Страница 27 из 160
— Возможно, у ваших предков сохранились воспоминания о чем-то подобном, — признал Дон. — И у моих людей бывали трудные времена. Но они приручили собак, которые стали им помогать. Может, это и было начало всей нашей цивилизации. Шеп — не дикое животное. Он мой старый друг.
К'мит, казалось, обдумывал слова Дона. Наконец он жестом приказал своим людям отпустить веревки, удерживавшие Шепа. Их лица замерли от страха и напряжения, они обменялись несколькими словами на языке города, вероятно, К'мит сказал нечто такое, что убедило их. Они бросили веревки и быстро разбежались в разные стороны. Только К'мит оставался на прежнем месте.
— Ко мне, Шеп, — приказал Дон.
В одну секунду пес вскочил и бросился к хозяину. Он подпрыгивал от радости и пытался лизнуть юношу в лицо.
В толпе раздались возгласы, шепот, особенно после того, как Дон подхватил пса на руки и прижал к себе. Счастливый Шеп, повизгивая от восторга, облизал лицо и шею Дона, и после этого юноша снова опустил его на землю. Тогда пес начал кругами бегать вокруг хозяина.
— Да, он дикий, но не опасный, — пришел к выводу К'мит. — Пойдем со мной до угла.
К'мит двинулся первым, Дон последовал за ним. Вместе с Шепом они свернули за угол здания, и там атлант указал юноше на еще одну небольшую площадь, в центре которой на пьедестале возвышалась статуя.
Вероятно, эта статуя была выполнена как повторение каких-то давних традиционных форм, а вовсе не с натуры.
Фигура на пьедестале не походила в точности ни на одно животное. Фигуру как будто составили из частей разных животных, а голова завершалась коротким подобием хобота и бивней, Но как ни странно, в целом получилось нечто, отдаленно напоминающее Шепа.
Атака из Атлантиды Толпа горожан устремилась следом за ними, горячо обсуждая установленное сходство. Маггинс улыбался, а К'мит задумчиво покачивал головой.
— Они кричат, что твоя собака — это Песий бог, статуя которого находится сейчас перед тобой. И после долгих веков Песий бог отрекся от творимого им зла и явился к нам, чтобы воздать добром за все дурное, что сделал раньше. Существует пророчество, что когда Песий бог пройдет сквозь воды во чреве рыбы, и войдет в наш город с улыбкой, он принесет с собой благодать, которая пребудет с нами до тех пор, пока он остается с нами. Похоже на то, что ты исполнил древнее пророчество, хотя никто не говорил, что рыба будет передвигаться за счет атомной энергии.
К'мит коротко обратился к собравшимся людям, а Маггинс, слушая его, продолжал улыбаться. Старик чуть подался вперед и прошептал Дону на ухо:
— Три недели назад он утверждал в разговоре со мной, что у них нет никаких предрассудков. Сказал, что вся эта чушь про Песьего бога — лишь легенда, и помнят ее только из-за прекрасной поэтической формы, в которой она была изложена. А теперь он рассказывает им, что сохранит для них Песьего бога. Умный парень этот К'мит. Никогда не упустит случая укрепить свои позиции в глазах избирателей!
По мере того, как К'мит говорил, люди заметно оживлялись и радовались. К концу его речи несколько наиболее любопытных подошли поближе, чтобы разглядеть Шепа. Пес зарычал, но Дон быстро успокоил его. К'мит еще некоторое время наблюдал за происходящим, а затем подошел к собаке.
Шеп снова зарычал, но затих после команды хозяина. Атлант подошел вплотную и даже погладил черную голову собаки, как это делал Дон. Шеп обнюхал его руку и пришел к выводу, что запах вполне дружественный, так что позволил себе даже лизнуть пальцы К'мита. Это вызвало новый всплеск восторга у собравшихся горожан, а потом люди начали постепенно расходиться, словно уже получили ожидаемый знак.
— Мне приходилось как-то встречать в ваших книгах выражение «бешеный пес»,- заметил К'мит.
— Это означает, что собака больна, — Дон попытался объяснить атланту, что такое водобоязнь, заверив его, что теперь болезнь стала крайне редкой.
— Не удивительно, что пес так боялся. — кивнул К'мит. — Но это уже не имеет значения. Даже если бы твой Щеп оказался диким, люди все равно счастливы увидеть его, а я должен подчиняться воле народа. Ты будешь жить со мной, как если бы был моим сыном, а твой пес вместе с тобой войдет в мой дом. На первое время мои люди соберут все, что тебе нужно, чтобы ты мог удобно устроиться там. Я не верю в легенду, но многие относятся к ней совершенно серьезно.
— Принимай предложение, — быстро сказал Маггинс. Это лучший шанс, который только может тебе представиться. И тебе, без сомнения, понравится его сын — С'нейфа.
Дон заколебался. Конечно, были существенные преимущества в том, чтобы установить хорошие отношения с влиятельным человеком. Но это означало бы и то, что за ним будут особенно тщательно присматривать. Он быстро взвесил в уме все «за» и «против», чувствуя неуверенность. Наконец он решил положиться на совет Маггинса. Может, старик и не был его настоящим другом, но вел он себя доброжелательно, и пока его рекомендации шли Дону на пользу.
— Спасибо, — сказал он К'миту. — Но Шепа нельзя помещать в клетку или какой-то зверинец.
— Пес твой, для меня это будет только честью. А теперь, когда дела окончены, мы можем отправиться, я покажу тебе твой новый дом.
— А что будет с остальными? — просил юноша. — Я видел их…
К'мит пожал плечами.
— Я слышал об этом инциденте. Им предоставлены вполне комфортные условия. Я обещаю, что позднее ты увидишь, где они живут. А сейчас идем.
Город состоял из лабиринта маленьких улочек, а дома были выстроены в основном из бетонных блоков. В отличие от высокотехнологичного купола строения оказались во многих отношениях весьма примитивными. В самом центре небольшая часть домов освещалась, а остальные находились в полумраке. Практически все дома были одноэтажными. Дон следовал за К'митом, а Шеп ни на шаг не отставал от хозяина. Маггинс направлялся в тот же район города, по дороге обсуждая деловые вопросы. Он не обращал никакого внимания на то, что существовало вокруг.
— Денег нет совсем, — признал Маггинс. — Большой поддерживает всех людей, как отец заботится о своих детях. И все люди делают то, что скажет им город — то есть Совет.
— Это напоминает социализм.
— Нет, не думаю. Я бы сказал, что в основе общества лежит идея семьи. Потому что Млайану — настоящий отец. У него есть права и привилегии. Он добр к хорошим и послушным детям. Им он дает большую долю. Это срабатывает не хуже, чем деньги. Кто-то получает лучшее, а кто-то — лишь то, что останется. Но здесь никто не голодает, если вообще в городе есть еда. Эта система прекрасно работает.
Дон подумал: интересно, а в этой системе считают ли себя все дети Млайану братьями и сестрами? Но поскольку как раз в этот момент проходили мимо рынка, он мельком глянул на то, как атланты общаются между собой, и пришел к выводу, что его предположение о всеобщем братстве едва ли оправдано.
— Откуда они знают, сколько предлагать на обмен?
— Они подсчитывают приносимую выгоду. Человек продает тебе рыбу за пять выгод, ты делаешь пометку и ждешь, пока не наберется сто выгод. И когда он получает подтверждение права на сто выгод, он отправляется к человеку, сделавшему ему сто выгод. Может быть, даже получит двести выгод за твою сотню, если ты в городе достаточно большой человек. Все дело еще и в том, насколько ценится та или иная выгода, так что новый владелец не остается в накладе. Здесь живет около двадцати тысяч человек, так что все получается отлично. Полагаю, что на земле при огромном количестве населения это совершенно невозможно.
Вероятно, на практике это было не так уж сложно. Дон сообразил, что он автоматически получил некоторые преимущества и с ними — право на выгоды. И главным было то, что теперь он считался «ребенком» К'мита.
Теперь они вошли в лучший район города, где жили члены Совета и другие высокопоставленные лица. Дома и здесь походили на примитивные коробки без окон, но они были заметно больше, чем те, которые стояли в соседних кварталах. Кроме того, перед ними оставались небольшие полоски земли, чуть больше метра в ширину и примерно метров десять в длину. И там росли овощи. Многие из овощей напоминали те, с которыми Дон был давно знаком, вероятно, они попали сюда с поверхности земли. Перед некоторыми домами Дон увидел взрослых мужчин и мальчиков, которые бросали свои дела, в изумлении разглядывая Шепа, а затем спешили внутрь. Дон видел изредка женщин и девочек, которые на несколько секунд появлялись в отдалении и тут же исчезали. Теперь они находились гораздо ближе к подводной лодке, чем он мог предполагать. Когда они миновали одну узкую улочку и свернули на другую, Дон заметил впереди тот самый бассейн и часть субмарины, возвышающуюся над водой. Вокруг стояли атланты, даже на расстоянии было видно, что люди сновали туда-сюда, внутрь судна и обратно. Некоторые выносили из корабля приборы и инструменты.