Страница 7 из 167
Сами понимаете, что все наши усилия по спасению того единственного существа, ещё боровшегося за жизнь, когда его привезли, не могли принести тех результатов, которые могли бы дать лишь хорошая клиника и обширная терапия. К сожалению, нам данный вид «сервиса» по вполне понятным причинам пока недоступен.
— Всё это скоро уже снова будет в вашем распоряжении, господа, вместе с персоналом, что вы укажете, и вполне достаточным финансированием, — перебил его Гарпер, нервно отстукивающий пальцами по никелю тумбочки.
Фогель благодарно прижал руку к груди и продолжал:
— Поэтому мы потеряли и этого несчастного, которого, при известных усилиях, мы могли хотя бы попытаться спасти. Особенно там, откуда нам с коллегами пришлось спешно ретироваться, выполнив первую часть исследований.
Отдавая должное живучести господ тонхов, я всё-таки утверждаю, что их пытались банально убить именно из автоматического оружия. И эти попытки всё-таки удавались. Правда, будь они защищены дополнительно, к примеру, бронежилетом, этого можно было бы избежать. И, к тому же, нападавший был один. Это я говорю с уверенностью, судя по характеру произведённых им выстрелов.
Удивляет его настойчивость, поскольку как-то нелогично было убивать таким образом существ, почти не поддающихся обычному стрелковому оружию. Это как-то… расточительно, что ли? И не гарантированно. В этом смысле тонх — непревзойдённая, уникальная и по-своему страшная, пусть и живая, но машина, предназначенная для существования в самых тяжёлых условиях. К тому крайне трудно убиваемая.
Живой танк, если хотите….
Доктор некоторое время жевал губами, а затем продолжил, будто в раздумье относительно правдивости и реалистичности собственных слов:
— По правде сказать, убивать их можно, применяя тяжелое вооружение. Крупнокалиберный пулемёт калибра 12,7 миллиметров, не меньше… Гранатомёт, я думаю… Снаряд, разорвавшийся вблизи. С лёгкими вариациями тут делать почти нечего, если не быть увешанным на каждого из убиваемых подсумками с патронами, словно на продажу. Однако же, как ни странно, мы увидели и другую смерть этих созданий… Более непонятную и противоестественную.
— Хорошо, мы теперь смогли узнать их во всей их красе. А что с остальными? — Крутящий в пальцах взятый со стола карандаш Гарпер глянул на Фогеля с выражением, говорящим о граничащем с некоторым недоверием внимании.
— Остальные… — Врач слегка пожал плечами. — Как раз об этом и хочу рассказать. Дальше убийца почему-то поменял тактику.
Поняв, видимо, что тратить слабые патроны на долгое добивание жертв, привлекая грохотом нескончаемых выстрелов ненужное ему внимание, неразумно. К сожалению, даже столь прочные организмы тонхов оказались недостаточно крепки и защищены от удара того же примитивного тяжёлого лома — подумать только, какое варварство! — к примеру, по затылку или по лбу, как это произошло с тонхом Неркугом, ставшим первой жертвой смертельного удара. Не одного «обычного» удара, и даже не трёх, согласен. Но, тем не менее, именно подобным образом были убиты ещё двое.
Надо признать, удары были нанесены существом или человеком недюжинной, нечеловеческой силы. Поражает эта сила и та скорость, с которой они наносились жертвам. Потому как уж нам-то ведь доподлинно уже известно, какой реакцией и живучестью наделены тонхи.
То или тот, кто их наносил, махал тяжеленным орудием с такой же лёгкостью, с какой штангист-тяжеловес в состоянии размахивать тонюсенькой рапирой. Даже несравненно быстрее и легче, смею вас всех заверить. И оно не так просто, это существо. Видимо, ему вполне по силам поспорить даже с тонхом.
Пропустив даже первый удар, тот же Неркуг мог бы вполне успешно защищаться от более слабого и не знающего возможностей наших гостей человека, пусть даже и крепкого, перехватив лом на повторном замахе незнакомца, и свернуть тому одним следующим же движением шею. Однако на деле вышло, будто на беднягу могучие удары сыпались с частотою горошин, летящих со стола на пол. Удары наносились перекрестно, прямо, сверху, снизу, по диагонали и с боков. Что очень напоминает старинную технику ударов топором или двусторонней секирой.
И тому ничего более не оставалось, как просто стараться изо всех сил защитить свою голову, судя по повреждениям мышц и костей на руках и лице. Руки он пытался подставлять под удары. По всей видимости, он попросту ошалел от того натиска, которому подвергся. И всё его внимание наверняка было занято целиком тем, чтобы попросту выжить.
Конечно, отдавая дань уважения погибшим, нужно попутно сказать, что они погибли, так ни разу и не крикнув и не позвав на помощь. Так вот, напасть, и уж тем более, убить нападавшего самому, у Неркуга и второй жертвы не было ни малейшей возможности. Нападавший не дал им такого шанса.
Его натиск должен был быть поистине страшен. Эдакое мелькающее крепкой увесистой сталью торнадо. И это тоже странно. Тем более странно, что какого-то особого вида оружия, создающего (имитирующего) подобные удары, схожие с механическим силовым воздействием столь тяжёлого стального предмета даже отдалённо, нами до сих пор не создано. Я могу это заявить со всей долей ответственности.
Это не пневматический пистолет, стреляющий медными шариками размером со спичечную головку. Такими ударами, при достаточной крепости оружия нападения, можно исковеркать танк! Так что версия применения какого-то необычного «ударного» вооружения исключена. Это было сделано именно чрезмерно мощными руками, молотящими несчастного со всех сторон…
При этих словах до этого слушавший с напряжённым «лицом» Тик не выдержал и недовольно заворчал:
— Человек, ты явно переоцениваешь собственное зрение и знания. Это было бы физически невозможно. Ни один человек, как и многие другие существа, не способны так прижать тонха, чтобы тот не нашёл возможности его хотя бы попробовать атаковать. А тем более — позволить забить себя до смерти, не предприняв даже одной ответной атаки…
— Да, мистер Тик, мы все однажды были свидетелями того, как, с какой лёгкостью и проворством Вы разорвали пасть тому огромному, но неосторожному крокодилу, что имел глупость напасть на Вас, приняв Вас за зебу или курчонка. В тот день Вы продемонстрировали нам свои физические возможности сполна.
И после этого случая я охотно верю, что Вам и Вашим родственникам вполне по силам одолеть и более крупных и агрессивных существ, которых Вы наверняка встречали в своей жизни и которых, к счастью для нас, здесь живущих, мало на этой планете.
Думаю, даже такое чудовище далёкого прошлого Земли как «тираннозаурус Рекс» постыдно сбежало бы, наткнувшись на Вас во влажных джунглях. Тем не менее, уважаемый Тик, крокодил — всего лишь тупое животное, уступающее Вам, как выяснилось, и в силе, и в скорости реакции. А атаковало Вашего брата именно разумное существо. Это действительно так.
Ни одно животное не в состоянии пробраться через охрану, напасть и убить, не оставляя следов своего присутствия. Никаких следов когтей, зубов, шерсти, наконец. Исключая труп. Ваш родственник мёртв. Как и Ваш брат Гекр, мистер Тик. Кто-то, почти не уступающий вашему народу в силе и сноровке, продолжает убивать вас. А то и превосходящий вас. И делает это с завидным постоянством и известной долей удачи.
Это — самый, что ни на есть, упрямый факт! Как это ни прискорбно осознавать и признавать. И я не думаю, что их убивал какой-то там разумный и хитрый «боевой робот», механизм, который можно сделать гораздо сильнее и живучее вас. Их просто нет пока на этой планете. Да и при всей своей силе он будет просто неразумным железом, которое можно обмануть или как-то победить.
Это «работало» существо живое, и оно действовало одно, иначе попытки убийства состоялись бы массово и за один, весьма короткий, промежуток времени. И я уже вижу, что оно представляет для всех вас реальную угрозу.
— …Это мог быть Маакуа. Мы называем Его «Последний из Кара Оакана». «Пришедший из Бездны». И избегаем называть Его по имени, стараясь называть «Оно». Только Ему под силу свалить любого тонха. — Тон ранее упрямо возражавшего Тика, сейчас, однако, не выражал уже той уверенности, в которой постоянно пребывали эти могучие существа. Он лишь с силой сжимал и разжимал огромные кулаки. До треска в суставах.