Страница 53 из 92
– Врешь ты все, немедиец, – лениво сказала золотоволосая красавица. – Уттарийка она, а не вендийка! У вендийцев мозги другие, сочнее… А убила я ее потому, что мне нравится убивать. Ты же сам сказал: она – девушка для развлечений. Вот я и развлеклась! А заодно и поела. И мне не нужно для этого никакой причины. Ведь я – "черная жемчужина Сета"! – она указала кинжальным пальцем на свою диадему.
Тараск судорожно кивнул: мол, я все понимаю. Облизнувшись, Тхутмертари прошла к пылающему очагу и поставила одну ногу в огонь. Огонь не только не жег ее, но, как будто, ласкал. Тараск смотрел на прекрасную и ужасную волшебницу, не в силах оторвать взор.
– Прощай, немедиец, – сказала стигийская принцесса, залезая в огонь. – Ты мне очень помог. Я этого никогда не забуду. Когда я захвачу власть над миром, обещаю, ты умрешь одним из последних… Да, к слову, прекрати бояться карлика! Скоро он не будет тебе опасен. Бойся лучше меня!
Торжествующе расхохотавшись, она исчезла в огне.
Глава XIV
Конан возлежал на кушетке на корме "Быстрого Сокола". Галеон ходко шел на север, к Мессантии. Ни стигийцы, ни пираты с Барахских островов, ни чернокожие корсары Южного Берега не преграждали путь кораблю. Стоял ясный солнечный день, Око Митры ласково пригревало заживающие раны киммерийца, и огромному варвару, воину до мозга костей, меньше всего хотелось сейчас обнажать меч для новой схватки. Впившись взглядом в солнечные бездны магической белой жемчужины, Светоча Истины, он размышлял.
А поразмышлять было над чем. Слишком много в последнее время вокруг него происходило загадочных и труднообъяснимых событий. Конан не любил загадок. Разгадывание ребусов и головоломок он всегда оставлял ученым; он же предпочитал поле брани. Будь его воля, он послал бы к дьяволам все эти загадки и сейчас попросту нежился бы на солнце или играл в кости с матросами. Однако на сей раз интуиция подсказывала ему: от правильных ответов на головоломки последних дней зависит его жизнь, жизнь его подданных, да и, чего уж там мелочиться, судьба всего мира. По всему видать, слишком могучие силы столкнулись вокруг него в яростном противоборстве. Силы, которые способны раздавить смертного, как скорлупку. Боги, демоны, волшебники – что они задумали? Какие игры ведут? В этом необходимо было разобраться, причем немедленно. Внешнее спокойствие морского путешествия не могло ввести в заблуждение бывалого киммерийца: то была передышка перед колоссальным штормом, который сотрясет мир. И, когда шторм разыграется, он, Конан, должен быть готов этот мир спасать. Как всегда…
Светоч Истины прояснял разум; мысли и воспоминания становились четкими и последовательными. Когда же началась вся эта безумная свистопляска? Когда появился карлик? Нет, так далеко в прошлое углубляться не стоит. Начнем, пожалуй, с Милиуса. Кто он такой, этот загадочный Скучающий Маг? Пелиас считал его первым своим учеником. Оказалось, это было не так. Во лжи своего покойного друга Конан заподозрить не мог. Значит, Милиус каким-то образом внушил старому колдуну все, что хотел внушить. Но Пелиас – не слабохарактерный мальчик, а сам могучий маг! Однако же его искусство не помогло распознать гипноз.
Чем больше Конан перебирал в памяти эпизоды их встречи с Милиусом, тем более укреплялся в мысли, что кажущийся невзрачным старик разыграл перед ними грандиозный спектакль. Зачем? Конан и Пелиас явились к Милиусу за помощью в борьбе против Великой Души. Теперь Конан полагал, что и сам их визит к Скучающему Магу был ловко подстроен. Милиусу отчего-то очень хотелось, чтобы Конан и Пелиас обратились за помощью именно к нему. И Милиус такую помощь оказал, отправив их в Страну Небесного Народа за Светочем Истины. Все, что говорил невзрачный старик об амулете Митры, оказалось чистой правдой. Вообще правда и ложь переплелись в истории с Милиусом столь причудливо, что этот клубок, похоже, не распутает ни один мудрец. Его следовало разрубить. А чтобы разрубить, нужно знать, кто такой Милиус.
Самое простое объяснение гласило: Милиус – это Тезиас, Великая Душа. Карлик все подстроил. Ведь он большой искусник по части гипноза. Однако спектакль, разыгранный Милиусом, был чересчур сложен даже для карлика, каким того знал Конан. Версия, что Милиус – это Тезиас, была пока единственной, но и она трещала по швам. Если его одурачил карлик, зачем ему было нужно отсылать Конана в Страну Небесного Народа?! Помнится, еще накануне, в Замке Синих Монахов, у Тезиаса насчет Конана были совсем другие планы! Милиус же проявил полный нейтралитет; единственное, что, по всей видимости, было ему нужно – чтобы варвар отправился в небесную страну скричей. Знал ли он, что из Страны Небесного Народа не возвращаются?! Если знал, налицо вполне понятная ловушка: Конан спешит за Светочем Истины – и исчезает навсегда! Ничего не скажешь, элегантный способ избавиться от киммерийца избрал Милиус! А не проще ли было попросту убить?! Судя по всему, Милиус легко мог это сделать. Однако же не сделал, а предпочел действовать руками "избранных слуг" Митры. Итак, по крайней мере, в одном Конан уже был уверен: Милиус отправил его в Рай, чтобы он остался там навсегда; в этом состоял замысел таинственного мага.
Чем он так помешал Милиусу? Явно не тем, что осталось в прошлом. Скорее, Скучающий Маг хотел предотвратить будущее, пытался помешать ему, Конану, совершить нечто не соответствующее замыслам мага. Уж не пытался ли Милиус таким образом защитить от Конана Великую Душу?! Эта догадка потрясла киммерийца. Она многое, очень многое объясняла! Ненавязчивое устранение Конана с арены стало бы лучшим подарком стремящемуся к мировому господству карлику. Очевидно, возвращение Конана из Страны Небесного Народа со Светочем Истины в руках никак не входило в планы Милиуса.
Планы эти неожиданно расстроила принцесса Тхутмертари. Похоже, ее возвращение в игру стало для всех немалым сюрпризом. Так или иначе, именно она спасла Конана от суда скричей, благодаря ей он вернулся в Мир со Светочем Истины в руках.
Как могло так случиться, что она осталась в живых? Положим, ей как-то удалось добраться живой до Кеми и даже вырваться из лап Тот-Амона. Но какого рожна служительница Тьмы полезла в цитадель Света?! Не иначе как затем, чтобы спасти Конана. Несомненно, она ради этого рисковала своей жизнью. Должна была существовать чрезвычайно веская причина для такого отчаянного, на грани безумия, поступка опытной волшебницы. Ясно, Конан был ей нужен. Можно даже сказать, очень и очень нужен. Для чего? Тхутмертари сама сказала: чтобы он, Конан, поведал ей историю его борьбы с карликом Тезиасом. Иными словами, волшебнице была нужна информация. Ради нее, а не ради киммерийца рисковала она жизнью. В конце концов прекрасная принцесса предала его. Это могло означать только одно: в период между бегством из страны скричей и предательством она искомую информацию от него получила.
– Разрази меня Кром, что же такого я сказал этой ведьме? – пробормотал Конан.
Инстинкт подсказывал ему: ты, Конан, сказал ей нечто настолько важное, что все остальные мирские заботы кажутся ничтожными в сравнении с ЭТИМ! Но что же?
Он перебрал в памяти каждое слово, произнесенное им в общении с Тхутмертари. Вариантов ответа было много, но разве мог он знать, что в действительности было важно для змеиной принцессы, а что – нет. Разыскивать ее, чтобы расспросить об этом, он не имел желания. Когда Конан ее разыщет, он ее просто прикончит. И никаких разговоров!
Бедный Пелиас оказался прав во всем! Старик говорил, что Тхутмертари убьет его – так оно и случилось. Предупреждал, что предаст – и тут оказался прав. Женщины предавали Конана очень часто; он к этому почти привык. Но никто и никогда еще не предавал его так подло, дерзко и, черт побери, красиво, как это сделала Тхутмертари. Конан легко восстановил в памяти недавние события. Вот он убивает Лже-Атотмиса – демона, подосланного Тот-Амоном, – в очередной раз спасая принцессе жизнь. Следом она предает его и бросает прямо в лапы ненавистного ей самой Тот-Амона. Где логика в ее поступках? А в том, что какая-то логика была, Конан ничуть не сомневался. Волшебница отлично умела контролировать свои чувства; в каждом ее поступке, несомненно, скрывался особый расчет. Теперь Конан знал: принцесса привела его в логово Тот-Амона СОЗНАТЕЛЬНО. Оказавшись перед лицом стигийских жрецов, Конан рассчитывал, что его прелестная спутница будет сражаться рядом с ним, как и раньше. Ведь Тот-Амон и стигийские колдуны – ее лютые враги! Конан мог ожидать от нее подвоха в любой момент, но только не тогда! Предательство вполне могло состояться после разборки со жрецами. Однако злодейка не стала ждать. Она предала Конана, убила Пелиаса, а затем попросту смылась, оставив киммерийца в безраздельной власти Тот-Амона!