Страница 55 из 92
А с Милиусом? Неплохо было бы как следует потрясти этого загадочного чародея! "Я разгадал твои замыслы, коварный маг, – сказал бы ему Конан. – План твой провалился. Я выбрался из Страны Небесного Народа, а Тхутмертари узнала Тайну. Вижу, это тебя не радует. Ну что ж, ты сам виноват! Нужно было честно мне все рассказать: кто ты, чего добиваешься и что тебе нужно от меня. И, если помыслы твои чисты, клянусь Кромом, я не отказался бы тебе подсобить!… Так что ты просчитался, маг! И теперь я, а не ты, диктую условия. Выкладывай мне все, что знаешь, а я послушаю. Может статься, мы сумеем сговориться с тобой, Скучающий Маг!…"
Воистину, Милиус мог бы многое прояснить, если не все! Например: кто та облезлая обезьяна, остановившая его, когда он хотел приблизить Светоч Истины к лицу Тхутмертари? Уж не ее ли ангел-хранитель?! Тьфу – конечно же, демон-хранитель! Конан мог поклясться, что уже где-то видел эту тварь. Но где? Вроде бы совсем недавно… Дай Кром памяти! Ну да, он вспомнил ее: это демон Люф – кажется, так зовется эта мартышка. Конан видел Люфа в волшебном Зеркале Лазбекри, когда этот самый Люф беседовал… с Тезиасом! Было это в Бельверусе, и карлик тогда еще не был Великой Душой. О, Кром! Не после той ли беседы все началось?! Ну да, конечно! Тезиас не беседовал с Люфом – он его допрашивал! Одни лишь боги знают, о чем карлику рассказал демон, но минули всего лишь сутки, и Тезиас явился в мир Великой Душой, могущественнейшим магом в облике неуязвимого призрака!… Стало быть, неспроста Люф интересуется этим делом и неспроста в нем участвует Тхутмертари…
Милиус наверняка знает, что замыслил проклятый демон. "Как ты нужен, Скучающий Маг! Куда ты запропастился? Когда тебе во мне была нужда, ты легко устроил нашу встречу. А теперь, когда ты нужен мне, как я тебя найду?! Я – в Западном море, а ты – в Карпашах. По меньшей мере полмесяца надобно, чтобы мне добраться до тебя. Боюсь, у меня не будет этого времени…"
Конан замысловато выругался. Отчего-то его не покидала уверенность, что Милиус следит за каждым его шагом. Следит – и ничего не предпринимает. Хотя нет… Конан вспомнил многоцветное сияющее облако, которое напало на людей у Врат в Верхний Мир. Что это было? "Нечто такое, что стократ превосходит даже божественную мощь Светоча Истины", – сказал об этом облаке Пелиас, и волшебница Тхутмертари была с ним согласна. Совершенно очевидно, что наславший страшное облако пытался не допустить возвращения людей в Хайборийский мир. На миг Конан узрел тогда портал, ведущий в Страну Небесного Народа. Может быть, это скричи с помощью своей магии хотели вернуть беглецов на суд Большого Совета? Вряд ли, ведь тогда Светоч Истины, по меньшей мере, сохранял бы нейтралитет: мощь Митры не воюет против мощи Митры! Но нет, магический амулет Небесного Народа сражался с неведомой стихией! Сражался до конца, но тщетно. Божественная мощь столкнулась с чем-то еще более могущественным. Может быть, в Страну Небесного Народа их пытался запихнуть этот… как его… Страж Земли?! Тот всемогущий мозг, который прячется в некой Пирамиде посреди застывшего океана. Та проклятая тварь, которая ни за что, ни про что наградила ничтожного карлика колоссальной силой, сделав его Великой Душой. То бессмертное существо, которое однажды призвало к себе Конана и предрекло ему победу над Тезиасом – где она, эта победа, хотелось бы знать?! Пожалуй, такая тварь способна сотворить все, что захочет – хоть самого Нергала запихнуть на суд к Митре! Тогда тем более непонятно, почему все кончилось, едва успев начаться. Проклятый мозг передумал? Вряд ли… Конан вздохнул. Похоже, придется признать, что страшное облако наслал не кто иной, как Милиус. И откуда у Скучающего Мага сила, превосходящая божественную?! Расспросить бы его… "Но и без Стража здесь тоже не обошлось, – подумал Конан. – Видать, Милиус, наславший облако, в самом деле пытался возвратить беглецов в Страну Небесного Народа. Начал он свою волшбу, отворил портал – и вот тут-то вмешался Страж! Выходит, не желает хранитель жизни на земле его, Конана, погибели. Это приятно. Все остальное – гнусно и отвратительно".
Особенно же отвратительна была неизвестность. Конан ощущал себя в унизительной роли пешки в руках высших сил, задумавших с его помощью выяснять свои отношения. Конан презирал и ненавидел тех, кто пытался им управлять. Боги, демоны или волшебники – он никому не позволит управлять собой! Никому! Даже Стражу, какой бы всемогущий тот ни был. "Ты можешь превратить меня в ничто, но пешкой твоей я не стану", – подумал варвар. Он знал, что Сидящий-в-Пирамиде слышит его мысли, равно как и мысли всех остальных жителей подлунного мира. Что ж, пусть слышит.
Конан задумчиво почесал богатырскую грудь. Кто же, однако, выручил его в последний раз – здесь, в Западном море? Страж Земли? Скучающий Маг? Бог какой – Кром или Митра? Если покопаться, у каждого из них могли найтись свои резоны сохранить жизнь киммерийцу. Впрочем, такие причины могли быть даже у Тезиаса или Тхутмертари… Да ну их всех к Нергалу! Кто выручил, тот и выручил, тому спасибо. Конан со злорадством представил себе, как бесится Тот-Амон, получивший по носу в очередной раз. Это значит, что стигийский колдун занят сейчас подготовкой новой пакости ему, Конану. Ладно, как говорится, не привыкать…
С Тот-Амоном он как-нибудь справится. Ведь справлялся же раньше – как-никак три десятка лет они воюют друг с другом! Справится и с Тхутмертари; дай, Кром, только поймать эту суку стигийскую. Он уж все ей припомнит: и Пелиаса, и колдовское озеро, и предательство в Кеми. Конан не воевал с женщинами; так велел ему неписаный кодекс киммерийской чести. Однако Тхутмертари была женщиной только снаружи – и какой женщиной! Внутри же это была злобная змея, а со змеями у Конана всегда был разговор короткий. Меч, бросок, удар – и одной тварью Сета на Земле меньше.
Справится он и с Тезиасом, Великой Душой. Даром, что ли, за Светочем Истины таскался, выкрав его у самого Пресветлого Митры, благого бога. "Прости, Митра, так уж получилось! Вот покончу с карликом и сразу верну тебе твой Светоч, не сомневайся!"
Кстати, карлик ведет себя подозрительно тихо. К чему бы это? С тех пор как он убрался из горной цитадели своих монахов, от него ни слуху ни духу. Милиус, Тхутмертари, Тот-Амон, Пелиас, скричи, демоны и люди – все участвуют в схватке, более напоминающей чью-то дьявольскую игру. А Великая Душа – нет. Конан уже достаточно узнал карлика, чтобы понять: беспокойная натура Тезиаса не даст карлику сидеть сложа руки. Великая Душа что-то замышляет! Или уже… А, черт, может, именно Тезиас дергает за ниточки всех игроков, и Конан, Милиус, Тхутмертари, все прочие – всего лишь марионетки в руках Великой Души?! Слишком невероятно…
Как бы Конану хотелось знать, что творится на свете! Не в Обители Богов и не в Преисподнем Мире, а в Хайбории, в мире, населенном людьми. Что делается в Зингаре и Шеме, Немедии и Коринфии, Кхитае и Вендии. Но главное: как там, в Аквилонии, в его столице Тарантии?! Пришлось ли Паллантиду выполнить его поручение? Удалось ли Просперо спрятать Книгу Судеб? О, дорого бы дал Конан, чтобы получить ответы на эти вопросы! Вот тот случай, когда позарез необходим чародей с Зеркалом Лазбекри или, на худой конец, магическим хрустальным шаром! Когда не нужно, всякие колдуны лезут изо всех дыр, а теперь… Теперь Конану остается только ждать, когда корабль прибудет в Мессантию. Быть может, кое-что он узнает там. А может, узнает все. Или ничего. В любом случае он вернется в Тарантию. Ибо он – король Аквилонии и обязан в трудную годину быть со своими подданными.
– Так и будет, клянусь Кромом!
"Если опять не произойдет очередное чудо и коварные боги не смешают все мои планы", – добавил он про себя.