Страница 79 из 117
Однако суть этих «подлых поступков» я не смог найти ни в воспоминаниях о войне, ни в книге «Мы — дети войны», недавно вышедшей в издании «Эксмо». Там все больше жалобы на Хрущева за то, что тот мало внимания в своих воспоминаниях уделил роли его отца Анастаса Микояна в деле свержения Иосифа Виссарионовича Сталина. Но это так, к слову об интерпретации чужих мыслей журналистами и писателями.
После недовольства родственников и Совета ветеранов решением Военной коллегии Верховного суда РФ Главная военная прокуратура направила в Верховный суд России протест на приговор, вынесенный в 1955 году Василию Сталину.
Изучив судебные и следственные материалы, Главная военная прокуратура пришла к выводу, что вердикт Военной коллегии Верховного суда СССР следует изменить, сняв с Василия Сталина все политические обвинения, подведенные под «антисоветскую» статью.
30 сентября 2000 года Военная коллегия Верховного суда России на своем заседании пересмотрела в порядке надзора уголовное дело по обвинению бывшего командующего ВВС Московского военного округа генерал—лейтенанта авиации Василия Сталина и смягчила приговор.
2 сентября 1955 года он был осужден за антисоветскую агитацию и пропаганду, а также за злоупотребление служебным положением и преступную халатность к восьми годам лишения свободы с поражением политических прав на два года.
Решением Военной коллегии Верховного суда РФ опальный генерал частично реабилитирован. С него снято обвинение по пресловутой статье 58–10 части 1 УК РСФСР — «антисоветская агитация и пропаганда».
В части обвинения по «злоупотреблению служебным положением и преступной халатности» Военная коллегия переквалифицировала статью 193–17 пункт «б» УК РСФСР на ту же статью, но пункт «а», которая исключает «особо отягчающие обстоятельства» и подпадает под амнистию 1953 года.
На этом основании Военная коллегия посчитала Василия Сталина «осужденным к 4 годам лишения свободы и в соответствии со статьей 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 года об амнистии — освобожденным от этого наказания».
Как заявил Андрей Сухомлинов, представлявший на заседании права осужденного и его защиту, «по существу сегодняшним решением Военной коллегии Верховного суда России Василий Сталин полностью реабилитирован».
Доброе имя сына Сталина, талантливого руководителя боевых коллективов, бесстрашного летчика—истребителя Василия, было восстановлено.
Однако новые времена не только вернули доброе имя Василию Иосифовичу Сталину, но и отразились на прахе покойного генерала.
«О том, чью могилу нам предстоит вскрывать, мы узнали утром 20 ноября, за несколько часов до прибытия специальной комиссии, — рассказывает рабочий—землекоп Арского кладбища в Казани Равиль Мустафаев. — Все прошло тихо и буднично. К обеду на кладбище приехала Татьяна Джугашвили — дочь Василия Иосифовича. Следом подъехали „люди в штатском“, представители „Военно—мемориальной компании“ республики, а также врачи из санэпиднадзора ближайшего Вахитовского района.
Вскрыли могилу и увидели, что останки Василия полностью истлели. Хорошо сохранилась только его фуражка генерал—лейтенанта. Помню, Татьяна Васильевна едва не упала, ее подхватили и отвели к сдвинутой с места оградке. Опознание прошло оперативно. Пока составляли акты, дочь Василия показала рядом стоящим с ней женщинам фотографию, где они с сестрой и матерью были сняты вместе с Василием Иосифовичем.
Дочь Василия Сталина хотела везти останки отца в обыкновенном гробу. Но врачи воспротивились этому. Прах переложили в цинковый гроб, запаяли, и машина двинулась к Москве. Памятник на могиле остался прежним. На черной мраморной плите появилась лишь дополнительная надпись о перезахоронении. «Могилу присыпали гравием, поставили на место оградку, было ощущение, что никакого вскрытия могилы и не было», — говорит Равиль.
В администрации президента Татарстана нам сообщили, что расходы, связанные с процедурой вскрытия могилы и доставки праха в столицу, взяла на себя «Военно—мемориальная компания» республики, которой руководит Борис Тутаев. Мероприятия были организованы на средства, которые пожертвовали отставные офицеры.
Василий Сталин все—таки «вернулся» в Москву. Но не на Новодевичье кладбище, где хотела перезахоронить брата Светлана Аллилуева. На престижном погосте покоится их мать Надежда Аллилуева, няня Каролина Тиль, вторая жена Василия — Екатерина Тимошенко и их сын Вася. То ли по иронии судьбы, то ли от непонимания каких—то общепринятых моральных принципов приемные дочери Василия перезахоронили отчима на тихом, далеком от помпезности Троекуровском кладбище, рядом с его последней женой. Мечтал ли он об этом? Зачем было беспокоить прах человека, хлебнувшего на своем нелегком веку? Или Василию Сталину плохо в казанской земле лежалось? Да простят меня все, кто прочтет эту книгу, но я не понимаю этого немудрого решения! Его абсурдность понимают и все без исключения прямые родственники Василия. На вопрос журналиста газеты «Труд», чья же это инициатива перенести прах Василия Сталина из Казани в Москву, его двоюродный брат Владимир Федорович Аллилуев сообщил: «Василий скончался в марте 1962–го в Казани. Наша семья обращалась к Хрущеву за разрешением похоронить сына Сталина рядом с его матерью Надеждой Сергеевной Аллилуевой на Новодевичьем кладбище в Москве. Но нам отказали. Незадолго до смерти Василий зарегистрировал свой третий брак с медсестрой Марией Нузберг (в девичестве — Шевергиной). У этой женщины были две дочки от прежнего мужа. Они и проявили настойчивость — написали в Кремль и получили разрешение перезахоронить отчима. Александр Бурдонский, родной сын Василия Сталина, сказал мне, что у него челюсть отвисла, когда он узнал об этом чуть ли не из газет. С ним ведь никто не советовался.
По ряду причин мы не общаемся с приемными дочками Василия Иосифовича. У семьи есть все основания считать, что он умер не своей смертью. Кстати, после смерти Василия Мария Нузберг переехала в Москву, где вскоре умерла и была похоронена рядом с видными офицерами КГБ на Троекуровском кладбище» (http://relax.mignews.com.ua/articles_print/198618.html).
И не хотел бы я возвращаться к вопросу о причастности Нузберг к смерти мужа, но мои выводы подтверждают и родственники Василия Сталина.
Сразу хочу еще раз подчеркнуть, что мои выводы — только версия, имеющая много недостатков, но удивительным образом в эту версию вписываются и воспоминания близких Василия, и документы. В хронологии событий причинно—следственные связи четкие, рождающие определенные выводы. Но вот об однозначности их судить не берусь. Пусть это сделает читатель, и если он найдет иное объяснение всему, что происходило в доме № 105 по улице Гагарина в Казани в начале шестидесятых, готов рассмотреть иной вариант развития событий. Вывод о том, что «Василий умер от попойки с грузинами», не принимается как не имеющий ни свидетелей, ни оснований.
Судьбу же самой квартиры, равно как и судьбу ее вдовствующей владелицы Марии Игнатьевны Нузберг, проследила журналист Татьяна Самоделова: «Разыскали мы в Казани и дом № 105 по улице Гагарина, где жил во время ссылки опальный генерал. У сталинской пятиэтажки ныне совсем обветшалый вид. Двери крайнего подъезда, где на четвертом этаже находится квартира № 82, обиты фанерой. В однокомнатной квартире, где некогда жил Василий Сталин, единственные на площадке стальные двери. На звонок нам никто так и не открыл. Соседка из 83–й квартиры объяснила: „Эта сталинская квартира вообще проклятая. Никто из жильцов больше двух—трех лет в ней не задерживается. А нынешние соседи вообще как мыши. Мы их и не слышим. Знаем только, что работают они в органах, дома бывают редко…“
Известно, что инженер авиационного завода, который въехал в квартиру после кончины Василия Сталина, уже через несколько месяцев пришел в профком и буквально взмолился: «Дайте любую другую квартиру. Больше сил нет терпеть…» Чуть ли не ежедневно к нему с близлежащего базара приходили грузины. Выставляли вино, фрукты и предлагали помянуть сына Сталина. Репортеру «МК» с большим трудом удалось отыскать в соседнем доме тех, кто помнил Василия Сталина. Старожил Петр Федорович Остапенко поведал следующее: «Я про Ваську вам ничего плохого не скажу, щедрый был человек, не крохобор. Скромно жил, без излишеств. Бывало, съездит на Черное озеро за пенсией, весь двор в гости зовет. А смотрим, дней через десять, накинув на майку безрукавку, идет бутылки сдавать».