Страница 108 из 126
— Королеву? — Ки повернулся и удрал за амбар.
— Я с ним поговорю, — негромко сказал Фарин. — Пожалуйста, Тобин, позволь мне сделать это. Ради вас обоих.
Тобин кивнул, охваченный отчаянием, и Фарин широким шагом направился следом за Ки.
Лисичка подошел поближе, всматриваясь в лицо Тобина.
— Это правда? То есть, я хочу сказать… я ведь тоже видел тебя, и когда мы мылись, и когда в море купались.
Тобин пожал плечами.
— Тобин сам узнал об этом лишь пару лет назад, — сказал Аркониэль. — Принять такое было нелегко. И это также означает, что ей придется выступить против Эриуса и Корина. Тобин понадобятся настоящие друзья.
— Ты будешь королевой? — произнес Лисичка так, словно сроду не слыхал такого слова.
— Выходит, что так. Но, Лисичка, ты ведь компаньон. Ты знаешь Корина дольше, чем я… — Тобин говорил так, словно его рот наполнился вдруг песком. — И если ты не сможешь… Я тебя пойму.
— Ты можешь вернуться в Эро прямо сейчас, если пожелаешь, — сказал Аркониэль.
— Вернуться? Мне и в голову не приходило такое. Фарин был прав насчет меня, Тобин, так что мне лучше остаться. — Он невесело усмехнулся и развел руками. — Не очень-то это похоже на клятву верности, а?
Тобин схватил его за руки.
— Мне этого достаточно.
Фарин нашел Ки за дверью амбара; Ки стоял, бессильно опустив руки.
— Почему он мне не сказал? — спросил оруженосец с болью в голосе.
Фарин постарался сдержать гнев. Он ожидал от Ки большего.
— Он сам ничего не знал, когда вы встретились.
— А когда узнал?
— Когда вы сбежали в замок. Айя и та лесная ведьма заставили его поклясться, что он ничего никому не скажет. Это было для него тяжелой ношей, Ки, и не один год; нам с тобой даже не понять, как он мучался.
— Ты знал!
— Нет, я узнал всего несколько недель назад. Риус мне ничего не сказал, но не потому, что не доверял. Тайну сохраняли ради безопасности Тобина и всех нас. От нас ведь все равно ничего не зависело.
— И что теперь будет со мной?
— О чем ты? Ты хочешь сказать, что готов служить принцу, но не королеве?
— Служить? — Ки резко повернулся и посмотрел в глаза Фарину. — Фарин, он мой лучший друг! Он… он для меня все! Мы выросли вместе, вместе учились, вместе сражались! Вместе! Но ведь у королев не бывает оруженосцев, разве не так? У них есть министры, генералы, супруги. А я ни то, ни другое, ни третье! — Он всплеснул руками. — Я ничто! Просто безземельный рыцарь, сын конокрада…
Фарин с силой ударил его по лицу ладонью, и Ки пошатнулся.
— Это все, чему ты научился за столько лет? — прорычал капитан, нависая над юношей, как грозовая туча. — Или ты думаешь, что такая волшебница, как Айя, выбрала тебя без всяких причин? Думаешь, Риус связал бы тебя со своим сыном, если бы ты был просто сыном конокрада? А может, ты думаешь, я доверил бы тебе жизнь этого ребенка? Люди не выбирают себе отцов, Ки, но они сами выбирают свой путь. Не ожидал от тебя такой глупости! — Фарин с трудом удержался от того, чтобы влепить Ки еще одну пощечину. — Разве этому я тебя учил? Удирать за угол и распускать сопли?
— Нет. — Голос Ки дрожал, но юноша уже выпрямился. Струйка крови текла из его носа и терялась в негустых усах. — Прости, Фарин.
— Слушай меня, Ки! Тобин представления не имеет, что его ждет впереди. И думает сейчас только о том, что его друзья могут его бросить. Что ты от него отвернешься. Он боится этого больше, чем чего-либо еще. А ты именно это и сделал только что, вот как!
Ки громко застонал.
— Потроха Билайри! Он думает… Ох, черт, Фарин, да я не поэтому сбежал!
— Тогда, полагаю, тебе лучше поскорее вернуться и объяснить ему это.
Фарин шагнул в сторону, и Ки молнией помчался назад, к Тобину. Фарин остался на месте, ожидая, когда пройдет неожиданно охватившая его слабость. Ладонь, которой он ударил Ки, покалывало; Фарин ощущал на пальцах кровь юноши. Капитан негромко выругался, вытирая руку о плащ. Сбудется пророчество или нет, но они все уже прошли тяжелый путь за минувшие годы.
Минуты ожидания длились для Тобина как вечность, когда он наконец увидел Ки. Оруженосец показался в дверях амбара и со всех ног бросился к нему. Подбежав к Тобину, Ки сначала крепко обнял его, а потом опустился на одно колено и протянул Тобину свой меч.
— Что ты делаешь, Ки? Встань! У тебя кровь…
Ки встал и схватил Тобина за плечи.
— Прости, что убежал. Ты просто захватил меня врасплох, вот и все. Между нами ничего не изменилось. — Ки чуть замялся, всматриваясь в лицо Тобина; подбородок у него слегка дрожал. — Ведь не изменилось, правда?
Голос Тобина звучал так же неуверенно, когда он в свою очередь обнял Ки:
— Ты мой лучший друг. И так будет всегда.
— Ну, значит, все в порядке! — Ки нервно засмеялся, отступая на шаг и хлопая рукой по ладони Тобина.
Тобин увидел на глазах друга слезы.
— Ты ведь никогда меня не бросишь, правда, Ки?
Ки крепко сжал руку Тобина и улыбнулся.
— Пока я дышу — и не надейся!
Тобин поверил ему безоговорочно, и от этого ему стало так легко, что он просто не знал, что сказать.
— Ну и ладно, — выговорил он наконец. — Думаю, нам лучше двигаться дальше.
Глава 52
Они поскакали дальше, и Тобин старался не думать о том, что ждет их впереди. Первая реакция Ки испугала его сильнее, чем любое сражение. Он поверил клятве верности, данной ему другом, но за время их долгого пути не раз и не два ловил на себе удивленные взгляды, которые тайком бросал Ки, — оруженосец как будто пытался рассмотреть незнакомку под тем обликом, что пока еще носил Тобин.
«Я не хочу меняться!» — горестно думал Тобин. Поглядывая на далекие вершины гор на фоне звездного неба, он гадал, каково бы это было: просто взять и сбежать от всего — от битв, от столицы, от друзей, от своей судьбы…
Но это были лишь мимолетные мысли. Он был воином Скалы, принцем крови. Пусть даже он был напуган, он никогда не опозорит себя и свой род, не предаст тех, кого любит.
Имя и герцогская печать обеспечивали им свежих лошадей на всем пути, и при каждой остановке они рассказывали о вторжении пленимарцев. К рассвету путники снова увидели вдали море, а через час после полудня добрались до Атийона.
Остановив коня перед городскими воротами, Фарин крикнул стоявшим на стене стражникам:
— Откройте ворота перед принцем Тобином, лордом Атийона! Принц вернулся!
— Эро осажден пленимарцами, — сообщил Тобин пораженным стражникам, как только они очутились внутри стен. — Сообщите об этом всем. Все воины должны подготовиться к походу на столицу вместе со мной. Нет, постой! — крикнул он, когда гонец уже повернулся, чтобы бежать. — Это и женщин касается; всех, кто захочет сражаться за Скалу, будут рады приветствовать под знаменами Атийона. Ты меня понял?
— Да, мой принц!
— Скажи всем, чтобы собирались во дворе крепости.
— Неплохо, принц Тобин! — пробормотал Аркониэль.
Они промчались через город — и обнаружили, что мост через ров перед крепостью еще поднят. Фарин сложил ладони рупором и окликнул часовых, но ему никто не ответил.
Ки прикрыл глаза рукой от солнца и всмотрелся в стражей, стоявших на стене.
— Это люди Солари, — сказал он.
— Именем принца, открывайте! — снова крикнул Фарин.
Наконец один из стражей высунулся между зубцами башни над воротами.
— У меня приказ герцога Солари не впускать никого из Эро, чтобы не занесли оспу.
— Ах ты, сукин сын! — задохнулся Ки.
— Открывай немедленно, или принц прикажет повесить тебя как предателя! — взревел Фарин таким голосом, какого Тобин никогда не слышал.
Аркониэль держался спокойнее.
— Дело серьезное, парень. Вызови на стену своего командира, немедленно.
— Солари не мог приказать такого! — пылко воскликнул Ки, пока они ждали. — Это земля Тобина, даже если он несовершеннолетний!