Страница 36 из 60
– Расплети волосы.
Пульс участился, когда она подчинилась, потянув ленту и пропуская густые светлые пряди между пальцами. Лейф ласкал ее груди, мял их, ласкал и пощипывал соски, пока те не стали болеть и не набухли.
Кристу охватило пламя. Губы Лейфа двигались по ее груди, посасывали – она никогда не испытывала такого обжигающего удовольствия. Голова ее запрокинулась. Она беспокойно задвигалась и застонала.
– Я дам тебе то, за чем ты пришла.
Его руки снова сжали ее талию. Лейф поднял ее, и она почувствовала, как твердый член входил в нее до тех пор, пока не заполнил ее целиком.
– Сегодня ночью ты будешь моей наездницей, – объявил он.
Удовольствие было слишком страстным, слишком сладким, слишком желанным, чтобы его можно было вынести, но Лейф не остановился. Он входил и входил в нее, пока тугая пружина внутри Кристы не распрямилась и тело ее не распалось на тысячу кусков. Ее омывали волны удовольствия, смесь ощущений была настолько восхитительна, что она выкрикнула его имя.
Лейфа охватили такие же ощущения. Он поднял ее в последнюю минуту, излив семя вне ее тела.
Она сказала себе, что испытывает благодарность. Она не родит незаконного ребенка. Только вместо облегчения ее переполняла печаль. Никакого золотоволосого младенца. Никакого сына Лейфа. Никого, кто заполнил бы одинокое будущее без любви, которое ожидало Кристу.
Она заплакала. Она просто не смогла сдержать слез, чувствуя, как губы Лейфа нежно прижимаются к ее лбу.
– Не печалься, элскет. Все устроится.
Это слово означало «любимая», и Криста снова заплакала. Но права на слезы у нее не было. Он сделал ей предложение, она отказала. Она сама создала себе одинокое будущее.
Они немного поспали – Криста в объятиях Лейфа. Но кто-нибудь мог обнаружить ее в постели Лейфа, поэтому она покинула его спящего, тихо оделась и вернулась к себе в комнату.
Выплакавшись, она заснула.
Криста постепенно просыпалась. Было еще темно, но ее разбудили какие-то звуки в спальне, какое-то движение у двери. А потом она увидела чью-то тень рядом с кроватью. Она попыталась вскрикнуть, но как только открыла рот, в нем оказался кляп, а руки быстро спеленали так, что она не могла пошевелить ими. На мгновение Криста испугалась, но когда ноги связали у щиколоток, она узнала светловолосого гиганта, который завернул ее в одеяло и перекинул через плечо, будто перышко.
Ее охватил гнев. Криста попыталась ударить его ногой, попыталась закричать, но издала только сдавленный хрип. Он отнес ее вниз по черной лестнице и сунул в наемную карету.
Он вез ее на остров Драугр.
Он похищал ее против ее воли.
В этот час ночи в порту было тихо. Над океаном дул суровый ветер, гоня рябь по поверхности воды, но небо было ясным, воздух – холодным и чистым.
В каюте владельца шхуны Криста лежала под покрывалами на койке Лейфа. Он не вынул кляп. Сделай он это, она закричала бы во всю глотку.
Он не развязал ее. Сделай он это, Криста попыталась бы сбежать.
Она слышала, как члены экипажа передвигаются по палубе над головой, готовясь к плаванию под парусом. Корабль со скрипом и грохотом отошел от причала и начал выходить из порта. Когда судно встало на курс, капитан отдал приказ поднять верхний парус, а затем были подняты и остальные паруса. Корабль поймал ветер и начал быстро двигаться в открытом море.
Криста лежала связанная, злость превозмогала отчаяние. Несмотря на дощатую обшивку, она слышала, как капитан Туиг продолжал отдавать приказы. Может, Лейф и викинг, а викинги когда-то были лучшими мореплавателями в мире, но жители Драугра были долго привязаны к земле, и Лейф был достаточно умен, чтобы доверить управление судном опытному капитану.
Она видела стопки книг по мореплаванию и навигации, которые Лейф изучал в кабинете ее отца последние несколько недель. Криста подумала, что в теории он знает об управлении «Морским драконом» не меньше капитана.
Дракон. Как ему подходит это имя!
Бессердечный, бесчувственный, удовлетворяющий только личные желания. Она наконец увидела, как он жесток. Человек, который хочет сделать все по-своему во что бы то ни стало.
Они были по меньшей мере в трех часах пути от Лондона, когда Лейф вернулся в каюту.
– Я выну кляп, но только обещай мне не кричать. Никто не придет сюда, даже если ты и закричишь.
Она с удовольствием закричала бы, но понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она кивнула, подождала, пока Лейф развяжет повязку на затылке и вынет кляп, потом подавила крик ярости, рвавшийся из горла.
– Как ты мог? – прорычала она сквозь зубы. – Как ты мог это сделать?
– Ты моя, – просто ответил он. – Неужели ты думала, что я оставлю то, что принадлежит мне?
– Я не твоя! – взвизгнула она. – Я не собственность, чтобы быть в чьем-то владении.
Он предостерегающе поднял кляп, и Криста подавила новый порыв гнева.
– Пожалуйста, развяжи меня. Уйти мне некуда, разве что прыгнуть за борт, а этого я делать не собираюсь, уверяю тебя.
Не колеблясь, он подошел, достал нож из-за голенища черного сапога высотой до колена и перерезал полоски материи, которыми связал ее запястья и лодыжки.
Криста медленно села на постели. Руки занемели от лежания в неудобном положении, лодыжки ныли.
– Значит, теперь я – твоя пленница.
– Ты – моя невеста.
– Странно, но я не помню, чтобы соглашалась выйти за тебя замуж.
Он пожал мощными плечами. На нем была рубашка с длинными рукавами.
– Если ты не собиралась выходить за меня замуж, зачем ты отдалась мне?
– Но я… но ты… ты… – Она вздохнула. – А как же отец? Он так будет волноваться.
– Я оставил ему записку. Я написал, что ты скоро станешь моей женой и что ему не о чем беспокоиться. Думаю, сердцем он понимает, что я поступил так, как будет лучше всего.
– Что значит «лучше всего»? Отплыть на незнакомый остров шестнадцатого века? Заставить меня покинуть мой дом? Мою семью? Мою работу? И ты думаешь, это лучше всего?
Лейф проигнорировал ее слова. Он протянул руку и взял ее за подбородок.
– Поспи, кересте. Дорогая. Завтра ты увидишь ситуацию яснее.
Она сдержалась. Высокомерный, деспотичный, выводящий из себя тип! Пришлось сжать зубы, чтобы не выкрикнуть эти слова, но сделай она это, снова оказалась бы с кляпом во рту.
Вместо этого, как только Лейф ушел, она поднялась и принялась расхаживать по каюте, тщетно пытаясь хоть немного успокоиться. Может быть, Лейф и любитель приключений, мальчишка, который всю жизнь мечтал увидеть дальние страны, узнать новый, иной мир, но Криста не такая.
Ей нравилась ее жизнь. Она любила Лондон, несмотря на копоть в воздухе, толпу на улице и туманы. Она любила семью: отца, деда и тетю, а также кузин, которые иногда приезжали с визитом.
А еще она любила руководить газетой «От сердца к сердцу». Эта работа значила для нее все. Это было ее страстное увлечение, источник ее радости, то, что придавало смысл ее жизни. Лейф этого не понял. Он никогда этого не понимал, и теперь объяснять это было слишком поздно.
Криста закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, злость вдруг уменьшилась. Лейф был прав. Она почти не спала и очень устала, а поездка только началась. Ей надо отдохнуть. Она устроилась поудобнее на постели и натянула одеяло до подбородка. До острова Драугр они доберутся примерно через неделю. У нее еще есть в запасе немного времени. Она придумает, как убедить Лейфа вернуть ее домой.
Лежа под одеялом, она впала в замешательство. Что делать? Как вернуться домой? В конце концов мерные удары волн о корпус судна ввергли ее в беспокойный сон. Когда в каюту проник утренний свет, ей снились Лейф и дом.
Криста не слышала, как в каюту вернулся Лейф. Было раннее утро, когда она проснулась и обнаружила, что прижимается к нему. Может, она и позволила бы себе продолжать спать, согреваясь теплом его тела, если бы не почувствовала, как его губы касаются ее шеи.