись, Ени повернулась к нему. Наконец, его лицо смягчилось и он широко улыбнулся, встал и обернулся к подруге:
— Спасибо!
Ени давно не видела Акараса таким радостным, точнее сказать, она никогда его ТА-КИМ не видела. Как будто туго сжатую пружину распрямили и он наконец-то мог вздох-нуть свободно. Глядя в его умиротворенные и сияющие глаза, она тоже вздохнула с об-легчением.
— Наконец-то всё?
Он кивнул с полувиноватой улыбкой.
— Извини за всё беспокойство и проблемы, которые я тебе причинил.
— Ничего-ничего. Так… кто?
Акарас улыбнулся словно кот, наевшийся сметаны. Нет, конечно, в этот момент он был зверски притягателен и очарователен, но Ени серьезно захотелось его стукнуть.
— Мне-то и не скажешь?! Неблагодарная…
— Айя, — он в одно мгновение стал серьезен и Ени тоже замолчала. — Нет такого чело-века, которому я бы был обязан больше, чем тебе, но в этом вопросе… — он остановился и глубоко вздохнул, — у меня есть приоритетные обязательства перед другими лицами. Ты ведь понимаешь?
— Разумеется, — продолжать словесные перепалки в такой момент было неуместно. Она подошла поближе и потрепала его по волосам, хотя это и было сложно сделать при их разнице в росте. — Молодец.
Он поймал её руку и сжал в своей.
— Может быть, только ты и сможешь понять и оценить эту мою победу, но этого мне достаточно.
"Лецри становится все круче с каждым днем. Скоро я начну чувствовать собствен-ную неполноценность", — вторую часть мысли Ени добавила скорее по привычке, ибо она действительно гордилась своим другом. Весь его прогресс прошел у неё на глазах с того самого дня, когда Оролен избила его на виду у всего города. Теперь она понимала, что са-мым сложным для него было не перестать вести себя как заносчивый ублюдок, а начать строить отношения с людьми. В этом он нуждался так сильно, что ухватился за неё как соломинку. И вот теперь, меньше, чем через год, он стоит перед ней, принявший самое важное решение сердца.
— В общем, могу я сегодня снова нанести вам визит? — вопрос вырвал её из раздумий.
— А? Зачем? Что, уже? — поразилась она его оперативности.
— А зачем тянуть, если всё уже решено. И так уже прошло слишком много времени.
— Ого. Ух ты. Ну ладно. Вроде, девчонки в подходящем настрое. Дерзай.
— Хорошо. Мне пора на летные занятия. Увидимся вечером.
— Э-э-э, ладно, — всё было как-то слишком быстро. — Я хочу тортик, слышишь!
Коробку со сладкой взяткой Акарас вручил Ени, как только она открыла дверь.
— Хэл у себя в комнате, Оро в зале. Я им ничего не говорила, — несмотря на то, что она больше всех хотела, чтобы все кончилось хорошо, смесь любопытства и ожидание представления всё-таки проклевывалось сквозь благие намерения, поэтому она жадно сле-дила за тем, что Лецри собирается делать. Он помолчал полминуты и, когда Оролен уже спросила из зала, кто пришел, поднял голову и сказал:
— Я хочу поговорить с Хэллин.
Ени внимательно посмотрела на него и, ни слова не говоря, направилась в главную комнату.
— Оролен, — только и произнесла она, появившись из коридора вместе с Акарасом. Наверно, если бы на неё набросился огромный инопланетный монстр, девушку это бы так не поразило. Хотя, это же Сакаят, конечно, не поразило бы. — Третья дверь направо, — по-казала Ени направление кивком головы. Парень кинул один взгляд и прошел дальше, а Айения присела рядом с подругой.
Это было наглядной иллюстрацией шока: до Оро, наверное, ещё и не дошла суть происходящего, ей сраженный вид производил настолько сильное впечатление, что, хотя Айения знала, что сочувствие — наименьшее, чего бы она хотела сейчас, но не могла не испытывать эту щемящую боль в груди, которая, наверняка, была лишь бледной тенью состояния её подруги. Потому что мало-помалу оцепенение начало проходить и Оролен, видимо, боролась изо всех сил, чтобы осознание не заставило её свершить ничего недос-тойного.
— Вот, значит, и всё… — одними губами произнесла она и, плотно-плотно зажмурив глаза, откинулась назад. Больше всего сейчас Ени хотелось как-нибудь утешить подругу, но она не могла, потому то понимала: сейчас Оролен держится из последних сил и если она сейчас не справится со своими эмоциями, то потеряет последнее, что ее может удер-жать — свою умопомрачительную гордость и жесткость. Поэтому Ени оставалось только сжимать кулаки: вмешательство в чужие дела всегда имеет свою цену…