Страница 67 из 93
— Это и были первые Боги? — скептически спросил я.
— Нет, — покачал головой Фланнери. — Поймите, Космос и Хронос — это не боги Пространства и Времени, это сами Пространство и Время, Силы, как мне сказали, великие, но тогда еще неупорядоченные. Лучше я объяснить не могу.
«А зря», — подумал я. Фланнери между тем продолжал:
— А в центре Мироздания осталась Альма, то есть Душа, бывшая Ядром Йулы и сохранившая в себе все Ее свойства.
— И она тоже смахивала на колобок? — с иронией осведомился Мечислав.
— Неизвестно, хотя и возможно. Во всяком случае, когда Она сошлась с Космосом и извергла из себя Центральное Мировое Болото, Она явно еще не имела антропоморфного облика… При этом извержении высвободилось столько энергии, что над тем Болотом загуляли Вихри Огненные, или Пневмы. Альме такие плоды союза с Космосом не очень понравились, и она решила улучшить дело, обрушив Пневмы на Болото. И там, где пали они, болото запузырилось и из него возник Князь Света, а возникший на месте падения Дым заструился по Болоту, смешался с жижей, и из этой грязи вылез Князь Тьмы. Эти внуки Альмы, видимо, были уже вполне антропоморфны и обладали немалой Силой. Во всяком случае, Воздух от Огня и Воду от Земли отделили именно они, а уж кто что отделил — догадайтесь сами. А Космос и Хронос тем временем под руководством Альмы упорядочили Метавселенную, разнеся части Йулы в Пространстве и Времени и направив по Пути. К тому времени, когда Они это завершили, Альма уже приобрела человекоподобие и породила от Хроноса первобогов — Властелинов Времени, а заодно создала Протожизнь и велела братьям и детям своим — то есть Космосу, Хроносу, Уризену, Орку, Уртоне, Энитармонии, Леуте и Элинитрии — разнести эту Протожизнь по мирам и предоставить там развиваться в соответствии с местными условиями и Ее законами. И шло это развитие весьма долго — так долго, что нам этот срок и представить невозможно, хотя он и поддается измерению, ведь Время тогда уже существовало.
Первобоги в развитие Первожизни поначалу не вмешивались, но затем направляли его, пока не возникли богоподобные существа, которых мы называем людьми. Вот этих-то людей и отправились учить и наставлять Князья и Первобоги. Князя Света люди назвали Полыхаем, потому что он явился к ним в первых сполохах зари, а Князя Тьмы — Мюрком, потому что он явился к ним во мраке ночи. Учили Князья людей разному: один — выращивать съедобные плоды да коренья, приручать животных, сдаивать у них лишнее молоко и состригать лишнюю шерсть, а другой — строить загоны и, загнав туда скот, забивать его без счета. Сами догадываетесь, кто чему учил… Ну при таком неумеренном забое скота вскоре стало не хватать на прокорм, народ побежал к Полыхаю, и вскоре у Мюрка остались одни мясники да чюни.
— Неужели они и тогда уже были? — поразился я.
— Разумеется, — подтвердил Фланнери. — Ведь как раз Мюрк-то и превратил безобидное растение с листьями, похожими на ладони, так называемую травянистую пальму, в черный чюнь. Но от чюней, как вы понимаете, проку мало, а мясники-скотобои ничего иного, кроме как резать скотину, не умели… и не хотели. Вот Мюрк и принялся тогда разорять владения брата, а когда тот явился и попробовал усовестить его — зарезал Полыхая скотобойным ножом под названием дукис, который сам же и сделал. Ну тут, как водится, померк свет, содрогнулась земля и заплакало небо. Это Мюрк уж как-нибудь пережил бы, но грянул гром и перед убивцем предстали сами Космос и Хронос, надо полагать, тоже в антропоморфном обличье. И прокляли Мюрка за то, что он впустил в Йулальный мир Внешнюю Тьму, и поразили болезнью печени, от которой он весь стал изжелта-зеленым. После чего посоветовали ему идти и постараться исправиться, иначе после смерти он воплотится при следующем рождении в желтого земляного червяка. А потом пропели Великое Заклинание (я его знаю, но лишний раз произносить не буду, мало ли что), чем определили Путь через различные перерождения к конечному слиянию в новую Йулу, значительно более обширную, чем прежняя.
Мюрк, однако, не захотел исправиться, и, когда его убили свои же оголодавшие и обозленные дуки-скотобои, он, как и было предсказано, возродился в другом мире в виде желтого земляного червяка. При перерождении обычно не помнят о своей прежней жизни, но Мюрк был не простым смертным. И удел земляного червяка ему, как вы понимаете, не очень-то понравился. Но вместо того чтобы взяться за ум и в следующий раз родиться человеком, он решил перейти в иной мир живым, для чего и пополз к ближайшему Месту Силы…
— Выходит, Ашназг говорил правду? — поразился я. — Такие места действительно существуют и оттуда можно отправиться в иные миры?
— Да, — заверил меня Фланнери, — тот цверг описал все точно. Только отправиться в Путь могут не все, а лишь люди вроде нас. Те, в чьих жилах течет достаточно божественной крови, чтобы уцелеть при таком переходе. Мюрк этот переход совершил, но, хотя и обрел в следующем мире способности демона, внешне он мало изменился, став вместо желтого земляного червяка изжелта-зеленым змием. Быть зеленым змием ему, надо полагать, понравилось немногим больше, чем червем, но Идти Дальше он больше не рискнул и лишь ползал по Земле, творя зло и плодя гадов, когда подворачивалась не очень чувствительная и сообразительная змея. Но по прошествии девяти лет он Отправился Дальше волей-неволей, поскольку уже вступил на Путь.
— «Вступил на Путь, про отдых забудь», — процитировал я пословицу, услышанную мной от Ашиазга и которую тот в свою очередь услышал от Рыжего Орка. — Выходит, Орк, по крайней мере в этом, не обманул Ашназга? Демоны и правда могут пробыть в каком-то одном мире не больше девяти лет?
— Точно, — кивнул Фланнери, — а боги — не больше трех лет, а катагоны — вообще не больше года.
— А кто такие катагоны? — спросил Мечислав. — Я уже слышал это слово от Валы, когда увидел ее отражение на клинке, но не догадался спросить ее об этом.
— Катагоны, дорогой братец, это духи стихий — земли, воды, огня и воздуха, у кого к чему больше склонность, — объяснил Фланнери. — Они куда могущественнее богов, но человеческими делами интересуются мало, слишком уж далеки от людей — на целых три Ступени выше.
— Какие Ступени? — спросил я, начиная, впрочем, догадываться.
— А у нас в Вендии, — встрял Мечислав прежде, чем Фланнери успел ответить, — народ считает порождениями воды, огня, воздуха и земли как раз демонов и весьма опасается их. А про катагонов никто слыхом не слыхивал.
Фланнери снисходительно улыбнулся и ответил так:
— Они не первые, кто путает катагонов с демонами или с богами. Даже ученые маги не всегда четко различают тех и других. Что же касается Ступеней, — тут он повернулся ко мне, — то Прямой Путь по мирам можно представить в виде такой цепочки: человек — демон — бог — катагон — Высшее Существо — катагон — бог — демон — человек, после чего Круг завершается и человек волен не Идти Дальше, во всяком случае, при этой жизни.
— А если он все же решит идти, что тогда? — полюбопытствовал я.
— Тогда он пройдет еще один Круг из девяти миров и девяти состояний, а после того как опишет девять таких кругов и пройдет все миры, какие есть в хронической сфере, то произойдет его Слияние с Альмой и Вселенная приблизится еще на шаг к Новой Йуле, — разъяснил Фланнери и продолжил: — Но далеко не все потомки богов оказались склонными проходить этот нелегкий Путь. Ведь дети богов от богинь и так унаследовали все божественные возможности, зачем им рисковать ради того, чтобы стать каким-то демоном? На это могли соблазниться лишь полукровки-герои, да и те по большей части, достигнув божественной Ступени, не желали Идти Дальше и норовили застрять на этой Ступени навеки.
— Как же они могут это сделать, если, по твоим словам, их через три года должно перебросить в следующий мир? — недоуменно нахмурился Мечислав.
— Могут, — усмехнулся Фланнери. — Например, не дожидаясь, пока их выкинет, отправляются, не прямым Путем, а, так сказать, боковым. Правда, при таком способе ты теряешь какую-то часть божественной силы, но когда завершишь этот Горизонтальный Круг и возвратишься в тот мир, откуда отправился, то снова вернешь все, что утратил. Но можно даже и к этому не прибегать. Достаточно отправить вместо себя какого-нибудь заместителя, своего потомка, лучше всего, конечно, полукровку, а то ведь дитятя чисто божественных кровей может и того — сам тебя отправить, куда следует. Это еще одна причина, почему боги так охочи до смертных женщин. Чтобы каждые три года отправлять вместо себя какого-нибудь потомка, деток нужно много!