Страница 38 из 60
Стоя на песчаном берегу, Лейф смотрел на множество знакомых лиц и вдыхал полной грудью чистый воздух, напоенный запахом океана. Наконец-то он был дома, хотя было время, когда он думал, что не вернется.
– Где моя сестра? – спросил он одного из мужчин, всматриваясь в толпу.
Подняв голову, он увидел, как сестра торопится к нему с холма, на котором стояло селение. Волосы летели за ней словно знамя. Ей было девятнадцать лет, и она еще не вышла замуж. Она была младшей, а поскольку была единственной девочкой, Лейф всегда испытывал к ней особую нежность.
– Лейф! Лейф! Поверить не могу, это ты!
Брат раскрыл объятия, сестра устремилась в них, и он крепко ее обнял.
– Руна. Сестренка. С тех пор как я последний раз видел тебя, ты стала взрослой.
– Я не думала, что ты вернешься. Я думала, ты умер.
Она повисла у него на шее, и Лейф ощутил в ее объятии страдание.
Он отстранил сестру, чтобы видеть ее лицо.
– Что такое, малышка? Что произошло, пока меня не было?
Красивые серые глаза наполнились слезами.
– Отец умер, Лейф. Почти луна прошла с тех пор, как он отправился в иной мир.
Сердце сжалось.
– Как это случилось?
– Отец заболел. Его мучил сильный жар, даже старая Астрид не смогла вылечить его. Через три дня его не стало.
Лейф снова крепко обнял ее. Их мать умерла много лет назад. Лейф едва помнил ее. Но Рагнар всегда казался несокрушимым, был больше, чем просто человеком. Лейф смотрел на него как на бога, и теперь к горлу подступил комок горечи при мысли, что ему уже не суждено увидеть отца.
– Кто руководит кланом?
– Олаф, он ведь следующий после тебя наследник. Дядя Зигурд дает ему советы.
Лейф кивнул:
– Хорошо, но теперь я здесь. Обещаю, все будет в порядке.
Сестра улыбнулась ему и дотронулась до щеки:
– У тебя нет бороды. Ты выглядишь иначе.
Лейф рассмеялся:
– В каком-то смысле я и правда другой. – Он взял Руну за руку. – Идем. Я хочу тебя кое с кем познакомить. – Он повел ее туда, где в ожидании стояла Криста. – Руна, эта женщина будет моей женой. Ее зовут Криста Харт. – Лейф повернулся: – Криста, это моя сестра Руна. Я надеюсь, вы станете добрыми подругами.
Криста произнесла, запинаясь, несколько слов по-исландски, означавших, что она рада познакомиться.
Руна нахмурилась и взглянула на брата:
– А как же Ханна? Она – твоя невеста.
– Мы с Ханной никогда не были обручены. Вместо этого боги выбрали мне в жены Кристу.
Лейф взглянул на Кристу, но она промолчала, и Лейф был ей благодарен.
– Люди из клана Хьяльмов снова совершают набеги. Они возобновили их сразу после смерти отца. Может быть, Рикард Свирепый посчитал нас слабее теперь, когда нас ведет только Олаф. – Она улыбнулась. – Они скоро узнают, что вернулся Лейф Драконье Сердце. И хорошенько подумают, прежде чем пускаться в набег, когда ты здесь.
Лейф взглянул на Кристу и увидел, что она подняла светлую бровь.
– Лейф Драконье Сердце? – повторила она.
Он пожал плечами:
– Так меня зовут.
– Есть несколько имен, которыми я назвала бы тебя, – сказала она по-английски, – но пока воздержусь.
Лейфу захотелось улыбнуться. Ему нравилась женщина, на которой он хотел жениться. А еще он хотел снова оказаться с ней в постели.
– Тебе лучше говорить по-исландски как можно больше. По-английски мы будем говорить наедине. Я не хочу забыть язык, на изучение которого затратил столько усилий.
Лейф взял за руки ее и Руну и повел вверх по дороге к своей усадьбе.
– Кристе понадобится одежда, – сказал он сестре, – одежда, подходящая будущей супруге вождя клана. Я хочу, чтобы ты позаботилась об этом.
Руна мрачно взглянула на Кристу:
– Где будет спать женщина?
– Приготовь комнату в общем доме рядом с моей. Она может жить там, пока мы не поженимся.
Руна заторопилась вперед, Криста придвинулась к Лейфу.
– Викинги не вынуждают женщин выходить замуж против их воли, разве не так?
– Обычно это так.
– Что ж, я откажусь выходить замуж.
Лейф вздохнул:
– Ты выйдешь за меня замуж. Так или иначе.
– Нет, не выйду, – упрямо заявила Криста.
Впервые с того момента, как Лейф решил взять Кристу с собой, он начал волноваться.
Криста взобралась на обрыв, на котором располагалось поселение викингов. Лейф шел рядом и вел себя необычайно тихо. Может быть, он раздумывал над ее последними словами, но скорее всего он думал об отце.
– Не уверена, что поняла правильно, – сказала Криста. – Твой отец умер?
Лейф кивнул:
– Он умер от лихорадки около месяца назад. Я должен был быть здесь.
Криста взяла его руку.
– Сожалею. Искренне.
Лейф повернулся к ней и мягко дотронулся до щеки.
– Ты всегда внимательна к другим. Хоть ты все еще и злишься, спасибо, что сочувствуешь моей боли.
Криста отвернулась. Разумеется, ей было не все равно. Она любила Лейфа. Хотя это совсем не означало, что она смогла бы жить той жизнью, какую он ей предназначил.
Они продолжали подниматься выше. Криста вздрогнула от ветра, плотнее завернулась в плащ. Когда они взошли на вершину, Криста остановилась. Между гористой прибрежной линией и другой грядой гор, поднимавшихся на некотором расстоянии, перед ней простиралась зеленая долина с сочной травой. Ледяной ветер ослаб, теплое солнце засветило в лицо. Должно быть, в ее глазах отразилось удивление, потому что Лейф улыбнулся:
– Ты думала, все будет выглядеть так, как у берега?
– Я так и думала.
Поросшая травой равнина с небольшим уклоном была пересечена ирригационными каналами и рвами. По пастбищам бродил скот, а большие поля, с которых недавно убрали зерно, простирались дальше, чем можно было рассмотреть.
– Тебе нравится?
Криста вздохнула:
– Лейф, не важно, как все это выглядит. Драугр – не мой дом и никогда им не станет.
– Со временем ты будешь воспринимать все иначе.
Она подавила ответную реплику. Это не то место, где она смогла бы жить счастливо. Они продолжали идти вдоль долины, пока Криста не увидела несколько зданий, стоявших рядом и окруженных низкими холмами.
Она видела рисунки в книгах отца – остатки поселений викингов, обнаруженные на Оркнейских и Шетландских островах, в Ирландии и Шотландии. Она знала, как выглядят такие поселения, и это поселение полностью совпадало с изображенным на иллюстрации.
– У нашего клана девяносто ферм. У моей семьи самая большая ферма со службами. Мы выращиваем больше всех скота и зерна, а также нанимаем больше всех работников. В прошлом мы владели рабами, но после того как священники убедили старейшин в том, что рабство противоречит воле богов, мы стали платить работникам, да так с тех пор и повелось.
Ферма, простиравшаяся перед Кристой, была больше, чем можно было вообразить, здания стояли вокруг центрального очень длинного дома. Строения были выполнены из камня и дерна, некоторые из них были встроены в холмы, все – с крышами из дерна или соломы.
– Там наверху кузница, а это – амбар, где мы храним зерно, которое растим, чтобы делать хлеб и эль. Дальше – свинарник и помещение для коз.
Лейф указал на каменное здание с низкой крышей, формой напоминавшее прямоугольный сарай, к которому постепенно пристраивали комнату за комнатой:
– А вот здесь мы будем жить.
Криста подавила стон. Хотя окрестности и были живописными, это жилище выглядело так примитивно, как и опасалась Криста. Она вздрогнула, Лейф обнял ее за плечи.
– Идем. Войдем внутрь, там тепло, и я представлю тебя остальным моим родственникам.
Криста знала, что они будут жить все вместе. Таков обычай викингов.
Вдохнув побольше воздуха для храбрости, она позволила проводить себя в большой дом, соломенные потолки которого удерживались с помощью тяжелых кусков плавней. Дом был не таким мрачным, как опасалась Криста, с прихожей, за которой следовал главный зал огромных размеров с помостами по обеим сторонам, вероятно, предназначенными для сна.