Страница 57 из 79
А потом, фирма решилась участвовать в конкурсе, объявленном правительством США на винтовку для войск спецназначения – так называемый SCAR. Победила в этом конкурсе FN – но и Robarm участвовала не зря. Под этот конкурс они самостоятельно разработали свою первую штурмовую винтовку – модель XCR. И получилась эта винтовка очень и очень неплохой.
Короче, именно такую винтовку я и увидел в пирамиде – причем нестандартного калибра 6,8 Remington с длинным «снайперским» стволом и оптическим прицелом ACOG ЗХ на ствольной коробке. Сам по себе патрон великолепный – поражающее действие пули чуть ниже, чем у 7,62 NATO, а отдача чуть выше, чем у 5,56 NATO. Единственное что плохо – винтовки под этот патрон производятся только для гражданского рынка, в относительно небольших количествах, соответственно патроны под нее – не везде найдешь. Зато если патроны есть…
– И вот эту.
Тоже «почти снайперская» винтовка, сделана похоже опять на базе русского Вепря. Длинный ствол как у ручного пулемета, сошки, приклад и пламегаситель как у русской СВД. Патрон – русский 7,62*39. Оптический прицел, тоже русский, ставящийся на боковом кронштейне. Дубовый – но неубиваемый, надежный…
– Неслабо выбираешь… – криво усмехнулся сержант – хрен с тобой, забирай. Давай, поднимай все это наверх и начинаем выгружать остальное по машинам.
– Слушай… – как бы в раздумии сказал я – тебе Барретт нужен? Любую машину остановит на-раз.
– Что хочешь? – в глазах Штайнберга мелькнул алчный огонек, действительно такая винтовка – половину проблем решит. В условиях плоской как стол Аризоны – просто идеальное оружие. Да и мне не проблема – у меня их еще пять.
– Патронами поделишься? Пару-тройку пистолетов дай, и прицелы не помешали бы…
– По рукам…
Пистолеты я решил брать крупнокалиберные. Как показала практика, убить одержимого намного сложнее, чем обычного человека, болевой шок на них почти не действует. Поэтому, чем крупнее и тяжелее пуля, чем больше разрушений она производит в теле – тем лучше. Тем больше шансов, что после встречи с одержимым ты останешься в живых.
У сержанта в загашнике были Springfield и Kimber разных моделей, сейчас самые распространенные пистолеты модели 1911 в США. Оригинальные Кольты покупают лишь идиоты и коллекционеры, качество там никудышное. Подумав, я решил взять два Springfield TRP2, на каждом из них на рамке под стволом был прикреплен лазерно-лучевой модуль (по простому – фонарь совмещенный с лазерным прицелом в одном небольшом корпусе. Очень удобно – прим автора). Полностью стальной пистолет, сноса знать не будет. Именно таким вооружены некоторые полицейские команды SWAT.
К ним – две кожаные кобуры для ношения на поясе, по четыре подсумка для запасных магазинов. В принципе, наше основное оружие – это штурмовая винтовка, пистолет в этом случае располагается на разгрузке, а не на поясе. Но ситуации могут быть разные. К примеру – дома же ты штурмовую винтовку носить не будешь, правильно? А без оружия даже дома находиться по нынешним временам – ищите дураков… Вот тут и пригодится хороший, надежный пистолет марки 1911. В Дельте мы пользовались Глоками, но пластиковая рамка есть пластиковая рамка, особенно при крупном калибре и особенно если потом самому придется переснаряжать патроны. А ведь придется, запасы не вечны.
Патроны… По пятьсот девятимиллиметровых и кольтовских, сорок пятого калибра. Тысяча патронов 6,8 Remington, больше не было, а Штайнбергу они были просто не нужны – других винтовок этого калибра у него не было. Тысяча калашниковских, 7,62*39. Wolf из Тулы – обычные русские патроны, дешевые, но свою цену оправдывающие. Тысяча 7,62 NATO для пулемета. И, наконец, самое главное – четыре тысячи (торговались до упора) патронов М885 армейского образца, арсенал в СолтЛейкСити. В плотных пакетах по пятьсот штук в каждом россыпью. Если не вести затяжные боевые действия – хватит надолго.
Прицелы. Хотел пару прицелов ACOG или Leupold SQB – но тут Штайнберг встал стеной. В принципе его можно понять – эти прицелы немалое богатство. Нет питания от батарейки – вот что самое главное.
Взамен отдал Барретт 82, уже пристрелянный и пятьдесят патронов к нему. Новый, в коробке решил не отдавать – потому что тогда бы стало сразу понятно, сколько у меня этих стволов. Последствия – от перестрелки до желания переиграть сделку и получить что-нибудь еще. Пусть думают, что последнее от себя отрываю…
Перетаскав оружие наверх, закинул его по машинам. Robarm оставил себе, «снайперский» Калашников кинул в РейнджРовер, у Питера основной автомат под этот же патрон, его снайперский вариант будет в самый раз. Хотя снайпер из Питера … скверный, честно говоря. Поливать очередями из автомата метров с пятидесяти – ста и стрелять на четыреста – пятьсот метров – абсолютно разные вещи, требующие разного уровня профессионализма. Приедем в Техас – будем учиться. Патроны раскидал по машинам, пистолеты: один оставил в своей машине на всякий случай, один вручил Энджи. В самый раз для нее, рукоятка Глока 21 для ее руки толстовата, а плоская кольтовская – в самый раз…
Обстановка наверху была приемлемой… пока. Одиночные одержимые шли от центра города, пока их отстреливали сосредоточенным огнем нескольких винтовок. Но предчувствие у меня было скверное…
– Курт…
– Да?
– Я встану, пожалуй, на машину. На прикрытие. Вы начинайте таскать, стройте живую цепочку и таскайте. Что-то предчувствия у меня совсем дурные…
– В одиночку, что ли?
– Энджи со мной встанет, от нее толка в таскании тяжестей мало. Вдвоем справимся. Если не будем справляться – крикнем.
– Rodger.
Энджи взяла из машины длинноствольный Калашников, сняла прицел, приложилась. Верно – смысла в прицеле на таких дистанциях нет, да и русский прицел – беда настоящая. Перекрестья нет, а вместо него – какие то угольники, шкала еще. В общем – нужна привычка и солидная. Прихватив с собой несколько пустых магазинов и несколько пачек патронов, Энджи залезла в Форд, в тот же самый в кузове которого стоял и я. Грузили, прежде всего в Исудзу, а с Форда мы планировали пока прикрывать…
– Что дальше… – обманчиво безразличным тоном спросила она, набивая магазины. Раздербаненная пачка лежит на кабине, рядом магазин, тонкие пальцы с остатками макияжа ловко подхватывают патрон, засовывают в горловину магазина, зажимают, хватают следующий. Щелк-щелк-щелк…
– В смысле?
– Слушай… – Энджи по-прежнему не смотрела на меня – кажется, у меня сейчас … нет дома… нет работы и нет вообще ничего. Ты… можно остаться с тобой? В Техасе. Подумать что ли для вида…
– Если по мозгам не будешь ездить – оставайся. Характер у меня хреновый, сразу предупреждаю.
– У меня не лучше – мрачно ответила Энджи – и сразу говорю: мы остаемся только друзьями. Понял?
Еще бы не понять. Феминизм крепчает. Эх, мисс Кортес, ничего то вы еще не поняли, из того дерьма, что вокруг происходит….
– Как не понять… – усмехнулся я, выцеливая одержимого, до которого было еще метров сто пятьдесят – смотри сама, в общем. Тебе жить…
– Договорились… – слова Энджи потонули в грохоте выстрела, одержимый, направлявшийся в нашу сторону, рухнул на асфальт как подкошенный, половины головы у него не было. Если нужно стрелять одиночными и тщательно прицеливаясь – то лучше Мк14 для этой цели нету…
Лязгнул затвор Калашникова, досылая патрон в патронник. Положив винтовку на крышу кабины Энджи начала набивать другие магазины…