Страница 2 из 39
— Витя, — крикнули по-русски. — Витя! Куда ты сморишь?
Новиков оглянулся. Кейна махала рукой, стоя возле родительского гравилета. Она как всегда опоздала, только что прилетела, но все же встретила.
— Привет, — она перешла на местное наречие.
— Здравствуй, дорогая, — Новиков тоже стал говорить на языке Мениолы и чмокнул супругу в щечку, совсем как на Земле. Смесь двух родственных культур уже никого не удивляла. Сегодня на Мениоле модно всё земное и наоборот. Наступил такой период, только и всего. Потом люди успокоятся. Жизнь вернется на круги своя.
— Что так долго собирался? — Кейна продемонстрировала показное недовольство.
— Знаешь, дорогая, меня задержал один человек, — Новиков спокойно сел в гравилет рядом с супругой. — Он сделал интересное предложение.
— Какое предложение? — женщина, легким движением руки, подняла послушную машину в небо.
— Поговорим дома. Как старики поживают?
— Тебя ждут, только никак не дождутся…
— А моих видела?
— Звонили, спрашивали. Ты любишь, когда тебя дожидаются, а сам вечно неизвестно где пропадаешь!
— Ладно, ладно, задержаться на два дня нельзя?
— Нельзя, — супруга оторвала взор от монитора и попыталась строго взглянуть на мужа, но у неё не получилось. Оба рассмеялись и обнялись. Автомат мгновенно и молча взял управление на себя, предоставив людям возможность заняться совершенно иными делами.
Белый одноэтажный дом с бассейном на крыше вынырнул из-за высоченных деревьев и, блестя на солнце голубой водной гладью, приветливо встретил гостей. Теперь Кейна, выйдя замуж за Виктора, тоже была гостем в отчем доме. На зеленой лужайке суетился тесть, осматривая шкодливого дворового автомата. Заметив снижающийся гравилет, он привычно приложил руку ко лбу, закрыв глаза от яркого солнца, и замахал свободной рукой.
Виктор первый выпрыгнул из машины, поспешив навстречу тестю. Люди поздоровались по-мениольски, приложив ладони левых рук друг к другу и слегка покачав ими в воздухе. А затем обнялись крепко по-мужски, пользуясь межзвездной общепринятой человеческой традицией.
— Анаабу, Сенукар, — Новиков поприветствовал тестя в рамках местных традиций.
— Анаабу, Виктор, — отозвался тесть. — Как долетел?
— Нормально. Как поживаете?
— Так сразу и не ответишь, анаабу. Впрочем, думаю, что неплохо. Жаловаться не на что. А как у тебя дела? Диссертацию доделал?
— Нет ещё, уважаемый Сенукар. Хотел с вами посоветоваться. Сделали мне интересное предложение. До сих пор в раздумьях…
— После, после, Виктор, — тесть указал рукой на дом. — Потом поговорим о делах. А пока войди в дом. Негоже с порога говорить о проблемах. Ты же мне не сосед…
— Извините, уважаемый Сенукар, — Новиков спохватился, упустив из виду одну из важных традиций гостеприимства, вот ведь какой невоспитанный зять у почтенного Сенукара. — Прошу прощения. Не хотел вас обидеть…
Тесть махнул рукой. Как бы Виктор не пытался следовать традициям Мениолы, но после длительного отсутствия на планете обязательно что-нибудь да забывал или путал. Сенукар смотрел на это сквозь пальцы, правда, убедительно просил Виктора не ошибаться на людях. Стыдно перед знакомыми. Сенукар по-отечески любил зятя и прощал все выходки инопланетянина, хотя за подобное поведение многие представители местной молодежи заслужили бы от него строгое порицание. Но человеку с другой планеты он прощал небрежное отношение к традициям Мениолы.
Кейна, как и положено благовоспитанной дочке и супруге, молча прошла мимо и скрылась за невидимой дверью. Ей не позволялось прерывать разговор отца и мужа до тех пор, пока к ней не обратятся. Но это здесь, на Мениоле, она играла, а на Земле Кейна быстро поддалась благотворному, в её понимании, влиянию эмансипации и, пользуясь молчаливым согласием мужа, вела себя куда раскованнее, чувствовала себя человеком свободным от патриархальных традиций родной планеты. Однако мужу все равно подчинялась почти беспрекословно, ведь понимала, что непривычная и не всегда нужная свобода может опьянить. К свободе следует привыкать постепенно. У любого лекарства есть строго ограниченная дозировка и противопоказания.
Теща через чур радушно встретила зятя. Не зря поговаривают, что взаимная любовь тещи и зятя измеряется расстоянием. Чем дальше живет зять, тем крепче его любит теща и наоборот. Впрочем, мениольские традиции несколько отличаются от земных, но суть приблизительно та же.
В гостиной, за обеденным столом собралась вся семья. Даже прилетел старший брат Кейны с супругой и детьми. Младшее поколение, пока домочадцы дожидались Виктора, успело перевернуть дом вверх дном, устроить страшный кавардак. Автоматы не спешили заняться уборкой территории, вопросительно посматривая на хозяина дома. Сенукар обожал внуков и часто позволял им делать почти все, что заблагорассудится. Так было и на этот раз. Дети беззаботно играли, дико вопя и беспрестанно ссорясь, отнимая друг у друга игрушки.
Наконец, глава семейства строго пресек очередную попытку внуков забраться на крышу и указал им на обеденный стол. Дети притихли и послушно вернулись в столовую.
Во время обеда чаще беседовали на бытовые темы. Брат Кейны, как всегда был молчалив и почти ничего не говорил. Зато его супруга беззаботно болтала, расспрашивая чету Новиковых о тонкостях земного общения. Она готовилась к предстоящей поездке. Ведь мужа отправляют в командировку на Землю аж на целых полгода. И с ним полетит вся его многочисленная семья.
После обеда мужчины уединились в гостиной, а женщины отправились с детьми на крышу — дети добились разрешения поплескаться в бассейне.
Новиков достал специально привезенную для родственников бутылочку Портвейна и решил угостить инопланетян прекрасным вином. Никто не возражал.
— Вам что-нибудь известно о планете Атенрет? — между делом поинтересовался Виктор, пригубив сладкое белое вино с мягким медовым вкусом.
— Атенрет? — переспросил тесть и хмыкнул. В молодости ему нравилось бродяжничать по необъятному космосу, открывать и исследовать новые миры. — Его обнаружили недавно, лет пятьдесят назад. Тогда я служил в бесконтактной разведке. Достоянием гласности стала трагическая судьба еще одного человеческого мира. Шуму было много, впрочем, вопросов ещё больше. Цивилизация, обитавшая на планете, была родственна нам и погибла около двух тысяч лет назад. Теперь Атенрет — рай для археологов. Не об этом ли ты хотел спросить меня, Виктор?
— Да, анаабу. Профессор Коллинз, один из наших ведущих астроархеологов, сделал мне на днях интересное предложение. Он, в сотрудничестве с вашим ученым зигануном Амматаалом, вот уже лет десять проводит раскопки столицы Атенрета. Они нашли много интересных артефактов, создали несколько нетрадиционную модель того общества. Одним словом, сейчас им очень нужен молодой этнолог, причем не подверженный влиянию каких-либо официальных научных догм.
— Они выбрали тебя? — брат жены удивился.
— Верно.
— Что ж, насколько я понимаю, Виктор, ты сразу хочешь набрать материал на докторскую диссертацию?
— Почему бы и нет, если есть такая возможность?
— Видишь ли, — брат жены медленно потягивал вино. — Эта планета действительно рай для ученых, правда существует одно большое но…
— Мне рассказывали, — Виктор прекрасно понял о чем идет речь, — На планете расположена военно-космическая база Конфедерации Человечества.
— Да. Власть там принадлежит военным. Немногочисленные гражданские колонисты живут почти обособленно. Планета прекрасна. Однако прежнюю цивилизацию уничтожили итроники. Главная загадка состоит в том, почему итроники не заселили планету?
— Ну, ты же у нас работаешь в ФСКР и тебе известно об этом, — отшутился Новиков.
— Об этом никто не знает наверняка. Впрочем, всё списывают на радиацию.
— Витя, тебе не стоит туда лететь, — Сенукар покачал головой. — Место беспокойное. Часто пропадают люди.
— Да, анаабу, я изучил доступные материалы о планете. Две тысячи лет назад там была ядерная война. Сейчас планету населяет горстка одичавших мутантов.