Страница 5 из 16
Темой нынешнего занятия была интуитивная стрельба из пистолета. Инструктор расхаживал перед слушателями, покачивая на ладони «Макаров», и вещал следующее: «Раз уж вы решили стрелять в человека, то разум ваш отключается, а воля, тело и оружие сливаются в единое орудие с одной единственной целью. Словно пистолет – это продолжение вашей руки. Научитесь держать оружие так, чтобы ствол располагался параллельно пальцам, если их вытянуть вперёд. Тогда не понадобится терять время, чтобы поднять пистолет к глазам. Просто направляешь его снизу, быстро и легко, как пальцем показываешь. Вот-вот, как пальцем показать, в этом, по сути, и состоит прицеливание как технический приём. А раз так, то любой человек по природе своей меток.
Чтобы добиться быстроты, не разрывайте движение на части. Не надо – сперва вытаскивать пистолет, потом поднимать, потом прицеливаться и стрелять. Пока поднимаешь оружие, взведи, если надо, курок, и нажимай на спусковой крючок в ту же секунду, как наведёшь на цель. Не гляди себе на руку или на пистолет; поймай глазами цель и быстро стреляй». «Вот так»,- продемонстрировал он на практике под аплодисменты слушателей. «Теперь ты»,- с этими словами инструктор протянул пистолет Алику, держа его рукояткой вперёд. Приняв оружие, Алик подошёл к барьеру, повернулся к нему спиной и замер в ожидании команды. Ицхак хлопнул в ладоши и Алик, пригнувшись, резко повернулся, успев, как учили, в момент поворота, поймать глазом цель и быстро выстрелил трижды. Результат он показал средний, так как стрелял с правой руки, а был левшой. Потом они стреляли из «ТТ», поскольку инструктор придерживался мнения, что на оккупированной территории лучше использовать оружие противника, так как и боеприпасы для него добыть легче и противнику труднее ориентироваться по звуку выстрелов, где свои, где чужие. «Нам в этом отношении проще. У нас в этой стране своих нет»,- пояснил Ицхак.
Подытожив результаты упражнений, инструктор удовлетворенно объявил: «Хорошо! Теперь нам будет, что показать шефу, когда он явится сюда в пятницу». Алик внутренне напрягся – близился час возмездия.
В пятницу после обеда ожидание Алика наконец оправдалось. Из обшарпанного «уазика», остановившегося под деревьями, вышли двое, в одном из которых он опознал Мордыхая, прибывшего принимать выпускные экзамены в своей школе. Пришло время маленькому тайваньскому приёмнику пошептаться о чём-то со спутником. Всё шло своим чередом. И когда подручные пригласили, наконец, Мордыхая отдохнуть от трудов «праведных» в штабном бункере, он имел все основания быть довольным – хотя пополнение, своим качеством, и не могло восполнить потерь, понесённых бандой, но дело его жило.
Алик сунул за пазуху свёрнутый пояс с бухарскими ножами и вышел наружу. Там уже стемнело. Он надел пояс под расстёгнутую куртку и двинулся к штабу фланирующей походкой, доставая из пачки сигаретку. «Эй, друг, дай прикурить»,- обратился он к часовому беспечным тоном. Ох, плохо совмещаются требования устава караульной службы с еврейским характером. Вместо того, чтобы остановить наглеца, направив на него оружие, караульный пустился с ним в дискуссию: «Ты, что свихнулся? Я ж на посту!» Тут его печёнку достала бухарская сталь. Алик помог ему тихо улечься, подхватив автомат. Реечный замок в двери бункера он открыл, и потом долго не мог вспоминать об этом без смеха, вдавив в его скважину обыкновенную, прихваченную с кухни морковку.
Однако внутри его ждал сюрприз в лице старого «приятеля». Лёва, которому выпало нынче шестерить для бугров, уставился на него, держа в руках четыре бутылки. «Ты, дохляк узбекский, чё здесь делаешь?»- молвил усердный холуй. Долго бы пришлось ему это объяснять и потому Алик, не говоря худого слова, просто воткнул нож ему в брюхо и распорол его до самой грудной клетки. Видно громко звякнули бутылки о цементный пол, иначе чем объяснить почти мгновенное появление в дверях Мордыхая, достающего пистолет. Но должно быть истощилось терпение Господа нашего Бога от его злодейств. Открыв рот, чтобы не повредить барабанные перепонки, успел Алик нажать спусковой крючок автомата и отправил бандита на соискание почётного гражданства города Тель-Авива. Посмертно. Следом за трупом Мордыхая в помещение, где находилось, остолбеневшее от таких событий, застолье, влетела граната, а после её взрыва и сам Али поливающий огнём из автомата налево и направо.
Когда «засланный казачок», прибыв на место, подал первый сигнал, в штабе отряда узнали место расположения гадючника. Второй сигнал означал, что настал момент, подходящий для его уничтожения. Сам же агент, подав его, должен был предпринять меры по недопущению очередного исчезновения главаря. Поэтому следовало поторапливаться, не только ловя момент, но и чтобы успеть выручить своего разведчика.
Штурмовой десант, давно уже находившийся в состоянии полной боевой готовности, был доставлен в район проведения операции вертолётами. После спуска с зависшего вертолёта по фале каждая группа должна была совершить марш-бросок на несколько километров, двигаясь лесом по азимуту на базу бейтаровцев. Приблизившись к ней, они наткнулись на малозаметные проволочные заграждения. «Колючка» петляя опутывала кусты, деревья и вбитые кое-где колья. В траве удалось заметить натяжную проволоку, значит, эта преграда была усилена минированием. Справедливо полагая, что всё это станет препятствием не только для них, но и для разбегающихся бандитов, командир группы, а это был Андрей, оставив на всякий пожарный наблюдателей, послал остальных бойцов на поиск проходов которые, как было условлено на такой случай, должен был обозначить Алик.
Когда в бандитском лагере началась заваруха, вызванная шумом в штабном бункере, все группы были уже готовы к броску. Кого не перестреляли наверху, а здесь здорово помогли ночные безподсветочные прицелы, тех загнали в бункера. Наиболее разумные из бандитов согласились на предложение сдаться. Остальных уничтожали в их логовах взрывчаткой и огнемётом. Алик же, начинавший было прикидывать, как несладко ему будет обороняться одному в бункере, вышел из него с поднятыми рукам, чтобы свои не подстрелили ненароком, и попал прямо в объятия названного своего брата Исы. Успели ребята. Не дали бандитам времени организовать штурм по всем правилам.
Оставим их радоваться благополучному исходу рискованного приключения, а может и выпить чего, по такому случаю. На чём и позвольте мне прервать пока это повествование.
Глава III
Андрей никогда не понимал любителей ядовитых змей и насекомых, уверяющих, что они не опасны, если знать их инстинкты и уметь с ними обращаться. Ему не хотелось, чтобы в его доме жили опасные звери. Он не хотел изучать их инстинкты и взвешивать каждое своё слово и движение, чтобы они в него не вцепились.
Не любил он по той же причине и кавказцев. Глядя им в глаза, он видел в них дикий первобытный мир. Не хотелось ему, чтобы этот мир пересекался с его миром. Он считал, что горцы должны пасти свои отары поближе к вершинам и, по возможности, оттуда не спускаться, поскольку вторая их национальная специальность – бандитизм, нам без надобности. Они сами постарались, чтобы большинство русских относились к ним именно таким образом. Их банды поделили всю Россию на зоны своего влияния, вынудив население попрятаться за железными дверями и оконными решетками. Ни одна русская бабулька давно уже не могла продать и пучка редиски выращенной на своём огороде никому кроме носатого перекупщика. «Хачики» наводнили страну палёной водкой и наркотиками, торговали живым товаром, вывозя русских девушек в азиатские бордели и похищая людей с целями вымогательства или использования их как рабов. Грабежи и убийства. Исламский терроризм. Было отчего возмутиться русскому народу. И потому национальная гвардия, обуздывая «джигитов», на самом деле спасала их, тем самым, от суда Линча, которого они давно заслуживали.