Страница 48 из 60
Он привлек ее к себе и просто обнял. Она удивилась, почувствовав, что Лейф дрожит всем телом.
– Я не хочу потерять тебя, – сказала Криста у его щеки. – Никогда. – Она с трудом вздохнула, полная решимости договорить, пока не утратила смелость. – Если ты все еще хочешь жениться на мне, я выйду за тебя замуж.
Лейф обнял ее крепче. Она ощущала биение его сердца – оно билось гораздо сильнее ее собственного.
– Больше всего на свете мне хочется, чтобы ты стала моей женой.
Криста сглотнула, пытаясь не заплакать, но по щекам покатились новые слезы. Сердце ныло, выбивая странный болезненный ритм, и все же мысль о том, чтобы потерять его, причиняла больше боли.
Он поднял руку и вытер Кристе щеку.
– Это время принадлежит нам, как я и обещал. Завтра мы вернемся, и я объявлю новость дяде и остальным. Через три дня после этого нас соединит жрец.
Криста промолчала, лишь кивнула и вернулась в его объятия. Она сказала себе, что все будет хорошо. Она нашла способ быть счастливой и сделать счастливыми их обоих.
Имело значение лишь то, что они с Лейфом будут вместе.
Лейф ничего не объявлял ни дяде, ни жителям поселения. Его словно что-то удержало от этого.
Криста сказала, что любит его. «Элске» означало «любовь» в переводе с исландского.
Вчера, когда он смотрел в красивое лицо Кристы, когда та сказала, что выйдет за него замуж, что ради него откажется от всего, что ей дорого, Лейф понял, что любит ее безумно.
Лейф знал, что пожертвует ради нее жизнью, как она едва не пожертвовала своей ради него. Но он понял, что ее счастливое будущее гораздо важнее его собственного и, несмотря на всю свою любовь к ней, он не имеет права на ней жениться.
Он наблюдал за ней утром, когда она сидела у ткацкого станка в задней комнате большого дома. Она выглядела хрупкой как никогда, из глаз ее исчез внутренний свет. В этом был виноват он – привезя ее на свой остров, он разрушил нечто внутри ее.
Теперь он понимал это, знал, что неправильно истолковал волю богов, что она никогда не предназначалась для него.
Сердце охватила ужасная боль.
В другом конце комнаты Криста поднялась со стула и направилась к нему, взяла его руку и поднесла к губам.
– Что-то не так? – спросила она. – Я вижу это по глазам. Почему ты еще не поговорил с дядей и остальными? Почему ты не поговорил со жрецом?
– Любовь моя, мне нужно поговорить с тобой. Идем. Мне надо кое-что сказать.
Она вышла вслед за ним, не отпуская его руку. Криста сжала руку чуть сильнее, когда Лейф провел ее через поселение, через место, ярко освещенное солнцем.
– Что такое?
Криста взглянула на него, теперь с волнением, и сердце ее болезненно забилось.
Он старался подобрать нужные слова, зная, что никогда не подберет их.
– Я совершил серьезную ошибку и теперь должен найти способ исправить ее.
Казалось, она разволновалась до предела.
– О чем… о чем ты говоришь?
– Я был не прав, когда привез тебя сюда. Тебе здесь не место. Я отправляю тебя домой.
Криста слегка покачнулась.
– Ты серьезно? Ты говорил… Ты говорил, что хочешь на мне жениться.
– Этого я хочу больше всего на свете.
– Тогда…
– Скажи, что я не прав. Убеди меня в том, что хочешь здесь быть, что хочешь жить этой жизнью.
– Я хочу быть с тобой.
Лейф покачал головой. Ему показалось, что сердце рассек пополам кинжал.
– Тебе было предназначено большее, чем это. Ты пыталась объяснить мне, но я отказывался слушать. Ты старалась открыть мне глаза, но я был слеп ко всему, кроме собственных желаний. Криста, ты должна вернуться. Прежде, чем окажется слишком поздно, прежде, чем эта жизнь не сломит тебя и ты не начнешь ненавидеть меня за это.
– Я не смогла бы ненавидеть тебя.
– Не уверен. – Он коснулся ладонью ее щеки, она оперлась лицом о ладонь. – Твое место в Англии. Там есть работа, которую ты должна выполнять, там живут люди, которые зависят от тебя. Это было тебе известно с самого начала.
– Да, но…
– Я уже поговорил с капитаном Туигом и его людьми. Завтра мы отплываем. К концу недели ты вернешься домой.
В лице ее появилось отчаяние. Он видел боль в ее глазах и знал, что боль эта есть и в его собственных глазах.
– Если я вернусь, скажи, что останешься там со мной.
Он покачал головой:
– Тебе известно, что я не могу этого сделать.
Глаза ее наполнились слезами.
– Не хочу расставаться с тобой.
– Один раз я подвел тебя. Я не подведу тебя снова.
Наклонив голову, Лейф нежно поцеловал Кристу. Он помедлил чуть дольше, чем следовало бы, впитывая нежность ее губ, ощущая их трепет под своими губами. Потом он отступил.
– Этой ночью я буду спать в другом месте. Утром мы уплывем.
Лейф повернулся и направился прочь, к горлу подступал огромный комок.
– Лейф! – позвала его Криста. – Лейф, пожалуйста!
Но он не остановился.
Решение было принято. Правда была очевидной, как и всегда, и он разглядел бы ее, если бы не был настолько слеп. Он отвезет ее домой, вернет к той жизни, которая была ей предначертана. Несмотря на боль в сердце, он не подведет ее снова.
Криста плакала, пока не заснула.
Когда Руна пришла, чтобы разбудить ее, Криста улыбалась, протягивая руки к Лейфу, но его рядом не было.
– Мой брат ждет тебя, – объявила Руна. – Ты должна подготовиться к путешествию.
Криста сделала глубокий вдох и собрала волю в кулак, чтобы встать. Ноги показались свинцовыми, когда она спустила их с кровати.
– Руна, я не хочу ехать. Я слишком люблю его.
Девушка взяла ее за руку.
– Мой брат знает, как будет лучше. Ты должна довериться ему.
Криста ничего не ответила. Несколько недель она умоляла Лейфа отвезти ее домой. Теперь, когда он вознамерился сделать это, Криста хотела этого меньше всего.
И все же в глубине сердца она понимала, как понял это Лейф, что это будет правильно.
Она разрешила Руне помочь себе одеться в простой шерстяной киртл коричневой шерсти, закрепив узлы на плечах с помощью черепаховых брошей. Сложив другой чистый киртл для путешествия, она взяла плащ, подбитый мехом, и вышла за девушкой из спальни.
– Мужчины уже ушли к кораблю, – сказала Руна. – Они грузят запасы еды и проверяют готовность судна к плаванию. Я отведу тебя к ним.
Фьорд был спокойным, бухта была почти полностью скрыта высокими утесами. Криста видела внизу корабль, Лейфа, работавшего с капитаном и командой, и сердце сжалось от любви к нему.
Когда они с Руной добрались до пляжа, Лейф был на борту старой лодки, гребя к берегу. Криста увидела небольшую группу людей, пришедших посмотреть на отплытие, среди них были братья Лейфа Тор и Эрик и его дядя Зигурд.
Криста с удивлением заметила, что Тор сбрил густую темную бороду, хотя и не так искусно, как Лейф, оставив на симпатичном лице пару порезов и один или два пореза на горле.
– Я хочу поехать с тобой, – сказал Тор Лейфу. – Я очень хорошо все обдумал и хочу увидеть то, что видел ты, и многому научиться.
Лейф всмотрелся в бритое лицо брата:
– В Англии иностранцам непросто, брат.
– Но ты же пожелал вернуться, даже разговаривал об этом с советом старейшин.
– Я ошибался.
– И все же я хочу увидеть тот новый мир, который ты открыл. Здесь меня ничто не удерживает, – настаивал Тор. – Женщины у меня нет, и в отличие от тебя долг не повелевает мне остаться.
Лейф отвернулся:
– Ты волен ехать. Но твой дом здесь, Тор. Ты уверен, что хочешь ехать?
– Уверен.
– «Морской дракон» – крепкое и годное для плавания судно, совсем не как то, на котором мы пытались плавать. Если ты уверен, я возьму тебя с собой.
Тор расплылся в улыбке. Криста подумала, что без бороды он стал поразительно красивым – темноволосый в отличие от светловолосого Лейфа, но такой же высокий, мужественный и крепкого телосложения.
В этот момент к ним направился Зигурд, ветер развевал его густые седые волосы. Криста заметила в руках у него деревянную шкатулку, украшенную узором.