Страница 71 из 79
Но через год, когда вся инфраструктура «контролируемых эпидемий» Гордон Блэнчард свои планы насчет использования разработок Ли Чена кардинально изменил…
– Ни хрена себе… – только сейчас, в этот самый момент, доктор Питер Маршалл понял всю опасность ситуации – и что теперь мы делаем?
– В первую очередь – надо уничтожить все результаты наших исследований. Если вирус Маршалла-Каплана распространится – начнется апокалипсис, который невозможно будет остановить. Умрет почти все население Земли. Надо уничтожить все кроме информации по производству вакцины и контрольных образцов. Затем – нужно обратиться к прессе, эти исследования должны быть остановлены.
– Так пресса и напечатает… – проронил Питер Маршалл, продумывая ситуацию
– Напечатает! В любом случае – есть Интернет, информация распространится как вирус, люди начнут задавать вопросы. Остановить правду после того, как она сказана будет невозможно! Где у тебя компьютеры?!
– Вон там… – двое докторов прошли в соседнюю комнату…
– Диски надо уничтожить. Даже если стереть информацию – ее все равно смогут восстановить…
– Подожди! – Питер остановил Феликса, уже настроившегося курочить – а как быть с исследованиями по вакцине? Как нам организовать производство вакцины, если мы уничтожим все материалы по ней, ты не подумал?
– Черт, ты прав…
Включили компьютер, перекачали информацию на специальные флэш-карты – в стальном корпусе с кожаным футляром и металлической цепочкой на шею. Такие флэш-карты стоили дорого – зато защищали информацию куда лучше гражданских пластиковых. Затем вытащили из компьютера жесткий диск, прошли на кухню, положили его на горелку и включили огонь. Мерзкий запах горелой пластмассы распространился по комнате…
– Черт, ну и вонь! – выругался Питер, открывая окно – ты что, не мог ничего получше придумать? Ты чего? Доктор Феликс Каплан стоял посредине кухни, склонив голову
– Тс…. Слышишь?
Питер Маршал прислушался – действительно, едва слышный скрежет доносился откуда то из прихожей
– Что это? – спросил он шепотом
– Вскрывают дверь! – так же шепотом ответил Каплан – пошли!
Доктора осторожно прокрались в прихожую, заняли позиции по обе стороны двери. Замок тихо похрустывал (видимо никак не могли подобрать ключ) и вдруг – щелкнул!
– Замри! – крикнул Питер, направив на незнакомца автоматический пистолет, когда тот шагнул в квартиру.
Человек в маске замер на пороге. Глаза в прорезях сделанной из лыжной шапочки черной маски, смотрели холодно и безразлично. Медленно, очень медленно, человек в маске сделал осторожный шаг назад
– Замри, сука!!!
Человек в маске внезапно отпрянул в сторону, бросился вниз по лестнице…
– Что за…
– Похоже, дело дрянь – озабоченно сказал Каплан – нам надо попасть на объект и уничтожить все остатки информации, что там есть. И как можно быстрее!
Катастрофа, день семнадцатый
Национальный парк Цибола Форрест штат Нью-Мексико ночь на
19 июня 2010 года
– Нормальная сказочка на ночь!
– Какая есть… – пожал плечами Питер
– Нормально… – я вышел из машины, потянулся, прогоняя сон. Дневная жара прошла, приятный ветерок незаметно холодил кожу. Огромная серебристая луна висела над горами, подсвечивая окрестности серебряно-белым, холодным светом. Пейзаж так и просился на картину. Полнолуние – ночь оборотней.
– Слушай, Пит … – задумчиво сказал я – как думаешь, почему иногда у меня возникает желание перестрелять всех ученых до одного?
– Вот спасибо… – обиделся Питер – между прочим, это все разрабатывалось как технология быстрой и безболезненной вакцинации…
– А получилась длительная и болезненная технология смерти. Всего человечества. Ладно… Значит ты говоришь – вирус может передаваться по воздуху?
– Нет – терпеливо сказал Питер – воздушно-капельный путь передачи для него по-прежнему исключен. Вирус – в его естественном, биологическом виде, гибнет в окружающей среде в течение нескольких секунд, он может выжить только в теле человека. Но вот если поместить этот вирус внутри микронной капсулы биогеля – выживаемость вируса резко повышается, и он способен сохранять активность на воздухе в течение нескольких часов.
– И как защититься от этого вируса, если он помещен в этот самый… в биогель, короче?
– Никак. Либо вакцина, либо костюм биологической защиты. Армейский или медицинский. Если вдохнул хотя бы сотню-другую капсул – ты заразился. Противогаз, например, не говоря уж о респираторе, от заражения не спасет. И похоже, что этот вирус был распылен в очень большом масштабе.
– Здесь есть загвоздка – покачал я головой – я по-прежнему не могу понять технологию распыления.
– Может с самолетов? – предположил Питер
– С самолетов… – усмехнулся я – это бред полный. Представь себе – ты должен нанять как минимум сто летчиков – это если учесть, что зараза распространилась по всему земному шару практически молниеносно. Ты должен нанять этих летчиков, чтобы они распылили нечто над крупными городами. А теперь скажи – какова вероятность того, что ни один из этих летчиков не обратится в правоохранительные органы. Если бы мне предложили что-нибудь распылить над городом, первое, о чем бы я подумал – террористический акт. Что меня пытаются подрядить распылить зарин, сибирскую язву, чуму или что-то в этом роде. А мне на такие дела подписываться – нахрен нужно. Так что нет, путь доставки должен быть другой. Кстати. Так все-таки – ты и Каплан узнали, кто стоял за всей этой заразой?
– Не все, конечно … – глухо сказал Питер – но кое-что узнали…
За несколько месяцев до катастрофы, Швейцария, Бернский Оберланд Курорт Венгенц
01 января 2010 года
Эта маленькая альпийская деревушка стала известна, да и то – в узких кругах, только недавно. Еще в восьмидесятых эта была обычная альпийская деревушка, утопающая в снегу, к которой зимой надо было добираться только на вертолете. Европейская и британская аристократия отдыхала обычно в Давосе, куда можно было добраться на машине и где были лучшие горнолыжные трассы во всех Альпах. Давоса хватало всем, а заоблачные цены делали отдых этаким «междусобойчиком», когда вокруг только свои. Одному богу известно, сколько сделок заключили, сколько миллионов и миллиардов перешло из рук в руки в перерывах между головокружительными спусками или в уютных ресторанчиках, где усталые горнолыжники собирались в конце дня пропустить шампанского, а кто замерз – глинтвейна. К услугам лыжников был и еще более дорогой Сант-Мориц.
Но в девяностые все резко изменилось. После падения железного занавеса и возвышения Китая, гости из стран бывшего СССР, восточной Европы и Китая буквально заполонили, загадили некогда тихие и респектабельные места. Вместе с ними пришел мат, грязь, проститутки, дикие выходки типа требования открыть ресторан в три часа ночи. Отдых рядом с такими вот свиньями, кичившимися своим скороспелым богатством стал решительно невыносим.
В итоге, завсегдатаи зимних швейцарских курортов попытались создать для себя новый, никому не известный уголок. Одним из таких уголков и стал курорт Венгенц. Он был расположен в долине Лаутербруннен, у подножья горы Юнгфрау и славился своим чистым горным воздухом и обилием солнечных дней. Многие считают, что самое лучшее катание на лыжах во всех Альпах, находится именно здесь в регионе Юнгфрау, в бернском Оберланде. Но свиньи постепенно нашли и этот курорт. Скрыться от них стало просто невозможно нигде…
– Скоты… – пробормотал стоящий на горе высокий, буквально лучившийся здоровьем, несмотря на свои пятьдесят с лишним лет человек, глядя через серо-стальные солнцезащитные очки на неуклюже спускающегося по самой простой трассе полноватого, лет сорока человека, громко матерящегося по-русски