Страница 9 из 32
Трейси нервно поглядывала на мужчину, сидящего в ее гостиной этим воскресным вечером.
Что сейчас происходит в душе Дэниела? Так же он взволнован, как она? Или обрадован? Или напуган? По его лицу ничего нельзя было понять.
Входная дверь хлопнула, по ступеням застучали быстрые шаги. Это вернулась домой Шейла. Ее голосок зазвенел за дверью – она о чем-то весело болтала с Лоренсом. Трейси поразилась, как изменилось лицо Дэниела. Теперь на нем были написаны надежда, радостное предвкушение и любовь. Дэниел любил свою дочь, которую совершенно не знал!
Чувство вины нахлынуло на Трейси с новой силой, но она поборола его усилием воли.
Довольно сожалеть о прошлом, когда приходит время строить будущее. Если некогда она совершила то, о чем теперь жалеет, это дополнительная причина не повторять былых ошибок. Сейчас ее задача – познакомить дочь с ее отцом.
Шейла распахнула дверь и вбежала в гостиную. Лицо ее раскраснелось от бега, косички были подвязаны новыми пышными бантами – должно быть, подарок Лоренса.
Сам Лоренс шел за девочкой, широко улыбаясь, но стоило ему заметить Дэниела, как взгляд старика стал настороженным. Лоренс никогда раньше не видел отца Шейлы, но сразу понял, что это он. Впрочем, даже без предупреждения со стороны Трейси нетрудно было бы догадаться – так много общего было у отца с дочерью.
– Мама, мама, смотри, какие у меня банты! Это Лоренс купил! Представляешь, мы катались на «чертовом колесе», ужасно высоко, выше всех деревьев…
Шейла осеклась, заметив незнакомца, и вопросительно посмотрела на мать. Дэниел сидел в кресле, натянутый как струна, и пытался улыбаться, но, казалось, будто он сейчас заплачет.
Трейси взяла инициативу на себя.
– Милая, я должна сказать тебе кое-что важное. Что-то очень хорошее, чего ты никак не ожидаешь.
– Да? – Шейла перевела подозрительный взгляд с матери на Дэниела. Улыбка исчезла с ее лица.
– Познакомься с моим старинным другом. Мы с ним вместе жили в Стерлинге, помнишь, я тебе рассказывала? Его зовут Дэниел…
– Он что, мой па… – начала девочка, но не договорила. Непонятно было, хочет она, чтобы недосказанное оказалось правдой, или боится этого.
Трейси кивнула, внимательно следя за сменой выражений на ее лице. Глаза Шейлы стали узкими, и недоверчивыми, и – о боже! – совершенно холодными.
– Шейла, – заговорил Дэниел, поднимаясь с кресла и подходя к дочери, – мне очень жаль, что столько лет мы не были с тобой знакомы. Некогда мы с твоей мамой неверно поняли друг друга, после чего разъехались на время. Я понимаю, что это меня не извиняет, но иного объяснения у меня нет. Могу сказать только, что был счастлив узнать, что ты есть на свете, и сразу захотел подружиться с тобой. Я буду жить вместе с Лоренсом, чтобы у нас появилась возможность познакомиться и полюбить друг друга.
Он опустился перед ней на корточки и протянул руку. Трейси с ужасом увидела, что Шейла стоит как вкопанная и прячет обе руки за спиной.
– Твой папа специально приехал, чтобы узнать тебя получше, – торопливо сказала она. – Теперь он будет с нами каждый день. Я уверена, вы подружитесь.
Ладонь Дэниела, повисшая в воздухе, слегка дрогнула. Он словно хотел погладить дочь по щеке, но не решился.
Опустив руку, он сказал просительным тоном:
– Я знаю, что ты мне пока не доверяешь, я для тебя совсем чужой. Но я постараюсь показать тебе, как много ты для меня значишь. Ведь мы с тобой родные люди и я надеюсь, что рано или поздно сможем найти взаимопонимание.
Он говорил с Шейлой как с взрослой. И Трейси почувствовала, что у нее защипало в глазах.
– Я прошу только дать мне шанс, – серьезно продолжал Дэниел. – Шанс быть с тобой рядом. Не отталкивай меня, позволь стать тебе настоящим отцом, делать для тебя то, что делают все родители для своих детей. Заботиться о тебе. Помогать, покупать подарки.
– Не надо мне подарков, – неожиданно изрекла насупленная девочка. – У меня все есть. А Лоренс отлично о нас с мамой заботится. Ты нам не нужен.
– Я знаю… Но, подумай, ведь ты нужна мне.
– Лучше бы ты не приезжал. Это наш дом, а не твой!
– Малышка… – озабоченно начала Трейси и, протянув руку, положила дочке на плечо. Шейла была очень напряжена, даже слегка дрожала. – Я понимаю, милая, тебе сейчас нелегко. Ты пришла домой с прогулки – и увидела, что все вокруг изменилось. Должно быть, ты очень волнуешься. Но я тоже прошу тебя: пожалуйста, сделай так, как просит Дэн. Он хороший человек, не нужно его обижать.
Шейла дернула плечиком, сбрасывая с плеча материнскую ладонь.
– Я пойду в свою комнату.
– Ну, если хочешь.
Девочка, не оборачиваясь, прошла через гостиную и, выходя, хлопнула дверью.
– Да уж, хорошенькое начало, – пробормотал Дэниел.
Трейси было неловко глядеть на него. Но чего, собственно, он ожидал? Что его встретят с распростертыми объятиями через столько лет?
– Дай ей время, пусть привыкнет к тебе, – сказала молодая женщина со вздохом. – Шейла ведь всего лишь маленькая девочка, а ты для нее человек, которого она видит впервые в жизни. Представь себя на ее месте. Она не понимает, что случилось, просто видит, что все изменилось. Дети – большие консерваторы, они боятся перемен…
– А я не перемен боюсь, Дэниел, – неожиданно вступил в разговор Лоренс. – Я боюсь, что ты снова обидишь мою Трейси, как сделал семь лет назад.
– Это она бросила меня, не я – ее, – тихо произнес он.
– Да, выбор сделала она. Но ты принудил ее к этому.
– Лоренс! – воскликнула Трейси, не желая этого слушать.
– Да, девочка? Надеешься, что я не буду защищать тебя от всевозможных неприятностей, настоящих и будущих?
Атмосфера в комнате накалялась. Не будь положение столь серьезным, Трейси посмеялась бы над комичностью ситуации. Да уж, с таким защитником, как Лоренс, она могла не бояться ничего!
– Так вот, – как ни в чем не бывало продолжал ее друг, – я не шучу, парень. Ты можешь жить в моем доме, сколько потребуется Трейси, или сколько она захочет, но если ты вздумаешь обидеть ее или Шейлу, то будешь иметь дело со мной. Может, на вид я и старик, но с сопляком вроде тебя справлюсь, будь уверен.
– Лоренс, перестань! – взмолилась Трейси.
Он был ее лучшим другом и опорой, заменил ей отца… Но сейчас зашел слишком далеко.
– Мистер Уиллоби… – спокойным тоном начал Дэниел.
– Просто Лоренс.
– Хорошо. Лоренс. Клянусь вам, что сделаю все возможное, чтобы не обидеть Трейси. Или нашу с ней дочь.
Несколько секунд старик смотрел ему прямо в глаза. Потом кивнул.
– Ладно. Пока поверю тебе на слово. Семь лет назад ты обладал сокровищем, которое тебе не хватило ума удержать. Надеюсь, на этот раз ты будешь вести себя умнее…
– Я объяснил Трейси историю с помолвкой, – ответил Дэниел, начиная заводиться.
Почему этот старикан считает себя вправе попрекать его? Или он страдал недостаточно, чтобы искупить свою вину?
Однако душевные терзания молодого человека волновали Лоренса меньше всего. И он продолжил «обвинительную» речь:
– Нужно быть последним негодяем, чтобы так обращаться с любимой девушкой. Ты стыдился ее, прятал от людей как что-то недостойное. Вместо того чтобы поставить родителей перед фактом, что это твоя возлюбленная, ты шел у них на поводу, не щадя ее чувств. И после этого ты удивлен, что она ушла от тебя?
– Это касается только меня и Трейси, – выдавил Дэниел, с трудом сдерживая раздражение.
– Ошибаешься, парень!
Лоренс шагнул вперед и теперь стоял почти вплотную к Дэниелу. Он был на голову ниже молодого человека, старше лет на тридцать и куда слабее, однако Дэниел невольно попятился от его напора. Он видел, что старик не шутит, и, хотя обида застила ему глаза, начинал уважать этого человека. Все, что тот сделал для Трейси, плюс безрассудная отвага и стремление ее защищать указывали, что Лоренс на редкость достойная личность. Хотя Дэниел и мог бы дать ему отпор, он ни за что не стал бы этого делать.