Страница 41 из 63
– Жаль. – Куорли взгрустнула, затем встряхнулась. – Что ж, это его дело.
Джон-Том почти не обратил внимания на беглое обсуждение его сексуальных предпочтений и попытался вернуть чувствительность щекам и лбу, растирая их.
– Что случилось? Как тебе удалось удрать?
– Ну, приятель, после того как прошлой ночью ты заснул, я бодрствовал, ломая себе голову и пытаясь что-нибудь придумать. В темноте хорошо думается, а вокруг после захода солнца было чертовски темно. Некоторые из броненосных имеют собственные красноватые огоньки, но они не приближались к нашей тюрьме. Им не требуется много света, они привыкли ориентироваться, чувствуя вибрацию воды.
Во всяком случае, в голове не было ни одной разумной мысли, когда появился жук-поставщик с пузырями и принес очередную порцию воздуха. И тут до меня дошло, кореш. Единственным, что попадало в нашу камеру регулярно и безусловно, был воздух, и единственный, кто покидал ее, был жук, приносивший его. Эта идея засела у меня в башке, и я перекатился к выходу, будто бы ворочаясь во сне. В следующий раз, когда жук-поставщик появился и сбросил воздух, я отдыхал себе мирно, как гробовщик, у самой воды и как бы выпал следом за ним. Даже не пытался плыть, просто лежал на воде, чтобы не потревожить нашего молоторукого стража каким-нибудь движением. Надо признаться, тот даже не обернулся. Здоровый толстопанцирный урод!
Жучишка даже не подозревал, что я следую за ним. Видно, был слишком занят своей проклятой работой. Во всяком случае, я поднимался, как пузырь, не шевелясь, пока мы не оказались на самой поверхности. Тогда я просто лег в дрейф, как старое бревно. После того как меня слегка отнесло, я начал потихоньку плыть, готовясь побить все рекорды на длинной дистанции, ежели сзади что-нибудь покажется. Ничего, ушел чисто! По-настоящему поплыл, лишь когда убедился, что я уже далеко, в безопасности, и никто меня не заметил. Ну, приятель, ты не видал ничего быстрее!
– Меня обрадовал твой побег, но я не ожидал, что ты вернешься за мной.
Мадж слегка смутился, стараясь не глядеть на друга.
– Ну, теперь, парень, могу честно сказать, я понял тогда, что в одиночку тебя не выручить. Так что в некотором роде я всплакнул, попрощался, решил, что было приятно познакомиться, а сам рванул по дуге к северу. Я еще не так далеко ушел, когда проголодался и нашел глубокий омут, полный рыбы. После этого небольшого заплыва я был ужас как голоден.
Так вот, нажрался я и вдруг запутался в большой сети. Думал, что эти мерзкие жуки как-то выследили меня и снова поймали. Не столько даже испугался, как разозлился сам на себя. И обнаруживаю, когда меня вытащили на свет, что попался не нашим старым пучеглазым друзьям, а куче дальних родственников. – Он потрепал Куорли по заду, и она захихикала.
Необычный вышел звук. Джон-Тому не приходилось слышать раньше хихиканья выдры.
– Слышал бы ты его, покуда мы вытаскивали его из сети, – сказала она Джон-Тому. – Запутался в нашей рыбе, камыше и наживке, а все туда же! Ну и глотка!
– Просто я – импульсивный тип, вот и все, милашка. – Выдр повернулся к Джон-Тому. – Однако, оказавшись в этой веселой компании, мне пришлось выдержать настоящую битву со своей совестью, парень. Я не знал, что делать. Потом предоставил им решать, стоит ли рисковать, чтобы попытаться вырвать тебя из хитиновых челюстей смерти, как оно и случилось. А знаешь ли ты, что они все как один выбрали самое глупое – спасать тебя? – Мадж сокрушенно покачал головой. – Ради тебя рисковали жизнями, как форменные психи, приятель.
– Весьма признателен, – с чувством сказал Джон-Том, – за ваше коллективное сумасшествие.
Куорли глянула на Маджа.
– Что он сказал?
– Не обращай внимания, милашка. Такое с ним случается. Ничего страшного. Знаешь, он учился на юриста, тут уж ничем не поможешь. Это что-то вроде болезни рта.
Куорли оценивающе оглядела Джон-Тома.
– Я-то думала, ты – чаропевец.
– И это тоже, – ответил юноша.
Мадж наклонился к ней и зашептал:
– У него все смешалось в голове, видишь?
– Угу. – Куорли бросила сочувствующий взгляд.
Джон-Том снес все это молча – отчасти потому, что привык к Маджу и его манере шутить, отчасти потому, что был слишком счастлив остаться живым и невредимым и не хотел препираться из-за выпадов в свой адрес.
– Как в конце концов меня оттуда вытащили? – Он потер лоб. – Все, что я помню, нечто темное и широкое, закрывающее свет, а затем – рушащийся свод.
Мадж умудрился принять важный вид, не меняя позы.
– Моя драгоценная матушка всегда говорила, что, ежели мне придется драться с превосходящим противником, надо найти булыжник – достаточно большой, чтобы сравняться с ним в силе. Нам пришлось поискать, прежде чем мы нашли подходящий камень, что лежал себе спокойно на самом большом из островов. Не так-то просто это сделать в такой мутной луже.
Мы загрузили его в самую прочную рыболовную сеть, которую они захватили, а поутру группа наших поплыла и сбросила камень на их драгоценный купол. – Он усмехнулся, вспоминая. – Запросто разнесли его.
– Меня это могло бы раздавить, – задумчиво пробормотал Джон-Том.
Мадж пожал плечами.
– Была и такая вероятность, приятель. Только они заметили, что мы приближаемся – хотя было уже поздновато, надо прямо сказать, – Броненосный народ стал организовывать защиту. Наша атака была для них неожиданной, поэтому им не удалось удержать нас. К тому же нет такого жука, который мог бы обогнать плывущую выдру. На это вообще мало кто способен, особенно когда мы очень постараемся. А ежели бы мы случайно придавили тебя нашим маленьким подарком, тебе это повредило не больше, чем если бы вообще не сбрасывали камня.
– Это верно, – признал Джон-Том.
– Мы слегка беспокоились, – сказала Куорли, – что этот валун окажется недостаточно большим, чтобы разрушить твою тюрьму.
– Ну и шороху мы навели, – удовлетворенно заметил Норджил. – Повеселились! Мы плавали кругами вокруг этих жуков, но пришлось понервничать, когда мы не нашли тебя там.
– Меня выбросило напором воды, когда рухнул свод, – объяснил Джон-Том.
– Точно, приятель, – подтвердил Мадж. – Мемоу вовремя заметила тебя, а затем мы удрали оттуда прежде, чем жуки, которым не проломило голову, собрались с мыслями. Помнишь нашего очаровательного долговязого хозяина? С особым удовольствием лицезрел я его башку, раздавленную скалой. Кажется, только у него одного и были мозги. Я не думаю, чтобы они вскорости стали преследовать нас.
Усвоив все сказанное, Джон-Том кивнул. Когда он наконец встал, это движение вызвало бурю поздравлений от всей компании.
– Ты считаешь, что мы здесь в безопасности?
– Наверняка, – ответила Куорли. – Во-первых, они, как сказал Мадж, остались без главного. Во-вторых, мы возвращались к лагерю кружным путем и замели следы. К тому же теперь мы далеко от них. – Она покачала головой, как бы не веря собственным словам. – Броненосный народ – и прямо здесь, в Озерном краю. Кто бы мог подумать, что такое возможно?
– Озерный край? Значит, мы уже не в Рунипай?
Выдра показала на север.
– Граница весьма условна, но мы находимся вроде как на рубеже.
– Как вы определяете, где кончается одно и начинается другое?
– Нюхом, – проинформировала его Куорли. – Когда пахнет чистым, мы знаем, что это Озера. Когда начинает вонять, значит, мы на Рунипай.
Уразумев это, Джон-Том произнес почти неслышно:
– Не знаю, как отблагодарить вас за все.
Она пожала плечами.
– Подумаешь, большое дело. Как говорит Норджил, это было веселое приключение. Нужно время от времени делать что-то возбуждающее, или жизнь становится ужасно скучной.
Джон-Том пожал лапу Норджилу, затем Маджу и подошел с тем же к Куорли. Она проигнорировала протянутую ладонь человека, обвила лапки вокруг шеи и, пригнув его голову вниз с удивительной силой, залепила полдюжины коротких колючих поцелуев прямо в лицо. Джон-Том попытался вырваться, ибо это напоминало атаку водомета.