Страница 133 из 160
Он построил несколько моделей, но не добился положительных результатов. В конце концов ему пришлось анестезировать самку и удалить рецептор для исследования под портативным электронным микроскопом. Только с одиннадцатой попытки он смог что-то обнаружить, и результат удивил его. Слабое свечение радиоактивного распада в его устройстве резко исчезло. Он позвонил Пэт. Ее лицо было измучено беспокойством и попыткой бодрствовать всегда, когда он мог позвонить, но она записала его вопросы и, не теряя времени, прервала связь. Полчаса спустя она перезвонила.
— Ты прав. Руды из космоса, включающие уран, в пропорции содержат намного меньше урана, чем такие же на Земле. Геологи объясняют это тем, что либо эти космические камни старее, либо космическая радиация сильнее действует на них.
— Им придется изменить мнение, — решительно произнес он. — Это так, потому что радиоактивность недопустима для жизненных процессов. И я не знаю, как. Хотя я знаю, что эту информацию нужно загрузить в компьютер.
Это означало, что им придется пересмотреть все цифры о возрасте Земли, и что с тех пор как на Земле и Марсе возникла жизнь, никакой радиоактивный полураспад не был естественным. Возможно, период распада слегка различался с каждым веком, поскольку менялось количество живых существ. Норден загрузил в компьютер вычисления и ждал, пока машина выдаст ответы. Пэт вернулась к экрану, пока он автоматически продолжал работать.
— Они сейчас бомбят базу, — тупо сообщила она. — Мы смогли укрыться от удара, благодаря волонтерам, которые отвлекали удары на себя, прежде чем они достигали нас. Пришельцы уже на расстоянии меньше трех миллионов миль. Мы не сможем продержаться долго.
— Не теряй оптимизма, — сказал он. Он хотел ее успокоить, но она уставилась на него так, словно он ее ударил.
— Я имею в виду твои компьютерные вычисления о стратегии победы для Земли. Как получилось, что они продвинулись так быстро?
— Прошло три дня, — ответила она. — Ты что, не знаешь, сколько там пробыл?
Он не следил за развитием событий. Но кудахтанье компьютера, окончившего свою работу, перебило их, и она поднесла результаты вплотную к экрану, чтобы он скопировал их с помощью камеры.
Он долго изучал формулы, теряя время, прежде чем мог понять их. Потом он вздохнул и перешел к другой работе.
Ни для какого объекта не было возможным поле, более чем в два раза превышающее размер клетки, которую они использовали. Никогда не могло быть способа защитить людей от Пришельцев. Это была вахта смерти, которую он нес.
И Пэт должна была это знать, когда она увидела формулу и собрала основные знания, чтобы прочесть ее.
Он стоял, уставившись в пространство над собой, позволяя ненависти усилиться, когда представлял базу в руках захватчиков! Люди там уже не могли спастись, согласно цифрам, которыми он располагал в тот момент. Но все еще оставалось время отомстить или нанести ответный удар по Пришельцам. На этот раз он преднамеренно просмотрел все «запреты» в сознании, чтобы найти ответы, которые искал. Это все еще была тяжелая и болезненная работа, но, казалось, его способность преодолевать принуждение увеличивалась. Наконец он нашел нужную информацию в области «запрещенных знаний».
Пришельцы не были живыми в людском понимании. Вся протоплазменная жизнь излучает экстраспектральные жизненные силы, которые он обнаружил. Крошечная, невероятно слабая энергия этих сил могла серьезно подавлять период радиоактивного распада на сотни миллионов миль вокруг.
Существование пришельцев было основано на быстром распаде радиоактивных изотопов. Для захватчиков протоплазменная жизнь была смертельным ядом; у них не было выбора, кроме как согласиться на вымирание или уничтожить все живое вокруг. Знание об оружии, используемом для устранения любой живой клетки, было заключено в голове Нордена, но сейчас это было неважно. Главное — это средства обнаружения жизни. Эта способность была у Пришельцев врожденной, но усилена с помощью машин ради большей эффективности действий по очистке. Норден надеялся, что в конце концов нашел то, что хотел. Теория была сложной, но он чувствовал, что сможет найти ей применение.
Он уверенно все распланировал. Его больше не удивлял быстрый прогресс, которого он достиг в понимании экстраспектрального феномена. Он сделал работу, возможно, нескольких поколений ученых, но он был роботом, специально предназначенным для того, чтобы добиться понимания человеческой науки. Его мозг был запрограммирован на скорость и приспособляемость. Он закончил чертежи, записал правильную формулу и положил бумаги перед видеоприемником, нажимая кнопку вызова. Не дожидаясь ответа, он пошел обратно в мастерскую и начал собирать крошечные радиоактивные стронциевые батарейки и трубки протеинового пластика, обернутые слоями железной проволоки. Материалов у него было в достатке.
Устройство работало одновременно как детектор и генератор радиации. Он настроил его, установив на прием. Потребовалось немного времени, чтобы переместить антенну маленькой радарной установки, которую он принес вместе с наскоро сконструированным новым устройством, и заставил работать себя быстрее одной только силой воли. Затем шагнул назад, позволяя новой антенне вращаться на платформе.
Он начал увеличивать поток, контролирующий уровень электромагнетизма в проволоке, которая служила для настройки устройства. На экране появился сигнал, указывающий на клетку с ящерицами, где самец и покалеченная самка мирно лежали рядом. Норден увеличивал частоту, пока не появился другой сигнал, на этот раз идущий от Лунной базы. Он настроил его на максимальную силу. В секции, покрывавшей территорию Лунной базы под ним, возникло бриллиантовое сияние, указывающее на наличие радиации, проникавшей сквозь все слои Луны. Тогда он нашел точную частоту, и весь экран засиял. Очевидно, все живое на Земле излучало с такой же частотой. Он увеличил контроль частоты, не ожидая больше ничего. И резко качнулся вперед, когда появились другие сигналы. Они шли из космоса!
Пришельцы излучали в том же спектре — но с более высокой частотой, настолько высокой, что никакое атомное ядро не было достаточно малым для того, чтобы на него не влияла радиация. Пока он смотрел, центральный сигнал неожиданно начал становиться ярче, источник излучения несомненно приближался. У Пришельцев тоже были детекторы частоты, а его детектор был достаточно грубым и излучал свой собственный радиационный след.
Норден скривился от собственной глупости. Возможно, теперь у человечества больше не осталось времени. Потратив несколько минут, он смог настроить трубку на генерацию излучения, чтобы она функционировала как оружие. Она должна была действовать достаточно прямолинейно для того, чтобы увериться в том, что опасное количество радиации не достигнет людей на расстоянии двух тысяч миль. Месть была его личным делом. Он дотянулся до другой трубки и, поколебавшись, взял кусок бумаги и карандаш. У людей на базе уже была принципиальная схема работы его устройства. Их нужно было предупредить о том, что генераторы или детекторы могли облучать их опасной радиацией и что Пришельцы могли обнаружить плохо действующий поисковый луч.
Норден со всей возможной быстротой побежал к подвижной перегородке, то время как его спокойные как камень руки записывали окончательную информацию о необходимых радиационных частотах. Он ворвался в воздух входной камеры, вырвал диаграммы из подставки приемника и закрепил в зажиме новый листок бумаги. Одним движением он повернулся и снова направился в мастерскую. И остановился!
Сквозь вход виднелись крылья ракеты. И красный свет на воздушном замке показывал, что кто-то его использовал. Когда его глаза сфокусировались, он увидел, что внутренний замок открыт, и Майлз и Пэт шагнули сквозь него. Они начали чтото говорить, но он оборвал их.
— Ради Бога, оставайтесь здесь. Там сзади нет воздуха, Корабль Пришельцев!
Он прыгнул сквозь перемычку. Его руки подняли трубку, которая должна была служить оружием, а его глаза впились в экран. Теперь сигнал был больше и ярче. Корабль Пришельцев должен был находиться всего лишь в десятках тысяч миль над ними, снижаясь, чтобы облучить здешний лунный ландшафт. И менее чем в сотне футов ждали два человека, подверженные воздействию энергии, которая могла исходить из его оружия. Направить всю эту радиацию по прямой линии должно было быть настоящим искусством.