Страница 24 из 61
Людовик никогда не чувствовал себя свободно с женщинами. К такому результату привели усилия по сохранению его невинности сначала Виллеруа, а потом и Флери. Хотя он был крайне чувственным мужчиной, найти выход в такой ситуации для него было чрезвычайно сложно.
Мадам де Майи, безусловно, была очень влюблена в короля, и поэтому смутилась. То, что их встреча проходила ночью в покоях короля, добавило им обоюдного смущения.
В обществе мадам де Майи знали как очаровательную женщину, отмечали живость ее характера, остроумие, но сейчас она словно лишилась дара речи. Король во власти эротических картин, навязанных ему этим повесой Ришелье, полностью потерял дар речи.
Они вели себя друг с другом вежливо и сдержанно. Встреча окончилась провалом.
Мадам де Майи покинула короля в полной уверенности, что тот больше никогда за ней не пошлет.
Людовик тоже не горел желанием провести с ней еще одно ночное собеседование, и Флери опасался, что вскоре король станет жертвой авантюристки, поставившей себе целью управлять Францией через него.
Покровители мадам де Майи сделали ей выговор. Несомненно, она вела себя как молодая девственница. Неужели она не понимает, что король бунтует против чопорности королевы?
Она должна приветствовать Людовика сладострастными взглядами, а не приседать в реверансах. Пусть принимает соблазнительные позы на ложе короля, ведь самой привлекательной частью ее тела были ножки. Так пусть она максимально использует свое очарование и попробует еще раз. Мадам де Майи очень хотела попробовать еще раз. Оставалось только уговорить Людовика еще раз встретиться с ней. Это оказалось непросто, но ему сказали, что если он добрый молодой человек, то обязан встретиться с ней из милосердия, не то сердце бедняжки де Майи разорвется от горя.
Людовик просто остолбенел, когда, войдя в собственные покои, увидел лежащую на кровати полуголую молодую женщину, соблазнительно улыбавшуюся ему.
В это мгновение он был готов развернуться и убежать. Но рядом был Башелье, и Людовик не хотел, чтобы слуга заметил его смущение.
– Ваше величество, мадам ждет вас, – объявил Башелье. Момент был настолько решающий, что толкнул короля к немедленным действиям.
Мадам де Майи раскрыла руки и приняла в них Людовика, а Башелье бесшумно запер двери.
Таким образом, короля удалось соблазнить со второй попытки. Флери вздохнул с облегчением. Теперь он мог спокойно заняться государственными делами.
Но сначала он пожаловал графу де Майи 20 тысяч ливров – в качестве поощрения за уступчивость. Флери также желал, чтобы это дело не получило широкой огласки. Версаль, конечно, уже гудит о том, что у Людовика появилась любовница, но народу Франции лучше не знать о моральном падении их короля.
Народ обожал своего короля. И хотя коренастая и располневшая королева не вызывала у людей такого же благоговения, они признавали, что она хорошо выполняла свой долг перед государством. Людям нравилось считать, что их Людовик – спокойный молодой человек, образцовый семьянин и к тому же красавец, божественно прекрасный в великолепном королевском одеянии.
Флери считал, что лучшую любовницу для короля просто не сыскать. Мадам де Майи была доброй женщиной и довольствовалась одной лишь любовью короля.
После неловкого начала Луиз-Жюли стала занимать Людовика все больше и больше. Королева никогда не умела разделять с ним наслаждения так, как эта женщина. Он словно брал уроки, и каждый следующий давал все больше и больше.
Людовик стал считать свою любовницу самой красивой женщиной при дворе, как он считал самой красивой королеву в первые дни их брака. Мадам де Майи была высокой и очень стройной, отличаясь чудесными карими глазами и бесподобными ножками, благодаря которым стала знаменитой. У нее был болезненно-бледный цвет лица и очаровательно неправильные черты, но благодаря особенной мягкости характера ей удавалось быть прелестной.
Мадам де Майи не искала почестей, очень скоро она нежно привязалась к королю и заявила, что это для нее самая большая награда.
Король находился наверху блаженства, эта женщина в любой момент была готова отправиться с ним в такие глубины чувственности, о существовании которых он раньше и не догадывался.
Любовница никак не выделялась среди придворных и всегда с большим уважением относилась к королеве. Связь Людовика и Луиз-Жюли де Майи была идеальной, и они надеялись, что она будет длиться всю жизнь. В тот год Мария родила еще одну дочку, которую назвали Викторией.
Король не обходил вниманием свою жену, не оставляя без работы королевских нянек. Практически сразу после рождения Виктории Мария вновь забеременела. Королева становилась все более и более мрачной и раздраженно заявляла, что она всю жизнь проводит в постели.
Тем временем король и мадам де Майи наслаждались обществом друг друга. Она присутствовала на охоте и сопровождала короля во всех дружеских попойках.
Казалось, что любовник из короля получился такой же верный, как когда-то был муж.
Глава 6
МАДАМ ДЕ ВИНТИМИЛЬ
За четыре года королева смирилась со страстной любовью короля и мадам де Майи. Она понимала, что коль скоро у ее мужа есть любовница, то пусть лучше это будет мадам де Майи.
У Марии оставались ее дети. В 1734 году родилась София, в 1736-м – Тереза-Фелиция, и совсем недавно на свет появилась Луиза-Мария.
Десять детей за десять лет; никто бы и не осмелился требовать от королевы большего. Возможно, больше детей у нее не будет. Хотя Людовик и хотел еще одного наследника (из восьми выживших детей семь были девочками), он редко проводил с ней ночи. Многие обвиняли в этом Марию. Но она устала от бесконечных родов. Доктора предупреждали, что ей нужно передохнуть. Когда Людовик приходил к ней, она молилась возле ложа в надежде, что, пока закончит молитву, он уснет, что нередко и происходило. Помогало и воздержание в дни святых; кроме того, Людовик посещал Марию все реже и реже, так как мадам де Майи всегда ждала его с нетерпением.
Теперь королева вела свою собственную жизнь; у нее был свой маленький королевский двор. Дни там проходили спокойно и неторопливо. По утрам она ходила на молебен, читала богословские книги, после чего шла к королю с официальным визитом; затем она занималась рисованием и одаривала своими картинами друзей. После мессы она обедала, а послеобеденное время проводила со своими фрейлинами, чьи вкусы во многом совпадали со вкусами королевы. Затем сидела в своих покоях, где вышивала или играла на клавесине. Она читала, ожидая, пока придворные не соберутся для игры в карты. Иногда она навещала своих друзей, но всем скоро стало ясно, что в ее присутствии не стоит обсуждать скандальные новости. Марию воспитывали строго. Она стала религиозной и много времени тратила на благотворительность. Королева не интересовалась модой и очень любила поесть, из-за чего расплылась, но не старалась улучшить свою фигуру. Придворные пытались уклониться от ее приглашений. На этих приемах они опасались зевнуть или, чего доброго, заснуть.
Приемы у короля – это совсем другое дело! Быть приглашенным к королю считалось большой честью. Тем более, что Людовик всегда предпочитал жить уединенно и общался лишь с несколькими близкими друзьями. Он даже приказал построить под крышей дворца, вокруг внутреннего дворика, «маленькие кабинеты». Они представляли собой систему комнаток, соединенных между собой винтовыми лестницами и галереями.
Маленькие комнатки строились с большой любовью, так как Людовик обнаружил у себя страсть к архитектуре, унаследованную от своего прадеда.
Людовик получил большое удовольствие от планировки этих комнат, они вышли очень уютными, изящные резные панели делали стены похожими на фарфоровые, их украшал орнамент из цветочных гирлянд.
«Кабинеты» напоминали дворец во дворце. Здесь у Людовика была спальня, библиотеки и столовая – самая главная комната, где он и развлекал своих друзей. Короля так увлекли маленькие комнатки, что он добавил еще несколько. Теперь у него была мастерская, где он занимался резьбой по слоновой кости, и была пекарня – Людовик вновь заинтересовался кулинарией.