Страница 43 из 93
Семен автоматически отметил, что ноги у этой девятнадцати или двадцатилетней шлюхи, не хуже, чем у Тамары. Девка смеялась, картинно держа в пальцах дымящуюся сигарету.
Увидев Мыльникова, сержанты мгновенно подтянулись.
– Поздравляем, товарищ подполковник! – разом рявкнули они.
Мыльников нахмурился. Не с подвигами же в постели у Тамары дерзко поздравляют его эти олухи?! Он сурово изогнул правую бровь и на всякий случай принял вид весьма официальный.
– С чем же это? – строго спросил он.
– Вы назначены замом полковника Егорова. Говорят, по личному указанию нашего министра. Приказ зачитывали. Искали вас вчера, но не нашли.
– И правильно, я в отпуске.
– Все равно, поздравляем. А Егоров всех просил, если вас случайно встретишь, вам это передать.
– Спасибо, – сказал Мыльников и пошел дальше, мельком мазнув еще раз взглядом по ногам проститутки.
И вдруг его кольнула циничная мысль, что все не так уж необычно в его жизни. Может быть, поиск библиотеки это одно, а секс с этой богиней любви совсем другое?
Найдя библиотеку, и найдя тех, кто за ней охотится, можно повернуть жизнь как угодно. Карточка с прямым телефоном министра внутренних дел лежит в его квартире среди важнейших личных бумаг. И министр его помнит. Он на мгновение представил, как может обернуть дело, обезвредив похитителей библиотеки. И заодно дав возможность министру прижать многих в Кремле. Ибо наверняка эти „охотники за охотниками“ имеют больших покровителей. У которых есть большие враги.
И тогда… Полковник Мыльников. Офицер для особых поручений главы МВД. А что? Неплохо. Эту должность можно конвертировать не в один миллион долларов. И без риска. Он вспомнил соответствующие особняки на Рублевке. Да, скромным милицейским и прокурорским чинам потребовалось бы, чтобы честно заработать на такой особняк, работать по двести лет, ничего не потребляя в течение этого времени.
И что характерно, на один особняк пресловутых „олигархов“ приходится как минимум десяток особняков „ревнителей государственности“, бескомпромиссно борющихся с этими „врагами нации“.
Мыльников мысленно усмехнулся, подумав это, и продолжал свои размышления.
Да, секс с Тамарой это, конечно же, райское наслаждение. Но может она, эта женщина, называющая себя княжной, права? И он только подыгрывает ей в ее бредовых фантазиях, чтобы на халяву трахать эту романтическую дуру.
А может, она вообще не дура? Но и не княжна. А просто профессиональная блядь? Трахается она, надо сказать, классно. А его коллег ненавидит по вполне понятным причинам. Кто из проституток, хотя и „дружащих“ по расчету с милицией, эту милицию любит? И это объясняет ее ненависть „к ментам“.
Если бы Бог в это время заинтересовался мыслями заместителя райотдела МВД подполковника Мыльникова, он бы, наверное, подумал, что Россия – очень необычная страна. Как близко соседствуют здесь чистота и грязь. Как нигде в мире. Но с грязью пора кончать. Пора. Вся проблема состоит в том, чтобы уничтожив грязь, сохранить чистоту.
А это не так уж легко. Даже для Бога. Ибо Бог работает крупными мазками. И создал людей для того, чтобы они сами в соответствие с Его замыслом работали над реализацией деталей этого замысла.
Так что, детали за вами, Люди!
Проводив его, Тамара с грустью подумала, что совершенства в жизни, увы, нет. Может ли она быть уверенной, что рано или поздно натура Мыльникова, формировавшаяся всю его сознательную жизнь, не возьмет свое?
Нет, разумеется. Сейчас он, благодаря ей, вырвался из кокона своей сущности. То вырывается, то проваливается назад. И как долго она сможет его удержать в этом неустойчивом состоянии? И чем? Силой своего ведьмовского секса? Но если бы этот метод был так универсален и эффектен, не сожгли бы на кострах большую часть „коллег“, – она усмехнулась в душе такой формулировке, – ее прапрапрабабок.
И вся Европа ходила бы, как шелковая под их мудрым контролем. Но пришли грубые извращенцы, не умеющие доставлять женщинам радость и получать уже от одного этого радость самим.
И этим ублюдкам доставляло большее удовольствие мучить красавиц, чем любить их. А эта проклятая „гуманная“ церковь, что католическая, что православная благословляла не ее предков, умевших любить и лечить, а этих извращенцев, умеющих насиловать и пытать.
Нет, любви достойны только те, кто готов эту любовь оценить. Готов подняться над собой ради нее. Или ради другой высокой идеи. Ведь любая высь имеет нечто общее с высью настоящей любви.
Ну, а секс это еще не все. Да и потом, ну нельзя же всю жизнь насиловать себя, изображая страсть к человеку, не удовлетворяющую ее ничем.
А то, что он готов порвать со всем, чем жил до этого, это разве не достойно восхищения и благодарности? Достойно, конечно достойно. Но вот готов порвать, и порвет, это разные вещи. В сущности, пока у Мыльникова есть все возможности в любой момент дать задний ход.
Этих возможностей не будет, когда библиотека будет незаконно вывезена из страны с его участием и незаконно продана. Вот тогда и подумаем, как быть.
А пока постараемся подтолкнуть господина подполковника к соответствующим решительным действиям. И держать все под контролем.
Личным контролем.
Глава 8. Возвращение хозяина тайны
– Святослав, это ты? – голос Натальи в трубке был весел.
– А кто же еще может быть в моем доме, Наташа?
– Да мало ли. Короче, завтра встречаемся всей компанией. Сегодня приезжает Володя Тонков. И завтра будет потчевать нас рассказами о Кипре, Греции и Италии. Куда он всех зазывает от имени свой турфирмы.
– Буду непременно
Кузнецов положил трубку и вышел через гараж на веранду. Виталий и Алексей, сидели там, наслаждаясь последними солнечными днями уходящего лета.
– Мальчишки, дело сдвинулось.
– Оно уже который день сдвигается, Святослав Михайлович, – хмуро бросил Виталий.
– Отставить пессимизм! Завтра я встречаюсь с Тонковым. Из моих рассказов вы знаете, кто это, и какое место в наших поисках занимает его стройка.
– Знаем.
– Так вот, я твердо надеюсь, что послезавтра начнется активная фаза поисков. Вот вам деньги, – он протянул им тонкую пачку, – походите по спортивным, здесь их сейчас довольно много и с богатым ассортиментом. Так вот, походите по спортивным и купите все, что надо для лазания по подземельям. Комбезы, фонари, сумки, ну и все такое. Да, еще бинты, йод.
– Ножи хорошие, – вставил Виталий.
– Да, несомненно. Ну, ломики короткие возьмем у меня. Они в моем хозяйстве имеются.
– Святослав Михайлович, все бы это не плохо померить и подогнать.
– Вот и меряйте и подгоняйте.
– Но на вас тоже нужно мерить и подгонять.
– У меня все это есть.
– Неплохо бы еще и какое-нибудь оружие, – вставил Виталий.
– Увы. Нет у нас ничего кроме старого обреза охотничьего ружья шестнадцатого калибра.
– Это не серьезно.
– И все же. Компенсируем недостаток стволов избытком бдительности и ума.
Виталий с Алексеем промолчав переглянулись.
– Ну, еще раз, с приездом, – сказала Наталья, сидящая во главе стола, призывая всех налить рюмки. Володя Тонков, моложавый энергичный мужчина, за сорок, с живыми глазами на загорелом лице, только что закончил свой рассказ.
Чокнулись, выпили. Как всегда в таких случаях наступила пауза. Потом одна из присутствующих дам спросила.
– Володя, и все-таки поподробнее, сколько станут нам через твою фирму туры на тот же Кипр? Ведь ты и ездил специально, чтобы так организовать дело, чтобы мы, с нашими скромными доходами, могли ездить в теплые края.
– Да. Ты, Вера, правильно поняла мою мысль. Я устанавливал контакты с тамошними контрагентами для того, чтобы найти схемы, по которым именно наша небогатая публика могла бы туда кататься. Скажу сразу, по нашим доходам это возможно только в не сезон. И то, с некоторыми особенностями, которые неприемлемы для той же избалованной московской публики. Или наших местных нуворишей.