Коллекционеры

Глава 38

Роджер Сигрейвз медленно вел свою взятую напрокат машину по тихим улицам одного из богатых районов округа Колумбия. Свернув направо, он оказался на Гуд-Феллоу-стрит. В этот час большая часть больших здешних домов уже была погружена во мрак. Проезжая мимо дома покойного Джонатана де Хейвна, он даже не обернулся в его сторону. На его горизонте вновь появилось грозовое предупреждение. Ему уже несколько надоела такая погода. Но сейчас ситуация складывалась просто отлично – такую он ни за что не мог пропустить. Он ехал не спеша, словно просто наслаждался красотой старинных домов. Обогнул следующий квартал и миновал параллельную улицу, тщательно запоминая все вокруг.

Но одно дело – осмотреть окрестности, и совсем другое – выработать четкий план действий. Ему требовалось время, чтобы все обдумать. Одна деталь привлекла его особое внимание: дом через дорогу от владения Бина. Там сидел человек с биноклем и наблюдал за окрестностями. Что он там высматривал? Вне зависимости от ответа на этот вопрос ему придется учитывать это обстоятельство. Есть только один способ избавиться от слежки – убить и быстренько смыться.

Закончив с разведкой, Сигрейвз припарковал машину у отеля. С портфелем в руке, он прошел в бар, выпил немного, а затем направился в свой номер. Провел час наверху, потом спустился по лестнице. Выйдя из здания через черный ход, он сел уже в другую машину, которая ждала его неподалеку. Сегодня ночью ему предстояло сделать еще кое-что, помимо разработки плана очередного убийства.

Он поехал в мотель и поднялся в номер на втором этаже, окна которого выходили на автостоянку. Открыл дверь, но свет включать не стал. Быстро подошел к двери, ведущей в соседний номер, отпер ее и прошел внутрь. Сигрейвз тотчас ощутил присутствие еще одного человека, но не произнес ни слова. Молча разделся и забрался в постель, где она уже ждала его. Женщина была вся такая разнежившаяся, теплая, пышная, но самое главное – она тоже работала в АНБ.

Час спустя, оба вполне удовлетворенные, они вылезли из постели. Он оделся и закурил, она пошла в душ. Он знал, что женщина предприняла такие же меры предосторожности, чтобы избежать слежки, как и он. К тому же она никогда не давала никому ни малейшего повода заинтересоваться ею, и именно поэтому Сигрейвз ее и завербовал для этой операции. Они оба были одинокими, так что даже если об их свидании станет известно, это будет выглядеть как обычные сексуальные отношения двух вполне взрослых людей, а это пока что не является в Америке противозаконным.

Шум воды в душе прекратился. Он постучал в дверь ванной и вошел. Помог ей выйти из душевой кабинки, погладил по голой попке и поцеловал.

– Люблю тебя, – сказала она, чуть куснув его за ухо.

– Ты денежки любишь, – поправил он ее.

– И это тоже, – проворковала она, прикоснувшись к его промежности.

– На сегодня хватит. Мне уже не восемнадцать.

Она обняла его за мускулистые плечи:

– Ну перестань…

– В следующий раз, – твердо сказал он и больно шлепнул ее по ягодице, оставив на ней красный след.

– Давай, будь снова грубым, – простонала она, дыша ему в ухо. – Сделай мне больно.

– А я по-другому и не умею, ты же знаешь.

Она толкнула его к стене, ее мокрые груди припечатались к его рубашке. Схватив его за волосы, женщина попыталась засунуть язык ему в рот так глубоко, как будто хотела достать до самой глотки.

– Господи, какой ты сексуальный! – прошептала она.

– Знаю.

Он попытался вырваться из ее объятий, но не тут-то было.

– Деньги придут как всегда? – спросила она, продолжая свои манипуляции.

– Как только я получу свои, и ты получишь свои, милочка. – Она снова заворковала, но как только он еще раз больно шлепнул ее по попке, оставив красный след на другой ягодице, оставила его в покое.

«Да, дурочка, тут действительно речь идет только о деньгах».

Пока она одевалась, он вернулся в комнату, включил свет, взял ее сумочку, лежавшую на прикроватной тумбочке, и достал из его внутреннего кармашка цифровую камеру. Затем извлек флэшку на двадцать гигабит и ногтем снял крохотную черную панельку с задней ее части. Несколько секунд он смотрел на миниатюрную панельку. Такая мелочь, а стоит десять миллионов долларов! А может, обойдется даже еще дороже одному очень жаждущему ее заполучить покупателю на Ближнем Востоке, которому не нравилось, что Америке стало известно о его планах убийств и разрушений в отношении тех, кто ему противостоит.

Информация на этом черном носителе уравновесит шансы обеих сторон, по крайней мере на некоторое время, пока в АНБ не поймут, что их новая программа отслеживания террористов засвечена. Тогда они заменят ее другой, а Сигрейвзу поступит еще один телефонный звонок, и он, в свою очередь, тоже кое-кому позвонит. Затем через несколько дней он поедет в другой мотель, снова переспит с этой дамочкой, снимет информацию и получит еще одну восьмизначную сумму. Он всегда проворачивал свой бизнес по одной и той же схеме – в этом была суть его работы. Он будет заниматься этим до тех пор, пока в АНБ не сообразят, что у них завелся «крот». Тогда Сигрейвз заморозит свои операции в АНБ – на некоторое время, поскольку у чиновников обычно короткая память. И временно займется чем-нибудь другим.

Он воспользовался жевательной резинкой, чтобы прикрепить носитель с информацией о новой системе АНБ к тыльной стороне переднего зуба. Потом перешел в другую комнату – там в шкафу висел наготове еще один полный комплект одежды. Он принял душ, переоделся и вышел на улицу. Через несколько кварталов сел в автобус, доехал до бюро аренды автомобилей, взял напрокат машину и поехал домой.

Час он потратил на извлечение информации с миниатюрного носителя, еще час – на перенос ее на более подходящий для дальнейшей передачи носитель. Будучи профессиональным шпионом, Сигрейвз всегда с энтузиазмом занимался всевозможными секретными кодами в частности и историей криптографии вообще. Компьютеры легко зашифровывают и расшифровывают любые сообщения в автоматическом режиме. В более сложных системах шифровки используются комплексные ключи, состоящие из сотен, даже тысяч знаков – они гораздо длиннее, чем сами зашифрованные сообщения. Взлом их возможен лишь с помощью компьютеров огромной мощности и при наличии массы времени. И все потому, что современные специалисты по криптографии знают, что любое сообщение может быть перехвачено, поэтому разрабатывают и свои системы шифровки для подобного неизбежного финала. Их кредо: ты можешь это перехватить, но почти наверняка не сможешь прочитать.

Сигрейвз предпочитал более старый и проверенный метод шифровки – такой, который по причине самого способа передачи может оказаться еще более недоступным, чем современные, разработанные на компьютере монстры. Все очень просто: если ты не можешь перехватить сообщение, у тебя ноль шансов его прочесть. Да, в этих старых способах кое-что есть, думал он. Даже парни из АНБ, при всех их мощных технологических штучках, могли бы извлечь для себя неплохой урок.

Покончив с этой работой, он рухнул в постель.

Но вместо того чтобы уснуть, Сигрейвз думал только о своем следующем убийстве, которое обогатит его коллекцию еще на один экспонат…

Вернувшись в коттедж, Стоун быстро посвятил остальных в свои последние открытия. Когда он рассказал о закрашенной маркировке на баллоне «CO2, пять тысяч на миллион», Милтон тут же открыл ноутбук, в котором хранились все файлы, имеющие отношение к этому делу, скачанные из Интернета. После того как Стоун закончил, Милтон сообщил:

– CO2 почти никогда не используется в помещениях, где работают люди, потому что он почти мгновенно забирает из воздуха весь кислород, в результате чего огонь гаснет. При концентрации пять тысяч на миллион этот газ мгновенно становится смертельно опасным для любого оказавшегося рядом. Человек задохнется до того, как успеет убежать. И это не самый легкий способ умереть.