Страница 12 из 93
Вы довольны?
– Вполне, Семен. После десерта поедем ко мне, или к вам?
И поглядев на его изумленную физиономию, она рассмеялась как ни в чем ни бывало.
– Не удивляйтесь. В нашем городе так мало приличных мужчин, которые умеют ценить женскую благосклонность.
В эту ночь Семен сумел кончить два раза. Для иного секс-гиганта это было маловато, но для него это был рекорд последних трех лет. Тамара же может и не получила всего, чего хотела, но все же полностью разочарованной тоже не была.
Наблюдая утром, как она причесывается перед большим зеркалом, Семен еще раз удивился, как же она красива. Заколов поднятые наверх волосы, она слегка повернулась. Длинный темно-синий халат немного распахнулся, слегка приоткрыв стройную сильную ногу.
Мыльникову вдруг снова остро захотелось ее. Он вскочил с кровати и обнял Тамару.
– Вы готовы продолжать ночные развлечения? – лукаво спросила она.
– Да!
На этот раз Семен любил ее очень долго и, пожалуй, даже удовлетворил эту красавицу со спортивной фигурой. Когда он, наконец, кончил, то почувствовал нечто вроде гордости и посмотрел на нее с видом некоторого превосходства.
Тамара лежала некоторое время утомленная, полу прикрыв глаза. Но она явно не собиралась уступать ему первенство в их отношениях. Открыв глаза и чуть насмешливо улыбнувшись, она произнесла:
– Неплохо инспектор, неплохо.
Потом легко вскочила с кровати и спросила
– Вам чай или кофе, инспектор?
– Тома, может быть, перейдем на ты? – спросил он.
– Фи, инспектор. Интимная близость еще не повод для перехода на «ты» с приличной женщиной.
– Виноват Ваше высочество, – опять подхватил игру Семен.
– Я не нуждаюсь в титулах мне не принадлежащих. Зовите меня по-простому… Ваша светлость.
– Слушаюсь, герцогиня.
– Княжна, инспектор, – почти серьезно сказала Тамара.
Она вышла на кухню, а Семен стал внимательно разглядывать ее квартиру. Его новая знакомая жила во вполне приличном, так называемом «железнодорожном» доме. Квартира была однокомнатная, но улучшенной планировки. И в ней был сделан евроремонт. На окнах были стеклопакеты. Обои были немецкие, тисненные. Обстановка тоже не шикарная, но очень и очень приличная. А главное, было видно, что все подбиралось новое. Подбиралось без спешки, так, чтобы абсолютно все подходило друг к другу.
В Мыльникове проснулся сыщик. Не все так просто было у этой женщины. Отнюдь не просто. Эта квартира, намного превышающая возможности провинциальной учительницы. Эти бриллиантовые серьги. Эта странная осведомленность о проделках «старых мальчиков» из философского клуба. Что общего может быть между «великим и ужасным» Тонковым, московским профессором и этой «утомленной леди»?
Впрочем, «утомленная леди» везде придется кстати. Он почувствовал нечто вроде укола ревности.
Тамара выглянула из кухни:
– Завтрак готов, инспектор.
Мыльников прошлепал на кухню. Как он и ожидал, кухня тоже была обставлена на заказ.
Прихлебывая чай, Семен не удержался от реплики:
– Неплохое гнездышко для «деревенской училки».
– Не все одним вам, ментам прилично жить.
– Почему вы становитесь так вульгарны, княжна, как только речь заходит о моих коллегах?
– Имею на это некоторые основания. Впрочем, признайтесь честно, кто вас вообще в России любит?
– Ну, меня, например, сегодня ночью любила одна благородная красивая дама.
Тамара засмеялась.
– Не задавайтесь, инспектор. И давайте закончим эту тему.
– И все же, Тамара, извините, но вы напоминаете мне не провинциальную учительницу, а какую-то Мату Хари. Слышали о такой легендарной личности?
– Мата Хари была профессиональной танцовщицей[2], а я по части спортивных танцев всего лишь любительница.
– Да, уж. Скромная любительница. Мастер спорта, наверное?
– Нет, кандидат в мастера. Но отнюдь не профессионал. Так что вы опять ошиблись, инспектор. И не стремитесь проникнуть в мое прошлое. Я же в ваше не лезу. Будет надо, сама посвящу вас в то, что найду нужным. И, кстати, прошу, не называйте меня Тома. Это сокращение моего царского имени нахожу пошлым.
– Извините, Ваша светлость.
– Так то лучше, Мегрэ.
Глава 6. Мыльников идет по следу
По дороге на работу Мыльников продолжал думать о своей загадочной пассии. Но, придя на утреннюю планерку, сразу забыл обо всем. Ему поручили вести дело о тяжких телесных повреждениях нанесенных нескольким лицам во время массовой драки, которая произошла вчера. Подрались представители цыганской и азербайджанской группировок.
У Мыльникова загорелись глаза. К черту все эти тайны мадридского двора. Вот это дело, так дело.
Знакомясь в своем кабинете с материалами, Мыльников испытал настоящий азарт. Азарт голодного охотника, уже видящего еще бегущую добычу в виде доброго куска жаркого на столе. Да с этих участников, где преступники перемешались с пострадавшими, можно столько слупить, что хватит на приличную машину. Новую вазовскую, или подержанную иномарку.
А если кто из пострадавших умрет? Тогда хватит на новую иномарку. Ох, и потрясет Мыльников обе группировки. Можно по ходу дела приплести несколько эпизодов с наркоторговлей, которую цыгане ведут почти открыто. Ну и на азеров наберем немало.
Разумеется, Мыльников и не думал раскрывать это дело. Виновные и пострадавшие будут определены в процессе «конкурса подношений». Кто принесет больше, тот и будет прав. А чтобы давшие меньшие взятки потом не предъявили претензий, их и надо будет заодно поймать на других серьезных правонарушениях. И тогда принесенные «борзые щенки» пойдут уже как плата за закрытие этих новых дел.
У Мыльникова почему-то сразу возникла схема «расследования». Виновной сделать цыганскую сторону. Но приплести к делу наркоторговлю и именно цыганские взятки объявить в качестве платы за исключения из дела эпизодов с наркотой. Это было самое простое. Ибо наркоторговцы обнаглели до предела и сами подставлялись. Они, очевидно, надеялись на свою «крышу» в лице одного из начальников Мыльникова. Но в связи с этой дракой, «крыша» на время станет неэффективной.
Теперь дело было за азерами. Если не пожадничают, то все пойдет как по маслу. А если нет, тогда придется искать нечто «дополнительное», косвенно связанное с этой дракой, уже на них.
А может раскрутить их еще на что-нибудь? Эх, тогда можно будет и квартирку поменять на лучшую. А может и домик построить.
Ну, а вы, княжна, все же не более, чем баба, – подумал Мыльников. И вся ваша загадочность, это, извините, фигня на постном масле. Нужен вам мужик нормальный после вашего жизненного краха. Но хотите вы при этом выглядеть получше. Что ж, ради ваших красот так и быть, подыграем. Но главное все же не игра, а возможность удовлетворять ваши «растущие потребности», как говорили в советское время.
Нет, не сексуальные, тут выше головы не прыгнешь. Но материальные, мадам, материальные. Вот для этого мы и будем работать.
Мыльников не заметил, что даже в мыслях не переставал называть Тамару на «вы».
Его размышления прервал стажер.
– Разрешите, Семен Платонович?
– Заходи. Ну, чего нарыл?
– Многое, Семен Платонович.
– Да ну?! – с деланным изумлением воскликнул Мыльников. – Тогда давай, выкладывай. Я само нетерпение.
– Итак, по порядку. Смерть наступила около пяти утра. Но ранение было получено гораздо раньше. Человек этот шел часа три с половиной. А то и больше. Это заключение экспертизы.
Теперь о дожде. Дождь был где-то с часу до трех. То есть мог смыть только первую часть пути жертвы с места ранения до места гибели. Но если это так, то следы должны теряться постепенно. Между тем, все совсем иначе. Следы удалось установить. Они идут откуда-то со стороны комбината искусственных кож. Места там, знаете, довольно пустынные. Человек вышел откуда-то с задворков комбината, от реки.
2
Если и танцовщицей, то совсем не профессиональной. Единственное объяснение её успеха - она первая решилась танцевать в полуобнажённом виде. Как только это повторили другие, её звезда тут же закатилась. (здесь и далее, кроме специально оговоренных авторских, примечания мои, просто не удержался, когда готовил форматировал книг)