Страница 44 из 76
— В сорок третьем эта партия загубила моего отца, мать и почти всю семью!
— Где доказательства? Их нет. Одни слухи. Возможно, это дело рук дьяволов из гоминьдана: в Кантоне тогда царил хаос. Я был там и знаю! Может, это на совести японских свиней или триад — кто знает? Как тут можно быть уверенным?
— Я уверен, клянусь Богом.
— Там что, был хоть один свидетель? Нет! Ты сам мне рассказывал! — Голос Мэна стал хриплым, и он близоруко щурился на Брайана снизу вверх. — Айийя, ты же китаец, так используй свое образование для Китая, для народных масс, а не для хозяина-капиталиста.
— Шёл бы ты!
Доктор Мэн усмехнулся, и очки упали ему на переносицу.
— Погоди, суперинтендент Каршунь Квок. Настанет день, и глаза у тебя откроются на всю эту «красоту».
— А пока мне нужны от тебя какие-нибудь ответы, черт возьми! — Широким шагом Брайан Квок покинул лабораторию и направился по коридору к лифту. Рубашка липла к спине. «Хоть бы дождь пошёл».
Он вошёл в кабину. Перекинулся приветствиями с другими полицейскими. На третьем этаже вышел и двинулся в свой офис. Там, лениво перелистывая китайскую газету, его ждал Армстронг.
— Привет, Роберт. — Брайан был рад его видеть. — Что новенького?
— Ничего. А у тебя?
Брайан Квок передал ему слова доктора Мэна.
— А, этот мелкий с его «вероятно, может быть»! Единственное, в чем он бывает твердо уверен, что труп — это труп, да и то когда пару раз проверит.
— Вот-вот, или насчет председателя Мао.
— Он опять заводил свою заезженную пластинку?
— Да, — ухмыльнулся Брайан Квок. — Я ему сказал, чтобы отправлялся обратно в Китай.
— Он никогда не уедет.
— Знаю. — Брайан посмотрел на кипу бумаг на полке «Входящие» и вздохнул. — Не похоже на местных — отрезать ухо так сразу.
— Нет, не похоже, если это действительно похищение.
— Что?
— Это могло быть сведение счетов, а похищение лишь прикрытие, — проговорил Армстронг, и его лицо человека бывалого приняло более суровое выражение. — Я согласен с тобой и Данроссом. Думаю, что Джона ухайдакали.
— Но зачем?
— Возможно, Джон пытался убежать, завязалась драка, и эти люди (или человек) испугались и сгоряча ударили его ножом или вмазали тупым предметом. — Армстронг вздохнул и потянулся, чтобы расслабить мышцы сведенного судорогой плеча. — Как бы то ни было, старина, наш Великий Белый Отец хочет, чтобы мы разобрались с этим, и быстро. Он оказал мне честь, позвонив и сказав, что ему лично телефонировал губернатор и выразил свою озабоченность.
Брайан Квок тихо выругался.
— Быстро разносятся плохие вести! В прессе ещё ничего нет?
— Нет, но об этом уже знает весь Гонконг, и к утру наши хвосты будут развеваться от раскаленного ветра, дующего нам в зад. Боюсь, этот чертов господин Вервольф — а ему будет помогать злобная гонконгская пресса, от которой пощады ждать не приходится, будь она проклята, — не принесет нам ничего, кроме огорчений, пока мы не поймаем этого ублюдка или ублюдков.
— Ну а поймать мы его поймаем, о да, поймать мы его поймаем!
— Да. Как насчет пива — или лучше очень большого джина с тоником? Я бы сейчас от такого не отказался.
— Хорошая идея. Опять твой желудок шепчет?
— Да. Мэри говорит, что все хорошие мысли я нахожу в бутылках. — Они вместе рассмеялись, направились к двери и уже вышли в коридор, когда зазвонил телефон.
— Брось эту хреновину, не отвечай: одно беспокойство, — посоветовал Армстронг, хотя знал, что ни он сам, ни Брайан никогда так не поступят.
Сняв трубку, Брайан Квок замер.
Звонил Роджер Кросс, старший суперинтендент, директор особой разведслужбы.
— Да, сэр?
— Брайан, прошу немедленно зайти ко мне.
— Есть, сэр.
— Армстронг с вами?
— Да, сэр.
— Приведите и его. — Раздался щелчок, и связь оборвалась.
— Есть, сэр. — Он положил трубку и почувствовал, как взмокла спина. — Босс вызывает нас, срочно.
Сердце Армстронга замерло.
— А? Меня? — Он догнал Брайана, шагавшего к лифту. — За каким чертом я ему понадобился? Я уже не в Эс-ай.
— Наше дело не спрашивать почему, наше дело — наложить в штаны по его команде. — Брайан нажал кнопку ВВЕРХ. — Что там могло стрястись?
— Должно быть, что-то важное. Может, что-нибудь на материке?
— Чжоу Эньлай[76] сместил Мао и умеренные пришли к власти?
— И не мечтай! Мао умрет на посту — он верховное божество Китая.
— Единственное, что можно сказать доброго о Мао, это то, что он сначала китаец, а потом коммунист. Чертовы «комми»!
— Слушай, Брайан, может, Советы снова активизируются на границе? Ещё один инцидент?
— Может быть. Да. Скоро будет война — да, скоро будет война между Россией и Китаем. В этом Мао тоже прав.
— Советы не такие глупые.
— Не скажи, приятель. Я говорил это раньше и скажу снова: Советы — враг всего мира. Война будет — скоро тебе придется заплатить мне тысячу долларов, Роберт.
— Не думаю, что мне придется платить, мясорубка будет ужасная.
— Да. Но все же это случится. И здесь Мао прав. Это будет ужас, но не катастрофа. — Брайан Квок с раздражением ещё раз надавил на кнопку лифта. И вдруг поднял глаза: — Как думаешь, может, наконец началось вторжение с Тайваня?[77]
— Этот пошлый анекдот? Эта несбыточная мечта? Брось ты, Брайан! Чан Кайши никогда не вылезет с Тайваня.
— Если он этого не сделает, весь мир окажется в большой навозной куче. Если у Мао будет лет тридцать, чтобы сплотить... Господи, ты просто не представляешь. Миллиард роботов? Как был прав Чан, когда пошёл на этих коммунистических ублюдков: они — настоящий враг Китая. Они — чума Китая. Господи, если у них будет время, чтобы подвергнуть всех детей опытам, как Павлов...
— Тебя послушаешь, так можно подумать, что ты — прихвостень националистов, — спокойно сказал Армстронг. — Остынь, парень, все паршиво в этом мире, и так будет всегда. Но ты, прихвостень капиталистический, можешь в субботу сходить на скачки, в воскресенье принять участие в гонках по холмам, а вокруг полно девчонок, которые только и ждут, чтобы их сняли. А?
— Извини. — Они зашли в лифт. — Этот мелкий ублюдок Мэн вывел-таки меня из равновесия. — Брайан ткнул кнопку верхнего этажа.
Армстронг перешел на кантонский:
— Твою маму на твои извинения, Братишка.
— А твою дрючил бродячий павиан с одним яйцом в ведре свиных нечистот.
Армстронг просиял.
— Неплохо, Брайан, — похвалил он по-английски. — Совсем даже неплохо.
Лифт остановился. Они прошли по унылому коридору. У нужной двери подтянулись. Брайан тихо постучал.
— Войдите.
Роджеру Кроссу было за пятьдесят, высокий, худой, светлые редеющие волосы и маленькие руки с длинными пальцами. На столе все педантично разложено. В таком же идеальном порядке гражданский костюм. Кабинет обставлен по-спартански. Кросс указал вошедшим на стулья. Они сели, а он продолжил изучать содержимое какой-то папки. Через некоторое время закрыл её и положил перед собой. Обложка была какая-то бесцветная, внутриофисная и самая непримечательная.
— Прибывает американский миллионер и ввозит контрабандой оружие. Весьма подозрительный шанхайский толстосум, раньше занимавшийся наркотиками, бежит на Тайвань. А теперь ещё похищена очень важная персона какими-то, прости господи, Вервольфами, и отрезано ухо. И все за девятнадцать часов. Где связь?
— А разве должна быть связь, сэр? — нарушил молчание Армстронг.
— А разве не должна?
— Извините, сэр, не знаю. Пока.
— Это весьма прискорбно, Роберт, весьма и весьма прискорбно.
— Да, сэр.
— По сути дела, неприятно, в частности потому, что власти предержащие уже тяжело дышат мне в затылок. А когда это случается... — Он улыбнулся, глядя на них, и оба еле сдержались, чтобы не содрогнуться. — Я ведь предупреждал вас вчера, Роберт, что могут быть замешаны важные имена.
76
Чжоу Эньлай (1898-1976) — выдающийся китайский государственный и партийный деятель, премьер КНР (1949-1976). Был известен как прекрасный дипломат, не разделявший радикальных взглядов Мао Цзэдуна, стремившийся к модернизации страны и сближению с Западом.
77
В ходе вооруженных конфликтов между КНР и Тайванем в 1954-1955 и 1958 гг. интенсивному артиллерийскому обстрелу подвергалась территория КНР, а также расположенные рядом и укрепленные националистами острова Мацу и Кемой.