Страница 40 из 47
– А если я не захочу…
Константин с любопытством смотрел на связанную по рукам и ногам девушку. Теперь ему уже казалось, что в ее внешности и в самом деле есть нечто особенное…
– Если ты не захочешь, – задумчиво говорила Лейла, – тогда все-таки придется прибегнуть к силовому воздействию. Мы будем пытать тебя… – Она говорила спокойно и даже ласково. – Мы загоним тебе под ногти раскаленные иголки, мы будем прижигать твое тело огнем, мы будем вырывать волосы, мы будем резать твое тело, резать очень медленно… И ты в конце концов заговоришь!..
– А если не заговорю?
– Константин, – на этот раз Лейла обратилась к нему по-русски, но по-прежнему безупречно светски, – вам не кажется, что эта девица несколько обнаглела? Может быть, приступим к пыткам?
– Я бы хотел тоже кое о чем предупредить ее…
– Прошу вас… – Лейла повела в воздухе красивой рукой.
– Леена! – начал Константин, чуть пригнувшись. – Ты должна понять, что мы не остановимся. Но ведь тебе грозит смерть! А если даже ты и выживешь чудом, то ведь все равно твое тело будет ужасно искалечено пытками…
– А если я все расскажу, что тогда? Вы отпустите меня?
– Я отпустил бы, – твердо сказал Константин.
– Я отпущу… – сказала Лейла.
– Пусть она поклянется, что отпустит меня, – Леена обращалась к Константину.
– Разумеется, я не поклянусь! – Лейла рассмеялась.
«Эти женщины замучат меня!» – подумал Константин.
– Тогда поклянитесь хотя бы, что если Леена скажет нам все, что мы хотим узнать, ей не будет грозить опасность! – Константин пристально смотрел на Лейлу.
– Какие клятвы?! Или она начинает говорить, или мы сейчас же приступаем к пыткам!..
Константин бросил быстрый взгляд на занавешенное окно.
– Я совершенно не умею пытать! Простите!..
Лейла, казалось, не восприняла его иронию.
– Есть у тебя в кабинете свечи? – спросила она деловито.
Он кивнул, затем выдвинул снова ящик, вынул свечу и протянул ей.
– Дайте трутницу, – велела она.
Он нашарил трутницу в том же ящике и протянул ей также.
– Я начинаю, – сказала она, но в голосе ее не слышалось торжества.
Константин видел, как вздрогнула Дарья-Леена. Но вмешиваться он не стал. Лейла зажгла свечу, и бережно неся ее в руке, приблизилась к связанной девушке. Дарья вскрикнула, затем попыталась пошевелить руками и ногами, но Константин связал ее крепко. Лейла наклонилась над ней, однако связанная девушка отыскала еще одно оружие. Дарья-Леена конвульсивно дернула головой и резко плюнула. На гладкой щеке Лейлы явилась тонкая пенка слюны.
Немедленно вскинулась красивая рука и на лицо девушки обрушился резкий удар. Затем еще один удар. И еще, и еще!.. Девушка не издала ни звука. Лейла крепко держала свечу. Молчание Леены раздражило ее вконец. Огонек свечи коснулся щеки девушки… Константин заметил, что Лейла не стерла плевок со своей щеки. Любопытно, о чем это могло говорить? Быть может, о потаенной склонности к тому, чтобы быть униженной?.. Но особенно задумываться не пришлось. Девушка все же застонала. Константин замотал головой. Жалобные стоны нервировали его. Ему так хотелось, чтобы все это прекратилось, прекратилось, прекратилось!..
Но Дарья-Леена стонала все более отчаянно. А дивная красавица, но не Ангелина, нет, а Лейла, с диким упрямством жгла ее щеку огоньком свечи…
Наконец девушка нарушила свое молчание и закричала:
– Нет, нет, нет!.. Не скажу!.. Не скажу!..
Казалось, будто ее глаза вращаются от боли, будто они вот-вот выскочат из орбит! Но Константин понял, что девушка, во что бы то ни стало хочет сосредоточиться взглядом на лице своей мучительницы… Зачем? Кажется, он догадывался…
Дарья-Леена с трудом остановила взгляд на лице красавицы Лейлы, на ее глазах. Нет, она не стремилась заглянуть ей в глаза, она смотрела на ее глаза!..
Вдруг Лейла выронила свечу на ковер. Константин почти инстинктивно сорвался со стула и принялся топтать занявшийся ковер. Он еще не успел вернуться к письменному столу, когда отчаянный и страшный звук потряс его слух. Он замер. Нет, он не мог ошибиться! Этот звук был скрежет зубов. В первый момент ему показалось, что зубами скрежещет несчастная жертва, но тотчас стало ясно, что зубовный скрежет исходит из уст Лейлы!.. Константин увидел, что Лейла, охваченная ужасом, скрежещет зубами. Она явно хотела отвернуться от своей жертвы, но не могла. Пристальный взгляд отчаянных глаз девушки заворожил жестокую красавицу. Константин увидел, как исказилось лицо Лейлы. Впрочем, ведь он уже видел нечто подобное. Чье это было лицо? Черты его содрогались, будто стремились исторгнуть из себя некий настрой личности, придававший им только что некое определенное выражение. Брови судорожно сходились на переносице, губы морщились… Константин уже догадывался, что именно сейчас произойдет. И он не ошибся!..
Лейла вскрикнула и упала на ковер, рядом со своей жертвой. Инфернальная красавица лишилась чувств. Из ее губ, чуть приоткрытых, вырывались слабые стоны.
– Что с ней? – тихо спросил Константин. Он обращался к Леене, больше ведь не к кому было обращаться здесь, в этой комнате, которая еще недавно представляла собой спокойный кабинет, место умственного труда человека, мыслящего вполне трезво, а теперь сделалась своего рода игралищем и вместилищем сил, в достаточной степени темных…
– Плесните на нее водой, – пробормотала девушка. На щеке ее чернел сильнейший ожог.
Константин послушно взял со стола небольшой графин и плеснул на бесчувственную красавицу. Она застонала громче.
– Сейчас очнется… – послышался громкий шепот Леены.
Лейла действительно очнулась. Красивые глаза ее открылись. Раздался голос… Голос Анжелики… или Ангелины… Но уже не Лейлы!..
– Что со мной? – проговорила Анжелика-Ангелина. – Что случилось? – Она приподнялась и села на ковре. – Что здесь происходит?.. Константин! Боже мой! Дарья! Что с ней?..
Да, это была Анжелика-Ангелина!..
– Я все тебе объясню, – быстро произнес Константин, вздыхая с облегчением. – Но скажи мне, где ты была? Где ты находилась все это время?
– Мне кажется, будто я крепко заснула и многое совершенно позабыла. Да, позабыла…
– Скажи, – осторожно начал Константин, – чувствуешь ли ты сейчас присутствие Лейлы или Трины? Ты ведь помнишь их?..
Но Ангелина-Анжелика не успела ответить, потому что заговорила Леена:
– Я уверена: сейчас она не чувствует ничьего присутствия. Ее сознание владеет этим прекрасным телом единолично!..
– Это так? – спросил Константин, не сводя внимательного взгляда с красивого лица Ангелины.
Она кивнула.
– И это долго продлится? – теперь он обращался снова к Леене.
– Пока у меня еще есть силы сдерживать Лейлу, то есть я, в сущности, воздействовала на нее, как возможно воздействовать на человека, оглушив его ударом дубинки по голове! – Она поморщилась и охнула…
– Ей нужна помощь! – воскликнула Ангелина. – Посмотри на ее щеку, Константин!.. – Но тут взгляд ее остановился на лежащем на ковре мертвом теле. – Что это? Труп? Что это?..
– Я сейчас объясню тебе… – начал было Константин, но она перебила его:
– Нет, нет, после, после! А сейчас я пройду в спальню, там у меня были кое-какие снадобья… Надо немедленно оказать помощь этой несчастной…
– Если ты сейчас, выйдешь из этого кабинета, я ни за что не ручаюсь! – поспешно вмешалась Леена.
– Но тебе необходима помощь… – сказала Ангелина.
– Вот что мы сделаем, – решил Константин. – Мы сейчас же покинем это злосчастное помещение и пройдем все вместе в спальню. Это возможно? – Он повернулся к Леене.
– Это будет возможно, если вы развяжете мои руки и ноги, – ответила она не без некоторого остроумия.
Он поспешно нагнулся к ней и развязал ее руки и ноги. Она быстро растерла пальцами свои лодыжки и запястья, затем поднялась.
– Боже мой! Боже мой! – повторяла Ангелина, глядя на труп, тяжело громоздившийся на полу.
– Идемте! – пригласил Константин.