Дым и зеркала

— И все же, мне бы хотелось знать, почему я?

— Вы притягиваетесь, потому что похожи. Слушай, про тебя чертова уйма легенд. Ну, не прям про тебя, но про твой вид. И оно все окружает тебя… — Тони развел руками, — как сверхъестественный туман. Наверняка это и привлекает призрака. Тянет к тебе.

Теория Тони, сформулированная между посещениями последнего призрака, с которым пришлось столкнуться Генри, звучала довольно логично.

За исключением того, что обычно притягиваются противоположности.

Это не помогало.

Ткань под пальцами Генри начала рваться, и он тихо раздраженно рыкнул.

Температура на балконе резко упала.

— Он здесь, — довольно возвестил Грэхем.

— Я догадался.

На месте, где должна была быть вторая камера, начала материализовываться высокая фигура. Тьма на балконе мешала как следует рассмотреть ее очертания, темнота сливалась с темнотой. Казалось, что бледное хмурое лицо и высокий воротник, модный в начале века, витали в воздухе сами по себя.

— Он жалуется насчет театра. Вроде не насчет самого здания, а насчет… — Грэхем махнул рукой в сторону сцены, — вот этого всего.

— А почему я его не слышу?

— Потому что среднестатический человек не может это услышать, — ухмыльнулся Грэхем. — А вы с вашими габаритами и на мелкостатистического не потянете. Что?

Призрак нахмурился.

— Кажется, он считает, что я смелый, потому что так разговариваю с тем, кто ходит во тьмы. Господи, а кто не ходит? Свет-то выключен.

Алистер МакКолл, выходивший пять раз на поклон за роль Фауста, и Генри Фицрой, некогда герцог Ричмондский и Сомерсетский, обменялись одинаковыми взглядами.

— Да, да, Ходящий в ночи. Что за… — Побледневший Грэхем медленно повернулся и посмотрел на Генри. — О боже, о боже, я с первого взгляда понял, что вы странный, но чтоб вампир?

Генри улыбнулся, даже не стараясь казаться обаятельным.

— Спрашивайте насчет Крейтона Каулфилда. У нас нет времени.

— Хартли пропал? — Глаза Бренды болезненно расширились, и она обеими руками сжала руку Ли. — Дом! Это все дом! — взвизгнула она. Ли накрыл ее ладони своей — не для того, чтобы успокоить, а что постараться заставить ее ослабить хватку. Тони стоял достаточно близко, чтобы это заметить. — Он его съел!

— Не съел! — рявкнула Эми, а потом нахмурилась и повернулась к Тони. — Или съел?

Тот пожал плечами и взглянул на Стивена и Кэсси, которые наконец к ним вернулись. Кэсси все еще вздрагивала — и хотя это казалось логично, учитывая плач Карла, которому аккомпанировала танцевальная музыка, но она была мертва. И Тони искренне считал, что дергаться уже не из-за чего.

— Дом никого не ест, он использует энергию, высвобождаемую во время смерти, — сообщила ему Кэсси, разглаживая юбку, забрызганную кровью, и глядя на Бренду как на идиотку.

Тони повторил слова Кэсси, стараясь не имитировать ее взгляд.

— И, поскольку никто не умер, — добавил он, — Хартли тоже жив. С самого начала сначала шло убийство, а потом самоубийство.

— Наверно, пошел искать чего-нибудь выпить, — вздохнул Питер.

Кейт скрестила руки и переминулась с ноги на ногу:

— Или пошел искать кого-нибудь, кого можно убить!

— Кого? — не выдержала Эми. — Мы все здесь.

— Значит, он хочет, чтобы мы стали его искать. И когда мы разделимся, он кого-нибудь убьет.

Люди согласно закивали.

— Да… — Эми поджала губы, признавая поражение. — Звучит логично.

— Том никого не убивал, — скорбно пробормотал Маус.

Тина бросила на него враждебный взгляд.

— Хватит про убийства при детях!

Брианна, мирно пристроившаяся около Зева, закатила глаза. Эшли отвела руки звукорежиссера от своих ушей.

— Во-первых, я не ребенок, — фыркнула она. — А во-вторых, новых слов мы не услышим. Мы смотрим «Закон и порядок», вообще-то.

— Как будто его можно избежать, — фыркнула Эми.

Люди снова закивали.

— С ним произошло сверхъестественное происшествие, — напомнила Эми. — Он не собирался покончить жизни самоубийством, так что не считается.

Кейт скривила губы.

— Если одна смерть выбилась из стандартов, кто подтвердит, что не выбьется еще одна?

Новые кивки.

— Хартли хочет выпить, — продолжила она, — так что дом, это существо…

— В подвале, — влезла Эми.

— Ладно. Существо в подвале может внушить, что этиловый спирт в бутылке как раз то, что ему нужно. Он раз — и отравился.

Эми развела руками.

— Да бросьте вы, это ж Хартли. Он может выпить бутылку этилового спирта и отравиться совершенно самостоятельно, без помощи существа из подвала.

И кивки продолжились.

Весь круг стал напоминать сборище кукол с качающимися головами.

— Так мы идем его искать или нет? — уточнил Тони.

— А ты бы и рад слинять куда-нибудь в одиночку, да? А потом вернуться и начать нам что-то заливать. Если нам надо просто выжить до утра, полагаю, что наши шансы повысятся, если мы потратим немного скотча на Тони. Чтобы он сидел на месте. — Кейт похлопала по катушке с клейкой лентой, висящей у нее на поясе. — Кто со мной?

— Никто ни на кого не будет тратить скотч, — сообщил Питер. — По крайней мере, пока я не скажу.

— Пока ты не скажешь?

Под поднявшиеся крики Стивен переместился поближе к Тони.

— Ему это нравится. Оно любит злость. И сильные эмоции вообще, — задумчиво добавил он, когда Сордж пихнул Пэйвина, Маус встряхнул Кейт, попытавшуюся броситься на Питера, а Эми, Адам и Сэйлин попытались переорать друг друга. Последние трое стояли рядом, но орали каждый что-то свое. Тину, Зева, Мэйсона, Ли с Брендой и девочек оттеснили к дальнему краю круга. — Но использовать злость проще всего.

— Да? — Тони отшатнулся, чтобы избежать удара Кейт. Целилась она не в него, но попадаться все равно не хотелось. — Откуда ты знаешь?

— Откуда я знаю что?

Он повернулся и уставился на призраков.

— Откуда ты знаешь, что оно любит?

Кэсси закатила глаз и переместилась поближе.

— Оно питается от наших смертей, вообще-то. Мы такие же пленники, как и вы. Просто находимся здесь уже дольше, оттуда и знаем.

— Стокгольмский синдром.

— Что?

Он нахмурился.

— Или Хельсинский? Неважно. Вопрос в том, откуда мне знать, не перешли ли вы на его сторону? Можно ли вам доверять?

— Ага, а вот оно и над его сознанием работает, — пробормотала Кэсси.

Стивен фыркнул:

— Думаешь?

— Ничего подобного! Тогда уж это вы работаете вместе с ним, а не со мной против него, потому что вы и оно… Ай! — Тони прикрыл промежность обеими руками и отшатнулся назад — сквозь Стивена. Это Маус ухватил Кейт за руки и приподнял с пола, дав ей возможность пинаться. Несмотря на боль — а может, и благодаря ей, — Тони почувствовал, как у него проясняется сознание. Проясняется и мерзнет. — Черт, да вы просто ледяные!

— Тепло — это энергия. — Стивен поправил голову. — А лишней энергии у нас нет.

Тепло…

— Чтобы выглядеть настоящими этим утром, вы воспользовались теплом от прожекторов.

— От прожекторов и от людей. Мы…

— А что, это важно? — вмешалась Кэсси, невероятно напоминая Эми, и махнула окровавленной рукой в сторону команды. — Нет, это, конечно, забавно, но сначала разберись-ка с этим!

Пока Тони отвлекался, тьма сгустилась над кругом света, отбрасываемом фонарем. Она как будто… выжидала. Клише, но по-другому не сказать. В круге продолжались старые споры и начинались новые. Мэйсон и Ли стояли почти нос к носу и орали что-то о фан-сайтах. Бренда стояла между ними на коленях — полы пиджаков скрывали, что она там делала — а Зев пытался оттащить ее за плечи. Тина вышла из круга, стучала по входной двери и кричала на Эверетта, чтобы тот проснулся. Эшли, натянувшая фартук на голову, сидела на полу, скрестив ноги, и во все горло распевала «Дэнни Бой».[15]

Странный выбор для одиннадцатилетней девчонки…

15

Прим. переводчика: «Дэнни Бой» (Da