Страница 59 из 68
Низкое гудение доносилось от дальней стены, где большой стол занимала какая-то система, состоящая из нескольких компьютеров. Телефона видно не было, но Грейс полагала, что его там не может не быть. К тому времени, как к ней присоединились Энни и Шарон, она уже выяснила, что единственный телефонный шнур ведет к задней панели одного из компьютеров.
– Аппарата здесь нет, – сказала она им, – но подключение к сети есть. Через модем.
Энни пожала плечами:
– Лучше, чем ничего. Выйдем в сеть и отправим Родраннеру текстовое сообщение. Он, наверное, уже почти сбрендил от беспокойства. – Она двинула мышью и стала нетерпеливо ждать, когда оживет экран.
– Разве для того, чтобы выйти в сеть, не требуется знать пароль? – спросила Шарон, и Энни захихикала:
– Дитя мое, ты еще столько всего не знаешь. – Она села в разбитое виниловое кресло и нахмурилась, увидев на экране какую-то бессмыслицу. Затем она протянула руки к клавиатуре.
– Энни, стой! – вдруг крикнула Грейс.
Энни моментально отдернула руки и застыла. Шарон проследила за испуганным взглядом Грейс и увидела куб серо-белого цвета, стоящий за монитором. Он был похож на кусок пластилина, и из него выходили провода, которые вели к компьютеру.
– Вот черт, – прошептала Шарон.
Энни не шевелилась. Руки у нее были подняты вверх до уровня плеч.
– Я могу двигаться?
Голос Грейс дрожал:
– Да, только не трогай клавиатуру и не щелкай мышью.
Энни, не вставая с кресла, отъехала подальше от стола, чтобы посмотреть, на что уставились Грейс и Шарон. Ногам она еще не доверяла.
– Ох ты боже мой! Я так понимаю, это пластилиновая штука.
Грейс уже рассмотрела такую возможность, но отбросила ее, как маловероятную. Никто не станет делать муляж бомбы и прятать ее за монитор.
Шарон судорожно вспоминала, как выглядела пластиковая взрывчатка, которую им демонстрировали в полицейской академии.
– Похожа на настоящую.
Энни положила руку на сердце, будто боялась, что оно выпрыгнет из груди.
– Видишь часы? – спросила Шарон.
– Какие часы? – Грейс подошла поближе и внимательно посмотрела на монитор. Вверху экрана мигали красные цифры обратного отсчета: три часа тридцать семь минут и сорок две секунды… сорок одна секунда…
– Они отсчитывают, сколько осталось времени до десяти часов. До взрыва оставшихся двух грузовиков.
Взгляд Грейс метался по монитору, сканируя строчки текста. Она всасывала воздух быстрыми, мелкими глотками.
– Посмотрите на эти имена в центре экрана.
Энни и Шарон нашли на экране слова, которые привлекли внимание Шарон:
Шрадер – нет связи
Амброс – цель достигнута
Риттер – цель достигнута
Грейс сцепила руки и прошептала:
– О господи, только не это!
Она сорвалась с места и побежала к грузовикам. Вскочив на подножку первого грузовика, она заглянула в кабину, подбежала ко второму грузовику и проделала то же самое, затем исчезла из вида за третьим грузовиком.
Энни и Шарон нашли ее позади всех грузовиков. Прямо напротив откатных ворот пустовало три парковочных места. Руки Грейс опять были сцеплены, но теперь она еще и качалась взад-вперед.
– У всех этих грузовиков в приборную панель встроен маленький компьютер. У тех, которые стоят здесь, они выключены, но трех грузовиков здесь не хватает. Видите следы от покрышек? Три набора, идут прямо к воротам. На озере солдат сказал, что то, что произошло в Фор-Корнерсе, – это случайность. Но он ждал, когда остальные два грузовика прибудут к месту назначения, и, судя по информации на том компьютере, они достигли своих целей. Тот компьютер является устройством управления. При нулевом отсчете он пошлет сигнал, и грузовики взорвутся – а если никто не обезвредит эту бомбу, мы не сможем влезть в него и отменить команду на взрыв.
Через секунду они уже бежали к двери. Оказавшись снаружи, они бросились к машинам.
– Если не найдем ключей, то, наверное, вон те машины сможем завести, замкнув провода накоротко, – отдуваясь, сказала Шарон. – Они выглядят достаточно старыми для этого.
– У нас нет времени. – Грейс свернула к патрульной машине. – В этой ключи точно есть.
Шарон закрыла глаза.
33
Харлей вел автобус со скоростью сорок миль в час – и это по дороге, по которой человек в здравом уме и пешком бы не пошел. В тех местах, где она не напоминала рельефом стиральную доску, рытвины на ней достигали такой глубины, что несколько раз задние колеса автобуса почти отрывались от земли. За ними следовал огромный шлейф пыли.
Все в автобусе старались держать рот открытым, чтобы не травмировать ненароком зубы, и ухватились кто за что. Бонар держал Чарли рядом с собой на диване. Его толстая рука лежала на извивающейся спине собаки, не давая ей взлететь в воздух. Никто и не подумал посоветовать Харлею ехать помедленнее. Тончайшие нити фактов и предположений сплелись в их головах в гобелен надежды, и всем им отчаянно хотелось верить в то, что каждая история про Лесси является чистой правдой и что Чарли – еще более удивительная собака, чем Лесси. Ведь без веры в это им не на что было надеяться, и они не знали, что делать и куда ехать дальше.
Родраннер, согнувшись, как модель человечка, собранная из деталей конструктора, вцепился в спинку водительского сиденья и вперился взглядом в ветровое стекло, обдавая Харлея лаймовым дыханием.
– Хорошо! Мы почти на месте! Сейчас сбрось скорость и поверни направо! – перекрикивал шум качающегося на ухабах автобуса. От тряски голос у него дрожал и от этого был очень похож на голос заикающегося поросенка из мультфильма.
На пересечении грунтовой и асфальтовой дорог Харлей притормозил, удостоверился, что не врежется в какую-нибудь пожарную машину, и утопил в пол педаль газа. Покрышки вгрызлись в асфальт.
– Две мили, может, меньше, – сказал Родраннер. Холлоран, Магоцци и Бонар толпились возле двери, словно в час пик.
Чарли, высунув язык, с которого капал пот, метался у них под ногами, повизгивал, перебирал лапами. Один раз он даже завыл, испугав Магоцци. Если уж ты начал верить в то, что собаки обладают магическими способностями, то не можешь просто отмахнуться от тех историй, в которых собаки воют в момент смерти хозяина, даже находясь при этом вдали от него.
– Вон она! Видишь? Видишь? – завопил Родраннер. – Грунтовая дорога, которая уводит в поле! Тормози! Поворачивай!
Харлей ударил по тормозам и вывернул руль вправо, послав автобус длиной пятьдесят футов юзом, будто это был маленький «порше». Это не было настоящей дорогой – просто две колеи, идущие через заросшее высокой травой поле, – и ему пришлось-таки сбросить скорость.
Они увидели цель своей гонки: какое-то большое строение в дальнем конце поля и некоторое количество автомобилей рядом с ним. Один из них был патрульной машиной с открытой водительской дверью. Три грязных изнуренных человека вытаскивали из нее окровавленный труп. Один из них выпрямился и посмотрел в их направлении. Сердце Магоцци сжалось, будто схваченное металлическим хомутом. Его губы зашевелились, но звука не получилось: «Спасибо».
– Господь всемогущий, глазам не верю, – протянула Энни, глядя на ползущий к ним автобус.
– Что это такое? – спросила Шарон, думая, что если это не мираж, то это транспортное средство больше всего похоже на гастрольный автобус «Роллинг стоунз». Исключительное событие! Единственный концерт, прямо здесь, в округе Миссакуа, на заросшем бурьяном поле…
– Это наш автобус, – сказала Грейс. Она безвольно опустила окровавленные руки, не веря своим глазам, но тут автобус остановился, и из него вылетел Чарли. Едва касаясь лапами земли, он бежал к ней, словно обросший шерстью метеор, и улыбался – он всегда улыбался, встречая ее. Она вытерла руки о джинсы и поймала Чарли в воздухе, приняв на себя все восемьдесят фунтов его веса. Тем временем из автобуса начали выходить остальные его пассажиры.