Сошествие ангелов

Даже стоя возле Астартес, Лев выглядел огромным, возвышаясь над бронированными воинами и затмевая их всех своим присутствием. Была настроена великая усилительная система, чтобы донести слова Льва до каждого уголка плаца, но он не нуждался в таких приспособлениях, поскольку его голос звучал в сердцах и разумах каждого воина, собравшегося возле него.

– Братья, - начал Лев, вынужденный сделать паузу, поскольку возрастающие приветствия молодых рыцарей грозили заглушить его слова. - Мы стоим на краю новой эры Калибана. Как однажды мы стояли на нашей маленькой скале и думали, что наш мир находился только до горизонта, так теперь мы знаем, что он простирается намного дальше таких простых видений. Вселенная открывается перед нами, и это - темное и угрожающее место, но мы воины Императора, и нам должно нести его свет во мрак, дабы вернуть наше неотъемлемое право.

Когда-то, кажется целую жизнь назад, я объявил великий крестовый поход чтобы очистить леса Калибана от Зверей, и это была достойная цель. Теперь я вижу, что просто подражал мечте более великого человека, моего отца, Императора!

Ревущие приветствия еще раз заглушили слова Льва, поскольку все на Калибане говорили об Императоре как о его отце, и это был первый раз, когда он дал волю таким чувствам.

Лев поднял руки, чтобы утихомирить возрастающие эмоции, и продолжил.

– Теперь мы часть чего-то большего, часть братства, которое охватывает не только одну нашу планету, а того, которое охватывает всю человеческую расу по всей галактике. Крестовый Поход Императора только зарождается и сотни, тысячи миров должны быть освобождены и возвращены в лоно Империума.

– Вы все были избраны, чтобы стать частью величайшего воинского ордена, который когда-либо видела вселенная. Вы будете сильнее, быстрее и более смертоносными чем когда либо. Вы будете сражаться в бесчисленных битвах, и будете убивать врагов человечества на мирах, отдаленных от нашего любимого Калибана. Но мы будем охотно этим заниматься, поскольку мы - мужчины чести и храбрости, мужчины, которые знают, что значит иметь обязанности, превышающие личные проблемы. Каждый из вас однажды был рыцарем, воином и героем, но теперь вы намного больше, чем это. С этого дня вы забудете свою прошлую жизнь. С этого дня вы - воины Легиона. Остальное не имеет значения. Легион - вот все, что важно.

Захариил схватился за рукоять меча, сила красноречия Льва прошла сквозь него, практически неспособного сдержать свой восторг от мысли об участии в войне Императора в самых дальних уголках вселенной и быть частью братства, стоящим перед задачей не менее чем возвращение человечеству его неотъемлемого права.

– Мы - Первый Легион, - сказал Лев, - почетные, Сыны Льва, и мы не будем идти на войну без имени, вселяющего ужас в сердца врагов. Как говорили наши легенды о великих героях, сдерживающих монстров в нашем отдаленном прошлом, так и мы будем сдерживать врагов Империума, поскольку мы отправляемся в великую пустоту, чтобы сражаться во имя Императора.

– Мы будем Темными Ангелами!

Книга четвертая. Крестовый поход.

Они сделали его гигантом.

Долгое время после того, как он думал, что свыкся с трансформацией, Захариил обнаружил, что некие стороны его измененной физиологии до сих пор имели силу удивлять его. Всегда были вещи, которые могли это сделать. Он начнет осознавать небольшие детали - будет замечать размеры своей руки, чувствовать пульсацию психической энергии в своем теле или слышать ритм улучшенной крови, бьющейся в его груди - и раза за разом будет напоминать себе, насколько сильно он изменился.

Однажды он был человеком. Он был мужчиной, рожденным женщиной. Как и все люди, он был подвержен физическим ограничениям, которые он принимал как само собой разумеющимся. Его мышцы были слабыми, кости хрупкими а чувства притупленными. Он думал, что его жизнь продлится самое большее пятьдесят или шестьдесят лет, а скорее всего и меньше.

На Калибане было столько опасностей. Даже самый обыкновенный порез мог стать зараженным и оказаться фатальной раной. Он был всего лишь человеком, а быть человеком означало быть рабом смерти в тысячи обликах.

Империум изменил все. В день, когда он был посвящен в Орден как рыцарь, его перерождение было чисто символическим процессом. С прибытием Империума, это стало буквальным и настоящим.

Он был превращен в нового человека. Его разум и тело были изменены, превращены в нечто большее, чем человеческие. Благодаря применению науки Империума и чудесам геносемени, он был переделан и обновлен в более воинственной форме.

Брат Израфаил ввел его в Либрарий Легиона, где он изучал варп, опасности и силу, которыми могли повелевать искушенные в таких вещах. Он узнал, что был человеком, одаренным силами вне обычного понимания людей, и он был обязан использовать свои силы на службе Империуму.

Он предпринял свои первые шаги на пути, который мог привести его к невероятному могуществу, но его первые набеги в эти дела были мелкими и даже близко не могли сравнится с его столкновением с Эндриагским Зверем.

Хотя новооткрытые способности навсегда пометили его как особенного среди Легиона, прежде всего он был воином, и именно в суровом испытании боя он мог бы заработать свою славу.

Он больше не был обыкновенным человеком, и при этом не был просто экстраординарным воином.

Империум сделал его чем-то большим.

Они сделали его для войны. Он стал богом войны, членом Астартес.

Он был космическим десантником, Темным Ангелом.

Он участвовал в Великом Крестовом Походе.

Он знал, что был маленьким винтиком в более грандиозном проекте, играл роль без слов в великой драме истории человечества, но это не беспокоило его, поскольку Империум был благородным делом, мечтой о лучшей вселенной, и он был частью смертельного оружия, которое могло это сделать.

Это было время оптимизма, период прекрасных идеалов. Это был век открытия, и он был частью этого.

Ранние дни были великими днями.

Впоследствии, он будет оглядываться на них, как на самые счастливые в его жизни. У него была цель. У него была миссия. Он был орудием воли Императора, готовясь вести войны для улучшения жизни человечества.

И при этом он не был одинок в этой борьбе. Он не делал эти вещи самостоятельно. После его трансформации из мужчины к сверхчеловеку, Немиил везде был возле него. Рассказчики, отобранные, чтобы сопровождать их из Калибана, говорили о судьбе, и Захариил мог только согласиться, поскольку казалось, что он и Немиил были обречены стоять плечом к плечу во всех жизненных невзгодах.

С самых ранних своих дней на Калибане, их жизни всегда были связанны, они были братьями даже до того, как стали ангелами. Процесс становления Астартес послужил для укрепления их уз как ничто другое. Временами казалось, что они являются единой душой, случайно расколотой при рождении, и воплотившуюся в двух разных телах.

Он и Немиил дополняли друг друга подобно частям одной и той же головоломки - Захариил, несмотря на все, до сих пор оставался идеалистом, и Немиил, впечатлительный прагматик.

О ночи под Палатой Круга ни один из них не заговаривал, понимая, что вскрыв эту старую рану, они откроют ящик взаимных обвинений, который никогда не смогут закрыть. Она оставалась невысказанным клином в их дружбе, всегда находясь между ними, хотя воспоминания Захариила о той ночи в лучшем случае были туманными и исчезали с каждым прошедшим днем.

Они были первым поколением Астартес, завербованных на Калибане. Более того, они были среди первых, носивших новый знак отличия на плече, крылатый меч, первые, называвшие себя «Темными Ангелами».

Впоследствии, это отделило их от собратьев. Старшие члены Легиона были с Терры, помнившие времена до того, как Первый Легион Императора взял название «Темные Ангелы», в то время, как пришедшие после поколения Захариила и Немиила, ничего иного и не знали.