Страница 10 из 24
Нэнси поискала глазами Дарси. Младшая сестра Шейны укрылась в тени задника. Другие ученики тихо переговаривались, но Дарси стояла одна, скрестив руки на груди и не сводя своих зеленых глаз с Лоренса и Шейны.
Если даже мадам Дюгран и почувствовала напряженность атмосферы, то виду никакого не подала. Включив магнитофон, она сразу же подошла х рампе и хлопнула в ладоши. Лоренс и Шейна нашли свои отметки на полу — те места, откуда они должны были начинать танец.
Сначала партнеры двигались как-то неохотно, словно боялись коснуться друг друга. Но музыка, казалось, захватила обоих, и движения их приобрели ритм и гармонию. Когда пришло время для трудной поддержки, которую Лоренс накануне сорвал, Нэнси затаила дыхание. Однако на этот раз он легко поднял свою грациозную партнершу. Когда он стал медленно кружиться, держа Шейну высоко над головой, мадам Дюгран и другие танцовщики зааплодировали — все, кроме Дарси Эдварде.
Сердито нахмурясь, сестра Шейны набросила на плечи свое полотенце и, громко топая ногами, выскочила на авансцену. Затем, спрыгнув по ступенькам вниз, она пронеслась по проходу зрительного зала и с грохотом захлопнула за собой дверь.
— Браво! Очень хорошо! — сказала мадам Дюгран, одобрительно улыбаясь, когда Лоренс опустил Шейну на пол. Все еще аплодируя, другие ученики окружили Шейну и Лоренса. Вдруг Нэнси заметила, что на сцене начался снегопад. Это были не отдельные хлопья, а настоящая метель.
— Боже мой, что это? — спросила мадам Дюгран, глядя на густой снег, валивший на сцену.
— Это пустили снежную машину, — крикнул один из учеников.
— Надо, чтобы кто-нибудь ее выключил! — Вздымая руки к небу, мадам Дюгран быстрым шагом двинулась на авансцену.
— Я выключу, — сразу откликнулся Лоренс. К этому времени на полу уже образовался тонкий слой «снега».
— Просто не верится, — проговорила директриса, качая головой. — Какие еще предстоят неприятности?
Лоренс догнал ее почти у самой лестницы. Тут он вдруг поскользнулся и, падая, толкнул мадам Дюгран сзади в спину.
У Нэнси перехватило дыхание, и она вскочила на ноги.
— Мадам, — крикнула она, но было поздно. Директриса упала со сцены и, пролетев несколько футов вниз, оказалась на полу зрительного зала.
БОЛЬШИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ
Нэнси бросилась к мадам Дюгран. Директриса лежала, распластавшись на полу; ее руки и ноги торчали в стороны под каким-то странным углом, глаза были закрыты. Лоренс спрыгнул со сцены и опустился на колени рядом с ней.
Когда Нэнси подняла голову, она увидела, что Шейна и другие танцовщики стоят на краю сцены, озабоченно глядя на мадам Дюгран. А за ними на сцену продолжает падать снег.
— Не двигайте ее, — предупредила Нэнси. — Шейна, позвони девять-один-один.
— Подождите, — сказал Лоренс, увидев, что у директрисы затрепетали веки и она открывает глаза.
— Мадам, как вы себя чувствуете? Нормально?
Директриса посмотрела на него.
— Да, — ответила она как-то неуверенно. Потом спросила: — Что случилось? Почему я здесь? — Она стала подниматься, опираясь на локти.
Нэнси осторожно положила руки ей на плечи.
— Мадам, прошу вас, не двигайтесь. Возможно, вы что-нибудь сломали.
— Глупости. — Директриса села и тряхнула руками.
Лоренс осторожно проверил ее колени и икры. Он поочередно покрутил сначала одну ногу, потом Другую.
— Где-нибудь болит? — спросил он. Мадам Дюгран покачала головой.
— Все нормально. Помоги мне встать. — Она протянула Лоренсу руку. — Я двадцать пять лет была балериной и, думаю, достаточно натренирована, чтобы знать, все ли у меня в порядке.
Лоренс взял директрису за руку и поднял ее. Поддерживая мадам Дюгран за другую руку, рядом стояла Нэнси.
— Что все-таки случилось? — спросила директриса, отряхивая свою длинную юбку.
— Спросите у Лоренса, — прозвучал низкий голос, и в тоне его слышалось обвинение.
Нэнси посмотрела на сцену. Шейна смотрела на них, уперев руки в бока. Ее зеленые глаза сверкали, губы были плотно сжаты.
— Лоренс поскользнулся нарочно, чтобы сбросить вас со сцены, — сказала Шейна.
Директриса удивленно раскрыла глаза:
— Шейна, что за ужасные вещи ты говоришь!
— Это произошло случайно, — запротестовал Лоренс, сверля глазами Шейну. — Я действительно поскользнулся на снегу.
— Так я и поверю! — парировала Шейна. — Ты десятки раз танцевал на снегу! /
— Этот снег в самом деле довольно скользкий, — сказала одна из танцовщиц. Она набрала в горсть немного белых хлопьев и стала тереть их между пальцами.
Подойдя к краю сцены, Нэнси провела рукой по снегу, затем подняла палец к носу и понюхала его.
— Это мыло, — объявила она. Мадам Дюгран тоже набрала в горсть немного снега.
— Это действительно мыло, — согласилась она. — Как же это случилось? Машина должна разбрасывать маленькие кусочки бумаги. Они совсем не скользкие.
— Кто заправляет машину? — спросила Нэнси.
— Это — одна из обязанностей Лоренса, — ответила директриса.
— Минутку! — Лоренс протестующе поднял руку.
— Перестань играть в невинность, Лоренс Стил. — Шейна гневно помахала пальцем в его сторону. — Почему ты не хочешь признаться, что насыпал перед репетицией в машину мыльные хлопья? Возможно, ты хотел, чтобы упала я.
— Послушай, я сам чуть не упал, — ответил Лоренс. — Зачем мне нужно было калечить самого себя?
Мадам Дюгран закрыла руками уши.
— Перестаньте! Прекратите эту перепалку! Лоренс и Шейна сразу же замолчали и перевели взгляд на директрису.
Отняв руки от ушей, она спокойно сказала:
— Давайте подметем сцену. Надо репетировать.
Поднимаясь вслед за Лоренсом на сцену, Нэнси подумала, не Дарси ли включила машину. Нэнси вспомнила, как младшая сестра Шейны выбежала из зрительного зала за несколько секунд до того, как повалили белые хлопья. Но засыпать в машину эти хлопья мог кто угодно, в том числе и Лоренс.
Несколько учеников вернулись на сцену со швабрами, совками и ведерками. Собирая «снег» в совок, Нэнси услышала, что Шейна негромко разговаривает с мадам Дюгран.
Нэнси посмотрела через плечо. Шейна и директриса стояли прямо за ее спиной в глубине сцены, и оттуда донеслись слова Шейны: «Я больше не буду танцевать с ним».
В ответ директриса только устало прикрыла глаза.
— Иди домой, Шейна, готовься к празднику, — сказала она. — Сегодня вечером мы все отдохнем, развлечемся и забудем этот маленький эпизод.
— Я не забуду, — пробормотала Шейна и, схватив свою балетную сумку, поспешила к выходу.
Лоренс и другие ученики смотрели ей вслед. Лицо Лоренса пылало, и было похоже, что он искренне огорчен. Нэнси покачала головой. Поведение Шейны не облегчало положения. Тот, кто пытался сорвать представление «Щелкунчика», неплохо в этом преуспевал.
Нэнси хотелось хотя бы немного продвинуться к решению загадки. Для этого ей прежде всего необходимо задать несколько вопросов Дарси Эдварде, хотя у нее было чувство, что юная балерина скорее всего скажет, чтобы она не лезла не в свое дело.
Со вздохом Нэнси кончила убирать сцену и пошла обратно в бутафорскую. Она взяла свое пальто и отправилась разыскивать Бесс, надеясь, что разговор с подругой поможет ей лучше понять что к чему.
— Я послала Бесс за тесьмой, — сказала миссис Воласки, когда Нэнси спустилась вниз в костюмерную.
Перед костюмершей на высоком табурете стояла Мишель Эдварде. Миссис Воласки, нагнувшись, подкалывала булавками подол платья, в котором Мишель должна была танцевать партию Клары. Это было старомодное платье с короткими рукавами-фонариками и широким зеленым поясом. Мишель улыбнулась Нэнси и сразу стала очень похожа на свою старшую сестру Шейну.
Нэнси взяла табуретку и села.
— Я подожду ее здесь.
— Как там мой щелкунчик? — спросила Мишель со своего высокого постамента.
— Не знаю, — ответила Нэнси. — Он у Лоренса.
— Если он у Лоренса, значит, все в порядке, — уверенно сказала Мишель.