Страница 29 из 56
Нужно было срочно искать какие-либо легкие доски, прутья в стене или кабели, торчащие из стен, чтобы выбраться из плена грязи. Сталкер стал похож на придавленного льдом тюленя, пытающегося вылезти на льдину из ледяного плена. Рывок рукой, еще, еще. Чем ближе он подбирался к торчащим из упавшего сверху обломка стены кабелям, тем глубже он увязал в провале «плывуна». В последний момент, когда шлем уже стал по макушку скрываться в грязи, он успел уцепиться мертвой хваткой за моток кабелей и с ужасной силой вырвал свои плечи и голову из грязи, забрызгав все вокруг этой хлябью. Сквозь заляпанный коричневыми каплями визор сталкер разглядел край своего рюкзака и протянул к нему провод, разматывая кабели, зацепил его и подтянул ближе. Волк нырнул боком к рюкзаку и уцепился одной рукой за него, а другой за толстый кабель, идущий от упавшей стены. Его ноги снова предательски ушли в пустоту, вырвавшись ис-под проседающего завала вниз…Забулькала жижа…
Волк уже натужно тащил на себе винтовку и рюкзак, пытаясь подтянуться к перевернутому куску стены с кабелями. Весь измазанный глиной и всякой дрянью, скафандр был похож на желтый скользкий доспех тетвонского рыцаря, гниющего в болотах. Сталкер взобрался на уступ разломанной стены, уходящей под его весом в плывун, и стал выбираться наверх, вытащив из рюкзака охотничий дальнобойный арбалет «Титан». Волкодав чувствовал, что стена уходит у него из-под ног и быстро поставил стрелу-кошку с прикрепленным концом веревки в арбалет, натянув тетиву титановым рычагом самовзвода. Прицелился вверх через коллиматор. Это был его последний шанс выбраться из провала в подземной реке в саркофаг. Другой конец кевлароволй бечевы вился из сложенной кольцами веревки, которую он бросил к ногам. Стрела, свистнув, улетела наверх, в пролом и кошка звякнула раздвинувшимися крюками-остриями. С шелестом веревка завилась по стене, ниспадая вниз, к ногам сталкера. Он надел и защелкнул на кевларовый канат блок-рычаг с пристыкованным электромотором, а на пояс и между ного одел страховочную систему из ремней. В ранце остались только загерметизированный пленкой ПЗРК и одноразовые гранатометы, ионообменная фильтровентиляционная колонка для костюма, терментные гранаты и взрывчатка в пакетах, и запасной баллон для кислотомета. Из клапанов на дне рюкзака вылилась целая лужа воды, внезапно все под ногами сталкера затряслось и заходило ходуном, переворачиваясь. Волк нажал на рычаг и стал перебежками подниматься ногами по стене провала наверх, к пролому дна коллектора, то зажимая рычаг, то отжимая. За его спиной русло подземной реки превратилось в большой котлован, уходящий глубоко под землю. В потоках воды, прорывающейся сверху, котлован углублялся вниз, заполняясь потоками ржавой воды. Прямо за сталкером подточенная плавуном земля провалилась внутрь подземной пустоты и через секунду он повис над зияющей мокрой бездной, переступая ногами по позеленевшему бетону и земле наверх. Пролом был наверху — где-то в метрах 5–6 над ним и пока еще не обвалился. Сверху на шлем сочилась дождевая вода из коллектора, омывающая «каплю». В этом полумраке, включив таки запасной светильник, представляющий гибкий пластиковый лист, оборачивающийся вокруг предплечья, Волк сумел сориентироваться и найти кратчайший путь обратно в пролом. OLED-лист на предплечье, подключенный к заспинному контейнеру с запасными батареями и артефактом-разрядником ПСИ-защиты, осветил белым светом изрезанную сотнями морщин бетонную балку под проломом. Сейчас электрический ток, запасенный «разрядником» в своих батареях, питал фонарь, но ПСИ-защита уже не действовала. Слишком много повреждений получила внутренняя электроника костюма…Балка была вся обросшая какими-то желто-коричневыми наплывами, начинавшими светиться от света листа-фонаря. Видимо и сюда когда-то падало топливо, выливаясь из затопленной барбатерной. Волк втянулся в опять расширившийся пролом и из него вниз полетели новые куски бетонного крошева и магмы внутри струи воды…
Волкодав нажал клапан-спуск кислотомета. «Капля» стала дымиться, прогорая сама в себя. Опять возник значок медикомпа- он дергался на сетчатке глаза и то гас, то появлялся снова. Волк не стал смотреть на его показания — сейчас нельзя было доверять нарушенной системе наноскафандра, он просто сжег от злости это большое образование из урановых окислов, провалив растрескавшуюся и уменьшившуюся в объеме глыбу окислов в бетон. Сверху кинул терментную гранату и в потолок взмыл столб оненно-красных искр и разряд электричества. Получился своеобразный мини-взрыв в толще урановой магмы и весь тяжелый кусок провалил пол коллектора и, горя, упал в бездну внизу. Волкодав не стал дожидаться пока обрушится лестница и вскарабкался по ее погнутой раме наверх, выглянув в барбатерную. От увиденного он чуть не потерял дар речи. Из верхних ярусов смявшихся под тяжестю реакторного колодца конструкций вниз выливались навсегда застывшие окаменевшими водопадами потоки урановой магмы. Почти все горючее, проплавившее дно реактора и трубы, слилось в фундамент и барбатерную, оттуда, естественно… — в каналы возле барботажной ванны — поддона реактора. Окаменевшая «коричневая керамика» действительно представляла из себя чудовищное зрелище — огромные пласты тяжеленной массы извивались в виде разнообразных фигур причудливого очертания. Весь пол в поддоне реактора был заполнен этой тяжелой массой, растрескавшейся от эрозии. Скорее всего под этой массой и был пол настоящего помещения — что-то вроде кислотостойкого кирпича с гидроизоляционным покрытием, непроницаемым для растворов с радионуклидами, но проверять это у сталкера не было никакой охоты. Посередине огромного помещения, перегороженного то тут, то там — перекрещивающимися трубами, сливами, нагромождалась буквально настоящая скала из урановой магмы, похожая на свинцовый ледовый отвес. Эта скала и была когда-то тем самим потоком жидкого раскаленного топлива, вытекающего в прожоги технологических перемычек и емкостей под реактором, а точнее — из него самого…Сталкер, глядя на чудовищную урановую «композицию», смог только выдавить возглас восхищения — Ну ни хрена себе что наворотило то! Лепота, итить ее!..
Волкодав не видел отсюда часть помещения, скрытую от глаз «скалой», но ощутил что-то наподобие острого нежелания идти в ту часть окаменевшего моря магмы. Что-то не давало ему приблизиться к темной стороне «моря». На ПРОТОТИПЕ включились габаритные огни и в шлеме снова зашумели фильтры. Волк смог вдохнуть нормально, полной грудью. Значок медикомпа снова напомнил о себе — уровень здоровья составлял 67 %, скелетон был цел на 69 %, уровень энергии — 35 % от нормы+ 60 % от резервной батареи, от топливной ячейки. Из-за ионизации топливных ячеек все основные батареи кроме критически важной встали на перезарядку. Но это его мало волновало. Главное, что пока он не вскрыл пленку магмы, радиация была в пределах нанозащиты…
В шлем проник хрипловатый голос Маршалла — Вот вы где? Мы уже почти похоронили вас. Знали бы вы как мы рады что вы еще живы…
— А как же! Жив курилка… А как я рад, даже не представляете. У меня выкрошилось внешнее бронестекло шлема и внутренние повреждения. А так — могу станцевать даже. Хотите? Не верите?
— Да верим, верим мы вам. Вы почти добрались до цели, но будет очень сложно подняться до реактора. По нашим снимкам здесь все забито этой массой окислов — тут не одна сотня тонн. Ваш кислотомет — это всего лишь спичка против леса…Не испортить бы все…
— А зря. Спичка может лес спалить, хотя…Что еще мне скажете, умники? Скажете что я зря перся в такие дали, мотался от фантомов и мы…приплыли? Я совсем не то хотел услышать от вас, девчата…
Маршалл прокашлялся и продолжил — Не слушайте его. Только проделайте проход для себя и ставьте взрывчатку на окаменевший поток. До взрыва немедленно уходите. И избегайте мест, где есть вода. Там возможно эманирование газообразного изотопа урана — радона из урановых окислов и фон может резко подскочить до максимума для саркофага.