Страница 21 из 126
Он был почти у своей двери, когда из темной пустой комнаты напротив вышла леди Уна. Тобин онемел от изумления, когда обычно застенчивая девочка схватила его за руку и втащила в его собственную комнату. Молай и Балдус ушли обедать на кухню. Тобин остался наедине с Уной.
Плотно закрыв дверь, леди Уна мгновение-другое молча смотрела на него, ее карие глаза сияли.
— В чем дело? — спросил он наконец, с трудом выговаривая слова.
— Это правда? — требовательно спросила она.
— Что — правда?
— Говорят, что лорд Орун перед смертью пытался навязать тебе другого оруженосца и что ты… — Она отчаянно покраснела, но продолжала смотреть ему прямо в глаза. — Ну… говорят, ты назвал мое имя!
Тобин моргнул. Он ведь просто так ляпнул это взбешенному Оруну и тут же все забыл. Должно быть, подслушивавший под дверью Бизир поспешил разнести сплетню.
Тобину хотелось провалиться сквозь землю, но Уна снова схватила его руку и прижала к груди.
— Это правда, принц Тобин? Ты выбрал меня?
Когда он наконец умудрился кивнуть, она еще крепче сжала его руку, глядя Тобину в лицо.
— Ты правда так думаешь?
— Ну… — Тобин замялся, не желая лгать ей. — По-моему, из тебя получился бы отличный оруженосец, — проговорил он, выбрав полуправду. Ему очень хотелось, чтобы Уна отпустила его руку. — Если бы девочкам дозволялось служить оруженосцами, ты бы отлично справилась.
— Это так несправедливо! — воскликнула она, и в ее глазах вспыхнула страсть, какой Тобин никогда прежде не видел. — Женщины всегда были воительницами в Скале! Ки рассказывал мне о своей сестре. Ахра действительно такой хороший воин, как он говорит?
— О да!
Тобин видел Ахру лишь однажды, но она показала ему парочку отличных приемов драки. И случись ей участвовать в дуэли, он скорее бы сделал ставку на нее, чем на большинство мужчин.
— Как же это несправедливо! — Отпустив наконец Тобина, Уна сложила руки на груди и нахмурилась. — Если бы я не принадлежала к знатному роду, я могла бы стать воином, как она. Моя бабушка была генералом, понимаешь? Она с честью пала в бою, защищая королеву. И я тебе открою одну тайну, — сказала она, оглядываясь по сторонам. — Она иногда приходит ко мне в снах, является на прекрасном белом боевом коне. И у меня хранится ее меч. Мне его передала мама. Но отец не позволил мне тренироваться с настоящим военным наставником. Даже просто фехтовать не разрешил. Но однажды, если только я смогу научиться… — Она резко замолкла и смущенно улыбнулась. — Извини. Я очень глупая, да?
— Нет! Я видел, как ты стреляешь из лука. Ты не хуже всех нас. И верхом скачешь, как настоящий солдат. Даже наставник Порион так сказал.
— Правда? — Уна просияла. — Но что в том толку, если не владеешь мечом? Мне приходится лишь наблюдать, как тренируетесь вы, мальчики, и еще у меня есть учебник… Как я вам завидую! Надо было мне родиться мальчиком, а не девочкой!
Эти слова неожиданно больно задели Тобина. Не осознавая, что делает, он вдруг выпалил:
— Я могу научить тебя.
— Правда? Ты не дразнишь меня, как другие мальчики?
Тобину ужасно захотелось взять свои слова обратно, но — сказанного не воротишь. Уна так смотрела на него…
— Нет, я буду тебя учить. И Ки мне поможет. Ну, до тех пор, пока не попадемся.
Уна внезапно наклонилась вперед и поцеловала Тобина прямо в губы. Это был неловкий поцелуй, от него губам Тобина стало больно. И не успел принц опомниться, как девочка умчалась, оставив покрасневшего Тобина в полном недоумении.
— Ну чтоб тебя! — в сердцах бросил Тобин, ощутив вкус крови на губах. — И что мне теперь делать?
И конечно же, как назло в этот момент по коридору проходили Албен и Квирион. «Вот только их не хватало», — подумал Тобин. Квирион постоянно таскался за старшим мальчиком, прилипнув к нему, как репей.
— Что случилось? — насмешливо спросил Албен. — Она тебя укусила?
Тобин сердито прошел мимо них, начисто забыв об игральных костях.
— А в чем дело? — крикнул ему вслед Квирион. — Тебе не нравится, когда тебя целуют девочки?
Резко обернувшись, чтобы ответить, Тобин зацепился ногой за ковер и упал на один из древних гобеленов, что висели вдоль коридора. Карниз, на котором держался гобелен, оборвался, и тяжелая масса пыльной ткани рухнула на голову Тобину. Албен и Квирион зашлись хохотом.
— Кровь, моя кровь. Плоть, моя плоть… — зашептал Тобин и тут же заткнул себе рот кулаком.
Смех мальчиков затих вдали, но Тобин еще долго не двигался, ужасаясь тому, что едва не совершил. Лежа в затхлой темноте, он снова и снова рылся в памяти, пытаясь понять, не он ли все-таки навлек гнев Брата на Оруна…
На следующий день он рассказал об обещанных Уне уроках Ки и Фарину, когда они все вместе сидели у очага в комнате Фарина, но, конечно, ни словом не упомянул о последующей неприятной стычке с Албеном. Смех друзей в ответ на его рассказ ничуть не удивил Тобина.
— Тоб, ты точно головой ушибся! — воскликнул Ки. — Уна охотится за тобой с того дня, как мы приехали в Эро!
— Охотится за мной?
— Точно! Хочешь сказать, ты никогда не замечал, как она на тебя смотрит?
— Да, я тоже так думаю, — сказал Фарин, хихикая. — Но она ведь… э-э… просто девочка!
— Ну да, а ты ведь не слишком увлекаешься девочками, правда? — рассмеялся Ки, невольно повторив насмешку Квириона.
Тобин мрачно уставился на собственные башмаки.
— Я никем не увлекаюсь.
— Да отстань ты от него, Ки! — сказал Фарин. — Тобин еще слишком юн и не привык к придворной жизни. Я был точно таким же в его возрасте. А вот что касается тренировки на мечах… — Его лицо посерьезнело. — Она ведь сама тебе сказала: ее отец не придерживается старых обычаев, а герцог Сарвой — не из тех, кого можно сердить. Так что лучше ей стрелять из лука и упражняться в верховой езде, как и прежде.
Тобин кивнул, хотя неодобрение герцога пугало его куда меньше, чем расположение Уны. У него до сих пор болела нижняя губа от ее поцелуя.
— Ну, в любом случае, через год-другой ты сможешь взглянуть на нее другими глазами, — сказал Фарин. — Она милая девочка из знатной семьи. И к тому же хорошенькая.
— Уж это точно! — с жаром воскликнул Ки. — Если бы я осмелился думать, что она может обратить внимание на скромного оруженосца, я был бы счастлив оказаться на твоем месте.
Неожиданная теплота в голосе Ки и его задумчивая улыбка заставили Тобина внутренне сжаться, словно он проглотил что-то очень горькое.
«Пусть она нравится Ки! Мне-то что задело?»
Но он не мог избавиться от досады.
— Ладно, я ведь просто так ей предложил, из любезности, — пробормотал он. — Да она, наверное, уже и забыла.
— Только не Уна, — возразил Ки. — Я видел, как она за нами наблюдала.
Фарин кивнул.
— А то, что она тебе говорила о своей бабушке, чистая правда. Генерал Элфия дралась на поле боя лучше многих мужчин и отлично разбиралась в стратегии. Твой отец очень высоко ценил ее. Да, юная Уна унаследовала мужество старой воительницы. В этом и беда нынешнего времени. Слишком много девушек, в чьих венах течет кровь героинь, и истории о победах до сих пор живы в их сердцах.
— Понятно, почему она завидует даже простому солдату вроде Ахры, — добавил Ки.
— Сомневаюсь, что Эриус позволит вернуться к старому. Да, тяжело им пришлось…
— Ты имеешь в виду воительниц? — спросил Тобин. — А где они теперь?
— Да, я о них… Вспомни свою старую повариху, или сержанта Катилан — так ее звали прежде… Все эти годы она трудилась на кухне твоего отца. Эриус отправил в отставку почти всех старших женщин. Катилан была слишком предана ему, чтобы возражать, хотя, конечно, ее гордость была сильно задета. И таких, как она, сотни, если не больше, рассеяны по всей земле…
Тобин смотрел на огонь, представляя себе целую армию отправленных в отставку женщин-воительниц, скачущих, как далекие призраки. И от этой картины его пробрало холодом.