Страница 121 из 139
«Наполнится минут через восемь… – быстро подумал Лавров. – Успею… Что за чудесный народ!.. А я орал на диспетчера».
Через маленькую калитку Лавров вошел в уже закрытый порт-тоннель.
Все население поселка, человек сто вместе с детьми, собралось здесь. Люди разместились на причалах для подводных лодок, на грудах нераспакованного груза, на штабелях ящиков, тюков, мешков. Мужские, женские и детские голоса тревожно перекликались, слышался детский плач. Большинство людей было уже в подводных скафандрах, но пока без шлемов, остальные поспешно заканчивали одевание. Возле ворот порт-тоннеля несколько человек в обычной одежде быстро нагружали электрокары, пользуясь малыми электрокранами. Бригада Садухина в полном подводном снаряжении, с нагруженными электрокарами стояла у наглухо запертых дверей выходной камеры. Из камеры доносился глухой гул наполняющей ее воды.
– Сюда, сюда, товарищ Лавров! – послышался знакомый голос из гардеробной. – Здесь скафандры…
Это был Садухин.
– Вызовите ко мне портового коменданта, товарищ Садухин, – проговорил Лавров, надевая скафандр.
– Вызываю коменданта, – ответил Садухин, нажимая на стене одну из кнопок, и произнес в невидимый микрофон, скрытый в стене: – Коменданта порт-тоннеля к заместителю министра товарищу Лаврову в гардеробную!
Слова его прокатились под сводом тоннеля, покрывая разноголосый шум.
– Где бригада Арсеньева? – сшивая брюки электроиглой, спросил Лавров.
– В выходной камере, – быстро ответил Садухин. – Отправилась к пролому.
– Передайте главному автоматчику шахты Егорову, – продолжал Лавров, обращаясь к Садухину, – чтобы он немедленно по выходе из поселка всплыл над сводом и принялся за исправление механизмов аварийного щита. И скажите своей бригаде, товарищ Садухин, чтобы захватила с собой несколько малых электрокранов…
В гардеробную донесся шум насосов: бригада Арсеньева вышла на дно, камера освобождалась от воды.
– Есть захватить с собой малые электрокраны! – ответил Садухин. – Иду к бригаде…
– В гардеробную вбежал комендант порт-тоннеля.
– По вашему вызову, товарищ Лавров…
– Лично следите за калиткой в воротах порт-тоннеля, – прервал его Лавров, поднимая шлем над головой. – В центральной башне задержались диспетчер и гидромониторщик. Если через три минуты они не появятся, вызовите охотников для оказания им помощи…
Завинчивая на ходу воротник шлема, Лавров вслед за комендантом поспешно заковылял из гардеробной.
Дверь в опустевшую выходную камеру была уже открыта. В камеру входила бригада Садухина с гружеными электрокарами и электрокранами. Лавров присоединился к ней.
– Всем настроить телефоны на общую волну, – сказал он.
– Готово! Настроены! – послышались под шлемом Лаврова разноголосые ответы, перепутавшиеся с другими возникшими откуда-то голосами и шумом.
Вода уже заливала пол камеры.
– Товарищ Арсеньев! – вызвал Лавров.
– Здесь! – ответил знакомый голос.
– Что делаете на дне?
– Подходим к пролому. Ил очень вязкий, электрокары идут с трудом…
– Листы с вами?
– Со мной.
– Они значительно меньше пролома. Начинайте закладывать и приваривать их снизу на рваных углах. Постепенно наращивайте листы к центру, с противоположных сторон пролома.
– Будет сделано, товарищ Лавров… Пришли…
– Будьте осторожны… Держитесь в стороне от пролома… Струя захватит…
– Не беспокойтесь…
– Товарищ Садухин!
– Здесь…
– Ту же работу ваша бригада будет делать в верхней части пролома…
– Есть, товарищ Лавров!
– Товарищ Егоров!
– Здесь! – отозвался густой рокочущий бас.
– Вам к механизмам заграждения на вершине свода…
– Знаю, товарищ Лавров…
Вода заполнила камеру. Лавров нажал кнопку у выходных дверей, двери медленно вползли в стены. Все устремились на дно. Одна человеческая фигура тотчас взвилась и через минуту исчезла где-то над сводом поселка.
У пролома в облаке взмученного ила суетились люди Арсеньева, с треском и шипением горели синеватые огни, гудели электрокраны, поднимая с электрических тележек и подавая к пролому большие толстые листы прозрачного металла. Люди, стараясь держаться подальше от пролома, подхватывали висевшие над дном пластины, подтягивали их к своду и накладывали на рваные края пролома, уже залитые горящей цементирующей жидкостью. Иногда приподнятая над дном тяжелая плита вдруг взлетала, словно лист бумаги, подхваченный бурей, и, вертясь в воде, рвалась на тросе к пролому, притягиваемая к нему силой потока. Крановщик с трудом отводил подпрыгивающий тяжелый кран в сторону, и успокоенный лист ложился в разлившееся пламя на другой лист, высунувшись за его край к центру пролома.
Бригада Садухина приступила к установке своих электрокранов. Два человека поднялись над дном, держа в руках баллоны с вязким полужидким цементом и пытаясь приблизиться к верхнему краю пролома. Но мощная струя чуть не увлекла их с собой. Они едва успели вырваться, быстро переведя винты на полную мощность.
– Засасывает, товарищ Лавров! – послышался крик.
– Обвязаться металлическим тросом! – приказал Лавров. – Свободный конец приварить к своду! Товарищ Садухин, без этого не допускать людей к работе!
Работа внизу, в бригаде Арсеньева, уже наладилась.
– Листы подавай! – крикнул Арсеньев замешкавшемуся крановщику.
– Цемент! Цемент сюда!..
– Дорогу! Дорогу! – кричал крановщик.
В глухом гуле рвущейся сквозь пролом воды, в шуме перекликающихся голосов, гудения электрокаров и кранов, шипения и треска горящего цемента под всеми шлемами вдруг прозвучал чей-то крик:
– Ура! Поселок живет!
«Кто это? – подумал Лавров. – Слишком рано…»
И вдруг громко с внезапной тревогой закричал:
– Осторожней, Арсеньев! Подальше! Подальше от края!..
Но Арсеньев как-то странно подпрыгнул вверх и в сторону и неуловимо быстро, вертясь с раскинутыми руками, понесся прямо в пролом.
Раздались полные отчаяния крики:
– Держи! Держи! Арсеньев! Арсеньев!
Арсеньев мелькнул в последний раз и пропал в зеленоватой струе воды за проломом.